Последний отчет - Павел Зло

       - Это все хорошо, но что, же с нами? - Хохол

       - С вами? Я вам отвечу. Все началось с того, что кто-то стал выполнять не свою работу. Вашей основной задачей было - не лезть, ни в какие конфликты. Тихо сидеть у себя на базе, пить чай и следить за приборами напомню работающими в автономном режиме. В случае надобности чинить их. Вместо этого вы умудрились принести некую дрянь, не удосужившись понять что это, и уничтожить базу.

       - Это был псевдоартефакт, - как бы оправдываясь, сказал Андрей.

       - Не имеет значения, что там было, - возразил Бабушкин. - Таким образом, оставив всех нас без глаз и ушей. Ваша работа, конечно, включала в себя патрулирование участков, но малоопасных участков. Как и все базы поддержки, вы должны были находиться в глубоком тылу, даже если все остальные в это время шмаляют друг в друга, вы все равно сидите на базе и пьете чай...

       - А я-то, думаю, чего за десять лет мы так мало людей встречали. Оказывается, все были просто в другом месте - тихо сказал мне Хохол.

       - Именно для этой цели вас и вызвали из инженерной части - продолжал генерал. - Понятно, что воевать должен спецназ, а инженеры чинить. Ни один здравый человек не будет давать микробиологу гранатомет, и требовать от него военной выучки как от бойца спецназа. Конверты с повестками рассылались среди инженерных частей, частей быстрого реагирования (спецназа) и ученых институтов. Инженеры, как правило, получали направление на БИПы куда вы, и попали. Части реагирования на ТОРы (Терминалы Оперативного Реагирования), а ученые на СПОРы (Станции Позиционной Оперативной Разведки). Частично СПОРы пополнялись военными, так как это все-таки полувоенная организация и тому свидетельство - сам Кастет.

       - Вы упоминали 9. Что означает девятка на конце.

       - Ух, да, надо бы мне держать язык за зубами. Есть еще и ...9 - базы повышенной секретности. Занимаются только исследованиями и изучением Зоны. Точное местоположение - квадрат, не указывается. Если не возражаете, я вернусь к сути, а то мы отвлеклись.

       - Нисколько.

       - Итак, после того как связь по вашей безалаберности была потеряна, мы сразу собрали военную группу и прилетели на вашу базу с целью разобраться в причине потери связи. Ту самую причину мы все увидели еще на подлете к вашей станции, но вас там уже не было. Мы подумали, что от столь сильного взрыва все погибли. Тогда мы полетели к убежищу 17, но Чибис уже находился в руках у мародеров. Неизвестно по какой причине, но Кастет сдал базу мародерам без боя. Мы прикончили тех наглецов, но Кастет с отрядом были уже далеко, мы их не смогли засечь. Пришлось вернуться обратно ни с чем. Затем вы все сами знаете. Вскоре засекли сигнал от одного из наших дезертиров, вылетели на координаты сигнала там и встретили вас.

       - Я не очень-то верю в то, что Кастет нас предал.

       - Я сам бы не поверил, если бы не видел собственными глазами, оставленную на откуп врагу базу - Бабушкин подошел к окну и приоткрыл жалюзи - Многое изменилось, стоило нам только дать слабину. Прежде всего, изменились люди. После потери связи, участились случаи дезертирства. На этом фоне предательство Кастета не выглядит таким уж невероятным. Не хочу приукрашивать картину, конечно, и до этого подобное происходило, но за столь малый период - два дня, используя момент, сбежало около десятка отличных бойцов. Среди них был и Михалыч - разведка, отряд Барракуда, - тот Стрелок, что в вас стрелял. Представляете насколько низок наш боевой дух, если уже не зелень молодая бежит, а элита во всю ноги уносит. Быть может, посчитали себя обреченными, оставаясь здесь без связи с "большой землей" и другими базами потому и расползлись по Зоне как тараканы. Очевидно, Михалыч преднамеренно вынул батарейки из рации - понимал, что по своим каналам мы сможем его засечь но, тем не менее, хорошо уже, то, что он не выкинул рацию. Это лишь объяснимо одним - хотел оставить себе призрачный шанс на возвращение. Не мог же он знать, как там сложится дальше... - генерал прислонился к шкафу - По ее сигналу мы вас и нашли.

       Бабушкин посмотрел на часы, будто ожидал чего-то - Ладно, оставим эти рассказы на потом товарищ Сикорский, отвечающий за БИП-13. Вижу с уничтожением базы вам некуда податься? Потому хочу услышать ваши предложения.

       - Вы правы. Правы во всем. И даже в том, что мы выполняли не свою работу. Иначе не погибло бы столько народу: Палый, Штык, Толстый, Бес, Щербатый, Горошников. Выходит, они погибли напрасно просто, потому, что кто-то выполнял не свою работу. Но что нам оставалось делать? Что? Вы выбросили нас сюда и даже не удосужились толком объяснить, что же является нашей работой...

       - Не стоит - он выдвинул стул и сел на него - За все время здесь я не видел ни одного человека, который бы, не задавался вопросом: что он делает здесь? И в чем его работа? Кругом одна неразбериха и она понятна, ведь ничего подобного в мире просто не происходило. Такого места на земле больше нет. Никто не знает, что делать ни там (наверху), ни тут, но делать что-то надо, поэтому мы здесь и создаем видимость некой очень важной работы, хотя на самом деле не можем постичь и половины происходящего...

       - Значит должны гибнуть люди?

       - Люди гибнут и гибли всегда?! Это не ваша заслуга или наказание!

       - Этого, увы, я понять не смогу. Потому я - как старший уничтоженной группы БИП-13. Я признаю ответственность за потерю группы и уничтожение базы готов подать рапорт и понести заслуженное наказание...

       - Когда я говорил о том, что вам некуда податься я имел ввиду совсем другое. Я не обвиняю вас и не виню, и не требую сатисфакции. Кто не безгрешен и не совершал ошибок, тем более в Зоне. Если бы я, вам рассказал, сколько на мне висит трупов, моя кровь перехлестнула бы вашу как минимум трижды, причем за всю вашу недолгую жизнь. Вы в Зоне с самого ее появления. Это серьезное достижение. Хочешь, вноси в книгу рекордов Гиннеса. У вас колоссальный опыт и раз уж такое дело... и так сложилось..., может, вы оба, присоединитесь к нам?

       День пятый: долгожданное пополнение (новоявленный союзник)

       Мы влились в ряды военных. Нам полагалось выдать военную атласную униформу, оружие и антирадиант. Отныне мы значились как боевые единицы специального назначения, временно состоящие в резерве.

       Бабушкин, который день не показывался на глаза. Всякий, раз под разными поводами, он избегал личной встречи с нами, сообщая через своего человека, что у него возникло очередное не отложное дело. К нам он приставил своих надзирателей, которые сообщали ему обо всех наших движениях на базе. Они не очень-то были словоохотливы, особенно когда речь заходила о нем. И сразу же менялись, когда подспудно пытались выяснить ту информацию, которая касалась или могла каким-то образом помочь им в розыске Кастета. Их волновали наш последний разговор его действия поведение реакция - одним словом все, что могло пролить свет на его дальнейшее поведение. Сам же Бабушкин отмалчивался, будто мы попали в его немилость. Регулярно Андрей по несколько часов посещал реанимационный кабинет, где та самая медсестра проводила процедуры на руках. Я даже начал испытывая недостаток общения из-за лечебных отлучек Хохла. Очередным днем я наконец добился встречи с Бабушкиным.

       - Генерал, вы куда-то торопитесь?

       - С чего вы решили Сикорский?

       - Да. Кажется, мы напали на след Кастета. Мы собираем группу на поиски этого ренегата.

       - Постойте! Вы собираетесь к нему применить силу военного закона? Ему грозит расстрел?

       - Именно.

       - Стойте! Стойте! Я знаю, куда он пошел.

       - Вот как? И почему же вы молчали?

       - Не хотел преждевременно сообщать вам.

       - Итак, сейчас вы можете сказать?

       - Я скажу, но при двух условиях.

       - Каких же?

       - Во-первых, на поиски вместе с группой пойду я.

       - А во-вторых?

       - Во-вторых, вы дадите мне обещание, что перед тем как что-то с ним сделать вы разрешите мне поговорить с ним.

       Генерал не слишком раздумывал, наверное, посчитав мои просьбы мелочью:

       - Обещаю.

       - Он говорил о неком звуке, снисходящем из саркофага. Ему удалось засечь его и установить точные координаты.

       - Звук?

       - Да нечто похожее на гул - еле слышное завывание, которое он пытался декодировать на своей станции сенсоров Чибис.

       - Байка о действующем реакторе? Ее слышал каждый сталкер.

       - Верно, слышал каждый, но никто не мог, ни опровергнуть, ни доказать. Похоже, Кастету удалось выяснить что-то...

       - Значит, он пошел к центру.

       - Почти уверен, что именно туда.

       - Тогда я советую вам поспешить со своими сборами, отряд выходит скоро. Кстати я хотел бы вам показать кое-что, что вас там непременно ждет. Вдруг вы передумайте. Идемте в лабораторию.