Ванька 2 (СИ) - Сергей Анатольевич Куковякин

class="p1">Там же война шла. Япония на Российскую империю напала.

27 января 1904 года был объявлен Манифест «Об открытии военных действий против Японии». Вместе с тем, всеобщей воинской мобилизации объявлено не было. Проводились только частные мобилизации запасных нижних чинов с целью формирования и пополнения войск, а также военных учреждений.

Наш уезд пока не трогали. Жили, как жили.

В Вятской губернии, между тем, многими весть о войне с Японией была воспринята с величайшим патриотизмом. В городских и сельских церквях служили молебны о даровании Господом скорой победы русскому оружию. Ещё не появился вальс «На сопках Манчжурии», а вятчане уже распевали:

Вспрянь ты, Россия,

Дружно согласно

Вся ополчась

На дерзких врагов!

Нет уже мира,— -

Грозное время

Всех нас постигло,

Открылась война!

Вспрянь, вспрянь, вспрянь!

Край наш родной!

Слава героям,

Идущим на бой!

Даже воспитанницы Вятского епархиального училища этот марш на открытие военных действий с Японией в свои дневники вписывали. Девочки непорочные…

11 февраля текущего года «Вятские губернские ведомости» донесли до жителей губернии воззвание Государя императора Николая II и сразу после этого вятчане начали вносить свою лепту в виде сбора пожертвований. Министерство финансов установило к этому моменту во всех конторах и отделениях Государственного Банка, сберегательных кассах и казначействах прием пожертвований на усиление военного флота и бесплатный перевод их в Санкт-Петербургскую контору Государственного Банка. В Вятской губернии в целях усиления пожертвований на военный флот всем городским головам были выданы подписные листы для сбора пожертвований. Быстро и организованно. Система работала пока без сбоев.

Списки разнообразных пожертвований и самих благородных жертвователей публиковались на страницах вятских газет.Деятельность по сбору и отправке пожертвований и теплых вещей для российских воинов взяло на себя Вятское отделение Красного креста.

Кто помогал деньгами, кто — тёплой одеждой. Кто чем мог.

В Вятском уезде до лета 1904 года было сделано пожертвований на 10281 рубль. Продавцы питейных лавок третьего участка уезда пожертвовали 10 рублей, служащие Вятского казенного винного склада — в два раза больше, служащие канцелярии губернатора — 14, служащие Вятского полицейского управления — 17 рублей.

Служащие Вятской духовной Консистории постановили отчислять из своего жалования в Красный крест от 1 до 10 %. Не жмотились. Все бы так.

Служащие и учащиеся духовных училищ города Вятки решили перечислять из своего жалования 2 % средств на счет Красного креста.

В феврале же в Вятке состоялось общее пастырско-мирянское собрание, на котором представители всех храмов губернского города решили отправить свои пожертвования. Так, от Кафедрального собора была отправлена тысяча рублей, от Спасского — 150 рублей, от Донской церкви — 10 рублей. Не остались в стороне от данной благотворительной акции и вятские монастыри. Успенский монастырь отправил 160 рублей, Филейский монастырь пожертвовал целую тысячу.

22 февраля в Вятском женском епархиальном училище была прочитана телеграмма из дальнего города Порт-Артура о том, что российские солдаты в настоящее время в изобилии снабжены теплой одеждой, но что весьма желательны пожертвования бельем, носками и прочим, а также почтовой бумагой и конвертами. Епархиалки сразу же собрали на конверты 20 рублей.

Вслед за самой Вяткой и ее уездом, данная благотворительная акция прошла по всем городам и уездам губернии, всюду встречая весьма активную поддержку у её обывателей. Цифры пожертвований по отдельным уездам порою были очень внушительными. В Нолинском уезде Вятской губернии, пожертвования, сделанные только с 21 февраля по 10 марта 1904 года, составили 908 рублей. Тут пожертвования собирались волостными правлениями, сельскими обществами, учащимися духовного училища, отчислялись из своего жалования гражданскими служащими.

Собирались пожертвования и частными лицами. Так, председательница дамского комитета мадам Маландина собрала по подписке 156 рублей. В Котельничском уезде размер пожертвований с 26 февраля по 23 июля составил 6085 рублей. Пожертвования делали разные люди. Котельничский уездный врач Серебряков пожертвовал от себя 2 рубля, городской судья Иванов — 1 рубль 60 копеек.

Не топтались на обочине общих дел и представители знати, а также власти Вятской губернии. В Уржумском уезде купеческий сын Д. П. Шамов собрал по подписному листу 40 рублей 30 копеек, госпожа Садовень выслала 500 рублей личных средств, земский начальник шестого участка уезда И. И. Угрюмов, также по подписному листу, собрал и выслал куда следует 25 рублей 21 копейку.

Собирали пожертвования и через храмы. Госпожа Л. А. Капгер на воскресной службе 29 февраля 1904 года собрала в Уржумском Свято-Троицком соборе 25 рублей 38 копеек.

Так сообщали вятские газеты.

Наряду с деньгами от вятчан в фонд Красного Креста поступала также помощь и теплыми вещами. Жители губернии отправляли на фронт рубахи, полушубки, варежки, кальсоны, носки, нитки. Церковный староста села Заево Слободского уезда собрал от прихожан и отправил на Дальний Восток 283 аршина холста, одни подштанники и 8 пар варежек, от крестьян Селезеневской волости было собрано и отправлено 2500 аршин холста, 6 рубашек, одни подштанники, 55 полотенец, 6 скатертей, одни варежки, 2 фунта ниток, 10 аршин синей пестряди и 1 шелковый платок…

Весной 1904 года в Вятскую общину сестер милосердия поступило 1875 рубашек, 1650 кальсон, 750 простыней, 308 наволочек на подушки, 1915 полотенец, 328 докторских халатов, 75 портянок и 37 пар сапог. Кроме этого, поступили и книги разного содержания.

Всё это я знал. Из регулярного чтения. Газеты фельдшеру Павлу Павловичу продолжали аккуратно доставляться и я их просматривал. Но, вся эта война была для меня где-то далеко, там, за тысячи и тысячи вёрст.

Меня одна буза занимала. Павел Павлович интенсивность моих тренировок всё увеличивал и увеличивал. Он тоже, сейчас как не в себе был. Одурел просто. Дело всей своей жизни он на практике пробовал. Какие-то, самим им выдуманные тесты, по его разумению, на мне почти каждый день проводил, результаты аккуратно на листочке фиксировал. Продолжал свою систему обучения бузе на благодарном ученике, то есть на мне, шлифовать.

Чем-то меня он ещё и поил. Три раза в день. По целому стакану. Скалено налитому.

Работу свою, впрочем, Павел Павлович не забывал. С меня, по полной программе службу на фельдшерском пункте спрашивал.

(По материалам вятских газет рассматриваемого времени)

Глава 24

Глава 24 Вести с фронта

Я тут, теперь уже в девятьсот четвёртом году, один одинёшенек. Все мои родные дома остались. И родители, и дедушка.

У фельдшера Павла Павловича же, как у всех здесь — родни считать не пересчитать. Многие, как и он, с медицинской деятельностью непосредственно связаны. Через них, родных, война с Японией ему в окошечко и постучала.

Первой, уже в феврале 1904 года, его троюродная сестра на театр военных действий отправилась. Павел Павлович даже в Вятку ездил её провожать. На меня фельдшерский пункт оставлял.

Она, родственница его, с медицинским отрядом на Дальний Восток отправилась.

Вятским обществом Красного креста был сформирован этот отряд, состоявший из 5 врачей, 15 сестер милосердия, 30 санитаров, 1 фармацевта и 1 фельдшерицы-волонтерки. Троюродная сестра Павла Павловича как раз одной из сестер милосердия и была.

Размещался вятский отряд в станице Сретенской, помогал больным и раненым воинам.

В свободные минутки сестра милосердия домой письма писала. Павла Павловича тоже своим вниманием не обходила. Фельдшер каждому такому письму очень радовался, даже мне их вслух читал.

— Похоже, Ваня, работы там у них много. Смотри, что сестрица моя пишет. Сегодня в лазарет прибыло 100 раненых и 10 больных. Всего на излечении теперь состоит 336 человек…

Павел Павлович поцокал языком.

— Это же больше, чем в нашей уездной больнице! За день сто раненых! Десять больных! Деревня целая! Если же по мужикам считать — даже село…

Павел Павлович извлёк из ящика стола пачечку ранее пришедших писем с Дальнего Востока.

— Вот. В предыдущем что сообщает… — фельдшер извлёк листочек из конверта. — Сегодня в лазарет поступило 112 больных нижних чинов, 2 офицера и 1 врач. Состоит на излечении нижних чинов 370, офицеров 15 и врач 1.

Павел Павлович вскочил со стула и по приемной комнате фельдшерского пункта туда-сюда засновал.

— Сто двенадцать больных нижних чинов! За день! Пятнадцать офицеров! Что же такое с болезнями там делается!

Второй раз на проводы в Вятку ездил земский фельдшер уже в конце марта. Когда из губернского центра на японскую войну отправлялся ещё один медицинский отряд. На этот раз от Общины сестер милосердия. В его составе ещё одна дальняя родственница Павла Павловича была.

Вернулся в село мой