Анатомия абсурда - Иван Андрощук

Проблема ахернарского курорта исчезла, как только киряйгородские обыватели осознали себя пришельцами со звёзд и, соответственно, выяснили, что для них тоже было бы предпочтительнее дышать тем же составом воздуха, что и курортники. Учреждение пошло навстречу пожеланиям и издало ряд постановлений, направленных на превращение Киряйгорода в город-курорт. Для этого многого не потребовалось – достаточно было убрать очистительные сооружения на предприятиях города и на полпроцента увеличить производственные мощности. Последнее далось нелегко – но киряйгородцы постарались. Для себя ведь старались. Так что пришельцы, или "прилетельцы", как их называют теперь в Киряйгороде, чтобы не путать с собой, коренными пришельцами, смело отправляются в гости в любой район города. Правда, с новой нравственностью у бывших аборигенов ещё не всё в порядке, но среди молодых, кажется, прививается.

И ещё одна проблема возникла в связи с переменами в мироощущении киряйгородцев. Работников Учреждения, которые ведают миграциями, с утра до вечера осаждают толпы горожан, желающих выехать на свою генетическую родину. Но здесь, как говорится, комментариев не будет. "Да катитесь вы все хоть к чёртовой бабушке!" – как сказала в сердцах зампред по вопросам перемещений в пространстве Александра Шапокляк, когда её довели до этого.

Да, в Учреждении теперь сидят совершенно другие люди. Прежние себе такого не позволяли. Прежние посылали поближе, а получалось подальше. И флаг над Учреждением теперь развевается другой. Словом, власть переменилась. К счастью, командующий войсками гарнизона генерал-полковник Сидрак отношения к ней по-прежнему не имеет.

Самуил Манойлович Ухов, более известный читателю как товарищ Ухов, досрочно ушёл на заслуженный отдых. Всё своё время он теперь отдаёт семье – жене и малышу, которого они с Элитой взяли из детдома. Все трое, кажется, счастливы.

Ребенок Натфили и Григория Флинтов растёт здоровым, бодрым, жизнерадостным мальчиком. Уже ходит, учится разговаривать. Правда, мать пока опасается показывать его отцу, потому что Гришу, едва он увидит малыша, охватывает панический ужас и он начинает затравленно вопить, – однако врачи психоклиники, в которой лечится Флинт, уверяют, что скоро это пройдёт, и Григорий наконец-то сможет почувствовать себя счастливым отцом. Говорят, что полное выздоровление и выписка – вопрос уже даже не лет, а месяцев.

А вот Моне Шузману по кличке Фарт, бессменному партнёру Гриши по больничному домино и бывшему сотоварищу по банде Урмана, выписка пока не грозит. По крайней мере, до тех пор, пока старшая медсестра Зоя Шузман работает в больнице.

Голова Ловергийна продолжает являться. То одному, то другому, то третьей. Так что врачам психоклиники скучать не приходится. К счастью, у большинства пациентов болезнь проходит в лёгкой форме и они выздоравливают довольно быстро, но бывают и тяжёлые случаи, когда кризис длится по нескольку месяцев. Дело в том, что голова Ловергийна является только людям с нечистой совестью – и чем тяжелее проступок, совершённый человеком, тем дольше его преследует ужасное видение.

Эта голова превратилась в своеобразный барометр, измеряющий душевную чистоту киряйгородца. Так что если вам придётся увидеть её жуткий оскал – не вопите в ужасе и не падайте в обморок, а лучше подумайте, всё ли с вами в порядке и позаботьтесь о спасении вашей души. Ибо к тому, кто уже не реагирует на явление головы Ловергийна, приходят Трое Безголовых, чьи тела таинственным образом были выброшены из оставшихся неразрытыми могил, но чьи головы, по словам Сведущих, приколочены к вратам преисподней.

Вот, пожалуй, и всё об удивительных событиях, которые произошли в городе Киряйгороде в том памятном году, когда ранней весной вместо примелькавшихся грачей с юга прилетели куры.