Леди никогда не лжет - Джулиана Грей

Все выглядело так, как будто он намеревался надеть их ей на ноги лично.

— Спасибо, — быстро проговорила Александра и ловко выхватила свою обувь из рук мужчины, чувствуя, что краснеет. — Не стоит беспокоиться.

Ее слова вывели из ступора Абигайль. Она бросилась к сестре и схватила левый ботинок.

— Алекс, позволь, я тебе помогу.

— Скажите, Уоллингфорд, — выпалила Александра, не в силах заставить себя снова взглянуть в зеленые глаза мистера Берка, — какой несчастливый случай привел вас сегодня на эту дорогу? Вы направляетесь в Сиену?

— Нет, — ответил он и после короткой паузы задал встречный вопрос: — А вы?

— Нет, — как эхо повторила Александра.

Ей наконец удалось натянуть ботинок, и она стала его зашнуровывать.

— Вы намерены с таким же вниманием наблюдать за процессом до конца? — ехидно поинтересовалась она. — Быть может, ваша милость не знает, как зашнуровываются дамские ботинки?

— О нет, я знаком с этим процессом, — не остался в долгу герцог. — Я только надеялся увидеть ваши чулки, но, похоже, этой привилегии достоин только мой более удачливый друг Берк.

Она услышала, как мистер Берк пробурчал что-то себе под нос.

— Будь добра, дай мне второй ботинок, — сказала Александра сестре. Она была так зла на несносного герцога — напыщенный осел, вот он кто, что выпалила, не думая: — Этой привилегии не удостаивается никто, тем более мистер Берк.

Повисло ледяное молчание. Александра подняла голову и увидела, что мистер Берк резко повернулся и быстрыми шагами направился к своей лошади. Очевидно, он в спешке бросил поводья кучеру и теперь выдернул их у него их рук и легко вскочил в седло, словно был кавалеристом, а не научным работником.

— Я хотела сказать, — начала объяснять она, — что мы почти не знаем друг друга.

— Прекрасно, — усмехнулся Уоллингфорд. — Мне бы не хотелось, чтобы вы так легко проиграли пари. Иначе не будет никакого азарта.

— Я вообще не намерена проигрывать пари, Уоллингфорд, — выпалила Александра. — И уж точно не таким образом.

Лошадь мистера Берка нетерпеливо переступала ногами. Грязь громко хлюпала.

Здесь в разговор вступил лорд Роуленд:

— Насколько я понял, у вас проблемы с дальнейшим передвижением. Что вы собираетесь делать?

— Мы выгрузим багаж, — с большим чувством собственного достоинства сообщила Александра, — чтобы вытащить телегу из грязи.

Уоллингфорд присвистнул:

— Знаете, мне, пожалуй, хочется посмотреть, как вы это сделаете.

— Ты чудовище, Уоллингфорд, — возмутился лорд Роуленд, а сам при этом спешился, привязал свою лошадь к одной из перекладин телеги и залез на нее, чтобы достать сундук.

— Я всегда знала, — встрепенулась Александра, — что вы благородный и великодушный человек.

Она осторожно вернулась к телеге, выбирая самые сухие участки дороги, и остановилась рядом с лордом Роулендом.

— Иди, Абигайль, на помощь, — позвала она сестру.

— Проклятие, — вздохнул Уоллингфорд и тоже спешился.

Четырьмя часами позже Финн устало тащился по узкой тропинке, теряющейся в густом тумане, стараясь ступать осторожно, поскольку левый сапог натер волдырь на четвертом пальце размером с гинею, и поминал недобрым словом леди Александру Морли.

— Ты не знаешь, далеко ли еще ее гостиница? — ворчливо спросил он у Уоллингфорда.

— Дорогой мой, — вздохнул Уоллингфорд, — ты же не думаешь, что эта гостиница действительно существует.

Финн с шумом втянул в себя воздух:

— Она бы не посмела.

— Понимаешь, все дело в том, что раньше она была милой, хорошей девочкой, — произнося это, Уоллингфорд изо всех сил поддал носком сапога небольшой камушек, который слетел с тропы и устремился в долгий полет вниз с высокой скалы.

— Кажется, я впервые встретил ее на балу у леди Пемброук. Это было сразу после ее первого выхода в свет. Весьма соблазнительное создание — румяные щечки, шелковистые волосы, только что приехала из деревни. Острый язычок, но в меру. В общем, девочка была очень мила. Если не ошибаюсь, я однажды поцеловал ее на чьей-то террасе. Понимаешь, лунный свет и все такое… А потом… — Он сделал паузу и принялся футболить другой камушек.

— Так что было потом? — нетерпеливо спросил Финн. Слишком нетерпеливо.

— Ты о чем? Ах, извини, я отвлекся. Тогда я волочился за Дианой, и, представь себе, она застала меня на этой террасе, целующим неискушенную дебютантку. Знаешь, Берк, если ты хочешь уложить какую-то женщину в постель — а такое желание должно время от времени появляться даже у тебя, необходимо, чтобы она застукала тебя, целующим другую.

Герцог сдавленно фыркнул и сбросил с обрыва еще один камушек.

— Так что все получилось замечательно. Если я ничего не путаю, это был стол в библиотеке. Мне пришлось позаимствовать ее платок, потому что мой…

— Послушай, — перебил друга Финн. — Я о гостинице. Ты действительно считаешь, что она все специально подстроила? — прищурившись, он посмотрел вперед, где грациозная леди Морли восседала на его же собственной лошади. В густом тумане казалось, что два существа слились воедино и получилась женщина-кентавр, только одежды на ней было больше.

Уоллингфорд пожал плечами:

— А это не имеет значения, Берк. Никакого. Неужели ты не видишь, что мы все в ее власти. Сам посуди. Все три женщины хорошо отдохнули, едут на наших лошадях, проклятая телега с багажом отстала на много миль, и конца этому не видно.

Он остановился, упер руки в бока и тоскливо оглядел каменный склон и укрытую туманом долину внизу. Взмахнув рукой, герцог продолжил тоном драматического актера:

— Смотри, Берк, вот она, твоя страна незаходящего солнца. Видишь? Вечное солнце, будь оно неладно. Так что, совершенно не имеет значения, есть там гостиница, или это плод ее воображения. Мы будем просто идти вперед, Берк, пока она не прикажет нам остановиться.

Финн посмотрел на мокрую скользкую дорогу, на следы бредущего впереди герцога.

— Все не так плохо, друг мой, — с фальшивым энтузиазмом заявил он, — до замка осталась всего пара миль. Когда мы доберемся до подъездной дороги…

— Ах, Берк, рациональный ум — это, конечно, хорошо, но не до такой же степени. Неужели ты не понимаешь? Даже если мы доберемся до твоего замка раньше, чем до мифической гостиницы леди Морли, ничего не кончится. Нет, конечно. Мы будем вынуждены предложить им убежище, пока не приедет телега с багажом, а потом… — В его голосе звучала такая безнадежность, что Финн поежился. — A потом мы от них никогда не избавимся.

— Чепуха, — не согласился прагматичный Финн. — Они же сняли какое-то жилье. И кроме того, есть еще пари, которое требует прекращения контактов с противоположным полом.