Очень правдивая сказка - Павел Калмыков

За окном стояла ночь, барламендарии спали в креслах, каждый примостив голову на плечо соседу. Глава правительства изо всех сил таращил усталые глаза, чтобы они не захлопнулись.

- Простите, - сказал он, - я прерву вашу интересную беседу. Заседание пора закрывать. А знаете, профессор, плюньте вы на эти пять тысяч. Пусть ваш завхоз завтра ко мне приедет с телегой на склад, я ему сколько угодно ниток и материи дам. Мне все равно девать некуда.

- Так нечестно! - возмутился министр войны.

- Все честно, - ответил глава правительства и позвонил в колокольчик.

Барламендарии заворочались, запотягивались, послышались зевки.

- Господа! Пока я не закрыл заседание, хочу предупредить, если так пойдет, то скоро нам придется заседать круглосуточно. Давайте лучше обсуждать только государственные вопросы. А деньгами распоряжаться - на это министр финансов есть.

- Правильно! - бурно поддержали главу барламендарии. - У нас горлы... горла... глотки у нас не железные! - и вынесли соответствующую резолюцию.

У министра войны от грусти не было сил возражать.

- Ну вот, - шепнул глава правительства профессору, когда все расходились. - Теперь если что - прямо к министру финансов обращайтесь.

- Спасибо, - ответил Ифаноф.

А сам подумал, что главные беды еще впереди.

ЛИРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ

(Стихи, сочиненные Журигом)

В весеннее время, в безветренный день,

На крыше сидел молодой воробей.

Ему надоело сегодня парить,

Решил он сидеть и ногами болтать.

Другой воробей на дороге стоял

И под ноги очень серьезно смотрел.

Хотел воробей научиться ходить

И думал, с какой ему лапы шагнуть.

А третий взлетел воробей в небеса

И, крылья раскинув, глядел с высоты,

И думал он гордо: "А ну их совсем.

А может, я просто некрупный орел..."

Глава 14

История хулиганского королевства

Урок политики всегда проходил в классе. На стене висела политическая карта Бланеды. Профессор Ифаноф рассказывал:

- Пятнадцать лет назад умер великий анклийский король Яжа пятый.

- Мой дед! - шепнул на весь класс Журиг.

- Правильно. Дочь Яжи Пятого вышла замуж за короля Тании.

- Моя мама!

- Вот, а кроме Журиговой мамы, у короля были еще два сына-близнеца. Яжа Шестой и Яжа Седьмой. И когда отец их умер, то Шестому суждено было взойти на престол, а Седьмому, который был младше брата на десять минут, всю жизнь оставаться принцем.

Ветя и Фидя пересели с задней парты на переднюю, чтобы лучше слышать.

- И вот наступает день коронации, - продолжал профессор. - И тут выясняется, что оба принца Яжи - Шестые. То есть один-то, конечно, Седьмой, но не признается, и никто в целой Анклии не может его отличить. Оба рыжие и голубоглазые, каждый называет брата самозванцем. Приехала из Тании сестра, но и она руками развела. Помню, говорит, у одного должна быть родинка под мышкой, но у какого - забыла. Что делать? Отложили коронацию раз, другой. А потом один из братьев пропал неизвестно куда. Что ж, подумали придворные, пропал так пропал, сам виноват, в другой раз пропадать не будет. И короновали того, который остался.

Проходит год. Правит король, как умеет. А умеет он, прямо скажем, не очень, крестьяне, того и гляди, забунтуют. И вдруг по стране пошел слух: брат-то короля нашелся! Его-то на острове в тюрьме держали, а он сбежал и теперь собирает всех, кто за справедливость, потому что он и есть настоящий Яжа Шестой. Кто его видел, говорят, точная копия короля, который на монетах отчеканен. А когда законный король займет престол, то все крестьяне получат землю, потому что король этот знает сам, почем фунт лиха.

И пошел народ к объявившемуся королю, и началась крестьянская война. Неизвестно, чем бы все кончилось, если бы вражественные Анклии страны не стали ей в этот момент дружественными и не прислали свои войска на борьбу с крестьянами. Крестьянская война - вещь заразная, это все короли знают. Победят крестьяне в Анклии, а во Врандзии на них посмотрят - и тоже захотят. И в Идалии захотят, и в Кермании. Что тогда с королями будет? А так короли прислали в Анклию войска и крестьянскую армию разгромили.

Остатки армии крестьянский король увел на север, в Жотландию. В этой холодной скалистой стране не было людского жилья, только развалины древних крепостей. Пришельцы поселились в землянках, в пещерах. Но чем жить? Хлеб посадили - не растет. Овец разводить - так их в пути съели. Многие крестьяне не выдержали, вернулись на милость анклийского короля. Кто выдержал занялся хулиганством. Крестьянский король стал королем хулиганским.

Прошло с тех пор тринадцать лет. За это время обстановка с хулиганством на Бланеде сильно изменилась. В каждой стране теперь в лесах обитают хулиганские шайки, а атаманы их подчиняются жотландскому королю. Кто не подчиняется, тех выгоняют из хулиганского братства, и полиция с теми легко справляется. Записаться в хулиганы стало очень сложно, а чтобы стать атаманом, надо окончить Жотландский Институт Хулиганства, изучить там хулиганство дорожное, лесное, морское. Говорят, даже есть секретная кафедра воздушного хулиганства. А король Жотландии теперь один из самых могущественных королей, хоть другие короли и стыдятся это признавать.

- Мой дядя! - гордо сказал Журиг.

Все немножко позавидовали Журигу, и только рыжая Лита презрительно усмехнулась.

Ифаноф рассказывал про Жотландию, но ни слова не сказал о том, что вместе с королем хулиганов в полуразрушенном замке жила дочь короля. Дочь выросла без матери, среди мужчин, она ловко лазала по скалам, бегала, как ветер, скакала на любом коне... Был у нее и клавесин, но играть на нем она не умела, лишь иногда одним пальчиком выстукивала странную мелодию...

И никто почти на всей Бланеде не знал, что король хулиганов отправил свою дочь учиться в Школу Мудрых Правителей. Знал об этом профессор, да знали хулиганы из ближнего леса, которым было поручено тайно охранять принцессу.

Папа Крижи Крокодила был великим королем. Это он еще в молодости лично объехал все Южные острова, первый сосчитал их и объединил в одно большое королевство. Но и теперь, когда молодость короля осталась далеко позади, он дальше всех кидал копье, бегом догонял хромого страуса, а речку переплывал быстрее, чем настоящий крокодил. Три сына короля были во всем под стать отцу. А четвертый - Крижа - все больше мечтал и сочинял стихи (см. лирическое отступление на стр. 22). Бился с ним отец, бился и, ничего не добившись, отправил в учение, мудро рассудив, что хуже не будет.

У долговязого принца Доли отец тоже был долговязый и худой. И очень самостоятельный. Все королевство у них состояло из дворца, в котором постоянно шел ремонт, и придворного участка. Король все делал сам, у него не было ни слуг, ни министров, ни подданных. Жена и та сбежала. Но все-таки это было настоящее королевство, со своим гербом и со своими законами, и король Доля Второй был в нем полным хозяином. А корона у него представляла набор гаечных ключей.