Магическая Академия Роганды.Том 1 (СИ) - Финова Ева

А после ее слов я невольно задумалась о моих будущих образовательных встречах с ректором, да еще в его личных покоях. Румянец плотно прилип к моим щекам.

— Не подходят, говорите, — задумчиво повторил архимаг, рукой разглаживая салфетку на своем подносе. А как только заметил за собой несвойственное поведение, скомкал бедную и ни в чем не повинную бумажку и сообщил нам радостную новость:

— Хорошо. Первое: назначить Лею Дорвиндаль вашей ассистенткой — позволяю. Второе: график внеклассной деятельности согласовывать лично со мной. Третье: помещение ищете сами. Утверждаю тоже я. На этом все.

Поднявшись из-за стола, он глянул на меня и нейтральным тоном заметил:

— Студиоза Лея, вижу, вы доели. Поднимайтесь. Вас ждет сестра в моем кабинете.

— Как? Вы! Чего вы раньше мне не сказали? — посетовала я, срываясь на бег до кабинета ректора, но архимаг меня опередил, опять перехватив под локоть, и уже на ходу ответил:

— Я вам говорил и впредь прошу обращаться по форме, о уважаемая Дорвиндаль.

Оглянувшись на только что покинутый нами стол, опять увидела застывшие выражения на лицах сидящих, поэтому смиренно промолвила:

— Прошу прощения, исправлюсь…

А про себя подумала, как было бы проще, если бы меня опять мало кто понимал.

Так под руку мы и миновали столовую, потом общий зал с расписанием. Зашли в башню. Но вопреки здравому смыслу меня повели не по лестнице, а прижали к ближайшей стене, едва за нами закрылась дверь. Я оказалась в плену между стеной и кольцом рук ректора.

— Экспонат, говоришь? — тихо спросил Сегдиваль, наклонившись к моему уху. Его дыхание опалило и заставило вздрогнуть. Я смутилась и опустила голову, не совсем понимая, чем обязана такому странному поведению, а он между тем продолжил свой монолог: — Наблюдают, но не трогают, — это обо мне, да?

— Я… — только и ответила, прежде чем опять закрыть рот. Совсем не понимаю, о чем он!

Его ладонь легла на мою шею. Я все еще пребывала в мысленной прострации, неужели сон? Пока я думала о нереальности происходящего, по-видимому, плод моего воображения большим пальцем аккуратно приподнял мой подбородок, заставив посмотреть ему в глаза. Теплая искренняя улыбка лучилась во взгляде Глениуса, губы, наоборот, были напряженно сомкнуты.

— Намек понятен. Вызов принят! — С этими словами меня поцеловали как никогда до этого: нежно, чувственно и осторожно.

Целуют? Меня? Ректор? Да быть такого не может… Точно сон! Поэтому, расслабившись, я решила получить удовольствие и даже поучаствовать. Мои руки потянулись к его шее, сама невольно прижалась к жесткому одеянию архимага, за которым угадывалось мужественное тело. Одна его ладонь легла мне на затылок, вторая начала расшнуровывать мой корсет. Повинуясь внутреннему желанию, я раскрыла губы и… Ничего не произошло. Застонав, этот настоящий образец мужественности, к тому же не лишенный джентльменских наклонностей, отстранился от меня, тяжело дыша. А когда он тактично отвернулся, дав мне возможность привести себя в надлежащий вид, до меня начала доходить вся суть происходящего. Как там мама рассказывала о людском отношении к непостижимому: отрицание, осознание, принятие, смирение. Так вот с последними двумя стадиями у меня были явные проблемы.

— Вы! — начала я на повышенных тонах.

Но договорить мне не дали.

— У вас просто огромная любовь к местоимениям, — ровным голосом сообщила мне спина Сегдиваля.

— А у вас просто здоровенные способности к нелогичному поведению, — огрызнулась в ответ и уже собралась высказать все, что я о нем думаю, когда нас прервал дядя Иба, крича сверху:

— Глен, Лея! Долго вы там еще будете разбираться? Вас тут ждут!

Добрались мы до кабинета великого архимага всея академии за считанные секунды. Глениус и я, в очередной раз подхваченная за локоть, пролетели все лестничные пролеты вертикально вверх. А оказавшись рядом с Игебдилом, приостановились и полетели дальше, так же паря над полом, только более медленно, чем накануне. Лицо ректора было безучастным, я же злилась на всех и в первую очередь на себя! Надо было сразу его оттолкнуть. Вздумала помечтать наяву, наивная. Боже, как же стыдно…

Внезапно до меня дошло. Сестра! Меня впереди ждала сестра! Ура! Меня скоро заберут домой! Прощайте, унылые студиозы… Прощай, извращуга Сегдиваль, хоть и не лишенный положительных качеств. Но когда мы вошли в кабинет, я поняла, что все далеко не так радужно, как уже успела себе нарисовать в воображении.

Асия, от природы стройная и женственная, стояла у окна сгорбившись, отвернувшись от нас. Что она увидела там такого занимательного, ума не приложу. Моя сестра в первую очередь кинулась бы в объятия да расцеловала меня всю, прежде чем начинать разговор. А эта перешла сразу к делу, сухо поздоровавшись со всеми присутствующими, не поворачиваясь:

— Здравствуйте, уважаемые мужи Роганды. Мне нужно сообщить Лее печальные новости, поэтому я попросила бы вас устроить нам приватный разговор с моей сестрой.

Игебдил, еле дождавшись возможности вставить слово, набрал воздуха в грудь и напыщенно произнес:

— Здравствуйте, Асия Дорвиндаль. Великая честь увидеть старшую дочь из рода хранителей знаний, — начал распинаться проректор. Но когда до него дошел смысл сказанного моей псевдосестрой, постарался сократить заготовленную речь, посему выпалил почти скороговоркой: — Мы будем рады принимать вас в нашей академии в любое время дня и ночи, а сейчас позвольте мне откланяться.

После этих слов он вышел. Глениус же смотрел на Асию безучастно и о чем-то думал, потом его лицо окаменело и он развернулся, собираясь уходить. Напоследок, кинув затравленный взгляд на меня, хотел было что-то сказать, но, заметив мой скептицизм, связанный, кстати, совсем с другими событиями, просто молча ушел, плотно закрыв за собой дверь.

Воспользовавшись нашим уединением, моя сестра начала свой рассказ без всяких вводных, как говорится, перешла сразу к делу:

— Наша деревня уничтожена, Лея. — Ее слова заставили вздрогнуть от неожиданности.

Что здесь вообще происходит? К чему весь этот цирк? Хотят, чтобы я осталась в академии, поэтому придумали разыграть такое? Жестоко!

Самозванка тем временем продолжала:

— Жителям позволили уйти, но при одном условии, прости…

— За что? — недоуменно вставила я. Наконец после онемения у меня прорезался голос.

— Нам пришлось согласиться, иначе нас всех бы убили… — продолжила оправдываться эта ошибка труппы комедиантов.

— Господи, да кто вам угрожал? Что за условие? За что ты у меня просишь прощения? Что за бред!

— Это не бред! — вскрикнула эта девушка и наконец обернулась. Зря она это сделала. Мой дар работал исправно: стоило нам встретиться взглядами, как иллюзия начала таять, образуя предо мной красное безобразное существо в два человеческих роста.

— Тупая ты деваха! — прорычало это нечто, клацая несколькими рядами безобразных зубов. — Любая малявка разревелась бы и слушала дальше. А ты всегда отличалась от всех лишними мозгами. Фу, уродство.

Я от ужаса закрыла лицо руками, но реветь не стала. Наоборот, почему-то разозлилась. Но на что? На архимага? Почему он ушел и оставил меня одну с этим монстром! Боже, минуту назад мне хотелось их всех покинуть, а теперь я готова все отдать, лишь бы опять их увидеть… Ой, мамочки…

Червонно-красное чудовище, по-своему истолковав мое поведение, похоже, удовлетворилось эффектом и продолжило что-то мне рассказывать:

— А все эти малявки с рыжим уродцем во главе! Они должны были притащить тебя ко мне! Но вместо этого сыны подзаборной суки решили заработать на твоих способностях. За что и поплатились. Шакалы! Урки дохлые!

Поняв, что убивать меня, по-видимому, не будут, я открыла глаза и сквозь раздвинутые пальцы увидела, как мой собеседник смачно сплюнул на пол, прожигая кипящей оранжевой субстанцией каменный пол насквозь, образуя посреди комнаты темный провал.

— Ты, наверное, хочешь узнать, зачем вдруг всем понадобилась, да?