Скандал ей к лицу - Ширли Басби

Невнятный звук – то ли кашель, то ли храп – насторожил Нелл: она явно была здесь не одна. С тяжко бьющимся сердцем она неуверенно поднялась на ноги. Взгляд ее тут же упал на дорожный плащ и сапоги, а секундой позже она заметила темноволосую голову мужчины, спавшего на стуле перед догорающим камином.

Нелл ахнула и съежилась. Ее охватила паника. Находиться в руках Тиндейла радости не доставляло, но оказаться во власти незнакомца... возможно, грабителя, убийцы или разбойника с большой дороги, было куда хуже. По крайней мере, Тиндейла она не боялась... Ну, не слишком.

Ее испуганное восклицание было тихим, но его хватило, чтобы мужчина одним гибким движением вскочил на ноги и круто повернулся к ней. В руке у него блеснул серебром неизвестно откуда взявшийся нож.

Нелл с глазами, распахнутыми в пол-лица, и спутанной гривой золотисто-каштановых волос, роскошно рассыпавшихся по хрупким плечам, беспомощно уставилась на высокого мужчину, который так нежданно и агрессивно возник перед ней. Никогда в жизни не видела она такого мрачного и жестокого лица. Под нахмуренными черными бровями сверкали опасным блеском зеленые глаза, смоляные волосы небрежно спадали на высокий лоб. Незнакомец смотрел на нее в упор, и единственным определением, звучавшим в ее мозгу, было: «Он опасен!»

Нелл не могла бы назвать его красавцем, но в его словно высеченном из камня лице было нечто, заставившее ее подумать, что при других обстоятельствах она могла бы счесть его привлекательным. Нос у него, безусловно, был красивым, прямой и надменный, а эти нефритово-зеленые глаза под тяжелыми веками и приспущенными черными ресницами просто завораживали. Верхняя губа широкого, четко очерченного рта была тонкой, нижняя – полной. Под ее пристальным взглядом эти губы потеряли свою суровость и изогнулись в улыбке... Очень и очень привлекательной.

– Простите меня, – произнес незнакомец вежливо. – Я не хотел вас испугать. – Тут же у нее на глазах нож мгновенно куда-то исчез, а мужчина добавил: – Я не понял, что здесь кто-то живет.

– О! Но я не... – Нелл оборвала себя на полуслове, проклиная свой торопливый язык, и отвела глаза в сторону.

Придя в себя после первого потрясения от того, что оказался не единственным обитателем коттеджа, Джулиан, нахмурившись, стал изучать стоявшую перед ним хрупкую девушку. Он окинул внимательным взглядом обстановку и нахмурился еще сильнее. Место это было просто убогой лачугой: тут не было даже каких-нибудь жалких вещей, которые можно обнаружить в самых нищих домах. А эта девушка... Нет, решил он, не девушка, а молодая женщина. Да, молодая, но не юная. Эта женщина явно не принадлежала этому месту. Кружева у горла и на запястьях ее рваной ночной сорочки были слишком изысканными, и ее лицо... Интуиция не подсказывала, а кричала ему, что все здесь не так просто, как кажется.

Опустив глаза, Нелл растерянно прикусила нижнюю губу. Взгляд Джулиана скользнул по ее стройной фигурке, и чресла его напряглись, в них запульсировала жаркая кровь. Реакция совершенно никчемная и нежелательная. Джулиан отбросил всякие незваные и безрассудные мысли о приятном времяпрепровождении и задумался над ситуацией.

Женщина, совершенно очевидно, была не отсюда. В этом он был убежден. Ее ночное одеяние говорило о богатстве – по крайней мере прошлом – и черты лица были аристократичными. У нее была стройная хрупкая фигура, водопад золотистых волос отливал блеском здоровья.

– Вы не... Что именно? – мягко вернулся Джулиан к начатой ею фразе.

Нелл растерянно смотрела на него. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить, что он имеет в виду ее предыдущее восклицание. Она быстро собралась с мыслями и решила держаться как можно ближе к правде.

– Это вовсе не мой дом... Я здесь не живу, – осторожно начала она. – Возможно, вы натолкнулись по дороге на двуколку. Лошади испугались грозы и порвали вожжи. Мне не осталось ничего другого, как укрыться здесь, пока м-м-мой кучер отправился за помощью. – Необъясненным было то, как оказалась она вне дома в такую гадкую ночь, да еще в одной ночной рубашке.

– Понимаю.

– Надеюсь, что так, – храбро объявила она, задрав свой хорошенький носик, и так же отважно потребовала ответа: – А вы? Как вы здесь оказались?

Джулиан улыбнулся своей невероятно чарующей улыбкой. К досаде Нелл, от этой улыбки у нее ослабели колени.

– Я тоже, – признался он, – оказался жертвой бури. Мой конь сбросил меня и умчался прочь. Мне пришлось искать убежища в этом коттедже. Я не знал, что вы уже завладели им.

Нелл царственно кивнула:

– Что ж, такое случается. Теперь, если вы дадите мне несколько минут уединения, я соберу свои вещи и продолжу путь.

– Вы даже не назовете мне свое имя? – выгнул бровь Джулиан.

– Н-н-нет, в этом нет необходимости. Мы не знакомы. Пусть так и останется.

– Полагаю, что нет. Разрешите мне представиться. – Он поклонился. – Я Джулиан Уэстон. – Он решил назвать их родовое имя. – К вашим услугам. Если вам понадобится.

Нелл выглядела смущенной и неуверенной, раздумывая, не относится ли он к тем джентльменам-разбойникам, о которых часто писали в газетах.

– Благодарю вас, – застенчиво проговорила она. – Но в этом нет нужды. М-м-мой кучер появится в любую минуту. Вам, наверное, пора ехать дальше.

Отдаленный стук колес приближающегося экипажа, казалось, подтверждал ее слова, но Джулиан не стал обращать на это внимания. Он сознавал, что должен отвернуться от нее, однако не мог это сделать. Она представляла собой загадку, которую ему нужно было разгадать.

Стараясь не смотреть на Нелл, он пробормотал:

– С моей стороны будет неблагородно оставить вас здесь одну.

Нелл чуть не топнула ногой.

– Уверяю вас, я буду в полной безопасности.

– Неужели? – осведомился он. – Хотите, я покажу вам, насколько опасно ваше положение?

Он потянулся к Нелл, и глаза ее в ужасе расширились. Она хотела отскочить назад, но не удержалась на ногах и повалилась на тростник, увлекая за собой Джулиана.

Оба упали на пол, причем Джулиан оказался сверху. Охваченная паникой, Нелл ударила его.

– Отпустите меня! – задыхаясь, закричала она. – Вы не джентльмен, раз так со мной обращаетесь. Мой отец шкуру с вас спустит, если осмелитесь меня тронуть.

Джулиан только усмехнулся, глядя на нее сверху вниз. Он ощущал под собой ее трепещущее тело, и самое восхитительное наслаждение, какое он испытывал когда-либо, овладело им. Однако изнасилование никогда его не привлекало, и кроме того, она была невинна и не хотела его. Но рот, ее рот, оказался неодолимым искушением, и он пробормотал, уговаривая:

– Один поцелуй. Только один.