Муцянь - Джин Соул

месте, я бы позаботился, чтобы никто не смог меня разоблачить или не поверил разоблачению. Сказал бы, к примеру, что ты попытался убить меня во время охоты.

– Но это он пытался меня убить! – воскликнул Чэнь Ло.

– А кто это видел?

– Но ты…

– А почему я должен верить твоему рассказу?

Чэнь Ло потрясённо на него уставился:

– Что?

– Нет, я тебе верю, – успокоил его Сяоцинь. – Ты недотёпа, ты бы не сумел такое провернуть.

– Что?!

– Но я готов поспорить, что именно в твоей комнате найдут горшочек с остатками яда или ещё какие-нибудь доказательства твоего зломыслия. Скажем, дневник, куда ты записал вехи своего коварного плана. Почерки у вас двоих, я полагаю, тоже одинаковые?

Чэнь Ло помрачнел ещё больше, но всё же попытался возразить:

– Отец не поверит…

– Не поверил бы, если бы это сказал Чэнь Юй. Но это скажет Чэнь Ло. Твой отец ведь любит тебя больше, чем твоего брата, так?

– Не так, – со злостью сказал Чэнь Ло, – он нас одинаково любит.

– Невозможно любить одинаково. Ты недотёпа, поэтому мог не замечать…

– Хватит называть меня недотёпой! – вспылил Чэнь Ло.

– Будешь горячиться, кровь взыграет, – спокойно предупредил Сяоцинь, – и яд станет распространяться по телу быстрее. Сам подумай. Твой брат признался, что всю жизнь тебе завидовал. Значит, он подмечал какие-то различия между вами – или различия в отношении к вам. Разве ты в чём-то его лучше? На пустом месте зависть корни пустить не может.

Чэнь Ло отдышался, приложил ладонь к груди. Да, горячиться не стоило: и рану разбередил, и яд разогнал по крови…

– Где найти противоядие и как вывести яд из тела – вот о чём ты должен сейчас думать, – назидательно сказал Сяоцинь.

– И где же? – спросил Чэнь Ло, вприщур глядя на Сяоциня. Судя по его тону, мальчишка ответ на этот вопрос знал и только и дожидался, когда у него об этом спросят.

– В Разлучённых горах, – ответил Сяоцинь торжественно.

Чэнь Ло вытаращился на него, не веря собственным ушам, а потом так расхохотался, что пришлось снова схватиться за грудь – в ране отдалось. Сяоцинь возмущённо засопел носом.

– Это же сказка! – воскликнул Чэнь Ло. – Мне её в детстве рассказывали!

– В каждой сказке есть доля сказки, – заметил Сяоцинь.

14

Тайник в Разлучённых горах

Жили некогда на свете два брата-великана, каждый ростом с гору – такие были высокие, что шапки носили из облаков. И были они неразлучны – куда один, туда и другой. А поскольку в мире не нашлось бы зеркала, в которое они смогли бы глядеться, то пересказывали друг другу, как выглядят.

Захотелось однажды великанам пить, пошли они искать реку. А в ту пору стояла засуха, река обмелела: черпнули они воду ладонями – только ил да глина набрались, да и те утекли сквозь пальцы. Жажда продолжала их мучить, и тогда они решили пойти к горам – лизать снежные шапки.

Шли они, шли, и вот захотелось одному великану отдохнуть. Он лёг, а другой великан пошёл набрать дров для костра – вырывать деревья с корнями да выкорчёвывать пни. Если бы разгорелся их костёр, спалило бы всю округу – таким огромным он был!

Отошёл великан уже далеко и вдруг увидел, как впереди что-то блестит. Пригляделся он и увидел, что это большое круглое озеро. Великан обрадовался, но, прежде чем звать брата, решил напиться сам. Вдруг озеро тоже обмелело?

Опустился великан на колени возле озера, глядь – а из воды кто-то на него смотрит. Он наклонился – и тот, в озере, наклонился. Он затылок озадаченно почесал – и тот, в озере, к голове потянулся. Сообразил тогда великан, что это его собственное отражение, и обрадовался: он-то всегда себя знал только со слов брата, а теперь можно увидеть, как он на самом деле выглядит. Наклонился великан ещё ниже и давай себя разглядывать. Вот уж красавец так красавец: глаза круглые, губы толстые, лицо красное, как глина, а волосы – что бамбуковый частокол! Глядит великан и не может на себя налюбоваться.

Спохватился между тем второй великан: давненько уже брат ушёл, а всё не возвращается. Пошёл он его искать. Глядь – стоит брат на коленях у озера и в воду глядится. Позвал его – не отзывается. Подошёл тогда великан к нему, руку ему на плечо положил – а брат-то в камень обратился, потому и не отзывается. Заплакал тогда великан, сел у озера и стал ждать – а вдруг очнётся брат? – да и сам окаменел.

Со временем превратились оба великана в горы, а люди прозвали те горы Разлучёнными, потому что стоят они по разные стороны озера и не сомкнутся никогда.

Чэнь Ло эту сказку наизусть знал. В детстве они с братом любили играть в великанов. Разбегались по разные стороны пруда в поместье и притворялись, что окаменели. Кто первый шевельнётся, тот и проиграл.

– Это просто сказка, – усмехнулся он. – Гор этих нет ни на одной карте Чжунхуа. Они выдумка, как и великаны. Иначе бы кто-нибудь уже их разыскал… Что это?

Сяоцинь вытащил откуда-то потрёпанный свиток и теперь возился с тесьмой, пытаясь её развязать, но узел затянулся, пришлось оборвать.

– Это карта, – сказал Сяоцинь с торжеством, разворачивая карту и держа её на вытянутых руках так, чтобы Чэнь Ло было видно, – та самая.

Чэнь Ло пригляделся к расплывшимся надписям и с изумлением увидел, что на карту нанесены и Разлучённые горы, и озеро Любования.

– Это подделка, – отрезал он. – Кто-то в шутку её нарисовал.

– Карта настоящая, – возразил мальчишка.

– Откуда такая уверенность?

– Её нарисовал аптекарь Сян, – сказал Сяоцинь.

Чэнь Ло всё ещё сомневался. Карта выглядела так, словно её рисовал ребёнок – неумело, но старательно. Но города и посёлки вдоль реки Чанцзян были отмечены в правильном порядке. Тот, кто наносил их на карту, явно побывал в тех краях. В самом верхнем углу были Разлучённые горы, между которыми был намалёван жирный крест.

– Что означает эта отметина? – спросил Чэнь Ло.

– Тайник, где спрятано противоядие. Оно очень ценное. Не купить и за десять тысяч лянов[17] золотом.

– Ни дать ни взять чёрный иней[18], – усмехнулся Чэнь Ло. – Откуда твоему аптекарю Сяну знать, что спрятано в том тайнике, если он, конечно, на самом деле существует?

– Оттуда, что он сам его и спрятал, – ответил Сяоцинь. – Между горами и озером есть тайное местечко – небольшой грот. Аптекарь Сян нашёл его, когда странствовал по Чжунхуа.

– И зачем ему было прятать противоядие, когда он мог унести его с собой? – с подозрением спросил Чэнь Ло. – Какой аптекарь упустит случай завладеть редким снадобьем? С таким он бы на всю Чжунхуа прославился.

– Противоядие лежит в тяжёлом сундуке, далеко его не унесёшь, а вытащить и унести нельзя: на воздухе оно быстро теряет силу. Всего-то минута будет, чтобы его принять. Промедлишь – рассыплется в прах, – совершенно серьёзно объяснил Сяоцинь, сворачивая карту.

Чэнь Ло исполнился ещё больших сомнений. Если в существование чудесного противоядия ещё можно было поверить, то всё остальное уж больно походило на сказку.

– Эти горы далеко, – сказал он, хмурясь. – Даже если они существуют на самом деле, до них не дойти.

– Почему? – кажется, искренне удивился Сяоцинь.

– Ты ведь говорил, что я должен каждый день пить лекарство, замедляющее распространение