Чтец: возвращение в лабиринт 3 - Holname

хорошо распространялся, что его можно было ощутить уже с улицы. В принципе, из-за этого все гости и заходили в кофейню.

Марс, блуждая между столиками с подносом в руках, забирал грязную посуду у гостей и попутно пытался принимать заказы. Все заведение было переполнено, из-за чего за каждым столиком сидели целые группы гостей.

«В этом месте мы можем немного подзаработать для дальнейшего пути, но нам просто нельзя закрыть кафе сразу, как мы пойдем выше. Думаю, сегодня мы раскрутим кофейню, а завтра стоит заняться поисками новых сотрудников».

Схватив с ближайшего стола еще одну опустошенную чашку, Марс поставил ее на поднос и прошел к барной стойке. Алекс стоял за ней и трудился в поте лица. То же касалось и Летисии, она пыталась привыкнуть к такой активной работе и бесконечному количеству заказов.

Оказавшись рядом с товарищами, Марс поставил на стойку поднос и, склонившись, серьезно произнес:

— Сегодня после закрытия пойдем тренироваться на третий уровень. Будьте готовы.

Алекс промолчал. Он прекрасно расслышал эту команду, но из-за большого количества заказов какой-то лишь третий уровень его нисколько не пугал. Иное дело Летисия. Девушка замерла в удивлении и, посмотрев на Алекса, спросила:

— А что на третьем уровне?

— Мертвецы.

— Что? — Лицо Летисии исказилось от удивления. Она прекрасно знала слово «мертвецы», но так как ничего подобного никогда не видела, неосознанно ее тело пробрала дрожь.

— Не удивляйся. — Равнодушно продолжал Алекс, наполняя очередную кружку молоком. — К их запаху можно привыкнуть. Можно сказать, что пока ты убегаешь от них, ты даже его не чувствуешь.

— Запах меня мало тревожит.

— Будет, когда поднимемся. Уверяю.

***

Быстро затянув ремень, к которому была прикреплена миниатюрная кожаная сумка, Летисия решительно приподняла взгляд. Теперь она была полностью собрана. Купленный часом ранее дневник удобно располагался в ее сумке и своим наличием даже как-то приободрял. Приятно было думать, что у тебя под рукой находился целый склад с вещами, пусть и не самый большой.

— Все готовы? — прозвучал голос Марса. Парень, вышедший навстречу своим товарищам из соседней комнаты, бегло осмотрел их. Что Алекс, что Летисия, выглядели достаточно решительно, пусть и немного напряженно. По их серьезным взглядам любой бы сказал, что они были готовы к бою.

— Тогда, — Марс попытался сдержать улыбку при виде этих серьезных лиц, — пошлите вперед, на самый верх.

— Да! — почти хором ответили Алекс и Летисия.

Следом за Марсом парочка чтецов направилась на выход из здания. Так как кофейня уже была закрыта, в гостевом зале было безлюдно. Все столики, стулья и вся посуда были тщательно вымыты, прибраны и подготовлены к следующему дню. Единственные звуки, раздававшиеся в этом месте, исходили от двух монтажников, вставлявших в окна. Этих людей Марс нашел еще днем. Вернее было сказать, они сами пришли к ним в кофейню из-за слухов об открытии нового заведения, так быстро разлетевшимся по всему этажу.

Заметив приближение других чтецов, один из работников приподнял голову и замер. Вид переодевшихся из фартуков и рабочих костюмов молодых людей вызвал у него улыбку.

— Уже готовы выдвигаться? — спросил мужчина. Этот низкорослый бородатый незнакомец, с широкими плечами и массивными руками стоял возле недавно вставленного окна. Со стороны он выглядел довольно угрюмым человеком, хотя всякий раз, как он начинал с кем-то разговаривать, широкая улыбка растягивалась на его лице от уха до уха.

Алекс и Летисия сразу вышли на улицу, ведь этот вопрос, в сущности, к ним не относился. А вот Марс, завязавший новое знакомство, замер у окна и заговорил:

— Да, мы уйдем примерно на пять часов. Не могли бы вы, как закончите, запереть за собой? Я потом сам дойду до вас и заберу ключ.

Мужчина широко улыбнулся. Первая же мысль, которая возникла у него в голове, была связана с тем, как сильно Марс ему доверял. Это просто не могло не подкупать.

— Как скажешь, как скажешь. Взамен, — монтажник подмигнул, — просто сделай мне потом еще чашечку крепкого.

— Договорились.

Марс усмехнулся, прощально махнул рукой и покинул кофейню. Он пошел вперед следом за своими друзьями, пытаясь идти достаточно быстро, чтобы нагнать их.

Алекс, намеренно замедлив шаг, звонко произнес:

— А ты довольно легко сходишься с людьми, я тебе это говорил?

— Зависит от настроения, — равнодушно отвечал Марс. — Я даже при крайней необходимости не смогу ни с кем наладить контакты, если у меня не будет на то желания.

Искоса осмотрев фигуру своего уверенного напарника, Алекс вздохнул и расслабленно ответил:

— Иногда мне кажется, что твое призвание не чтец, а торговец. Слишком уж легко ты добиваешься желаемого и проворачиваешь всякие махинации.

Летисия и сама увлеклась этим разговором. Она повернула голову к Алексу и уверенно ответила ему:

— Так ведь люди многогранные существа. Они могут иметь одно призвание, но заниматься и любить совсем другое. Гефест тому пример. Он же кузнец по призванию, а работает в страже. Это явное доказательство того, что мы сами определяем свою судьбу.

— Думаю, — Марс натянуто улыбнулся, продолжая идти вперед по улице, — дело тут не совсем в многогранности.

— О чем ты?

Парень повернул голову к товарищам и как-то многозначительно хмыкнул. Алекс сразу заподозрил неладное.

— Помнишь, — заговорил Марс, — я как-то упоминал, что проходил тест в гильдии храбрецов? Тогда я попал в сюжет книги.

— И?

— Мой герой был инвалидом, который в тайне от своей семьи образовал целую компанию, а потом быстро и просто отомстил всем, кто над ним издевался.

Алекс удивленно ахнул, а вот Летисия, совершенно недовольная этой ситуацией, с намеренным повышением интонации произнесла:

— Я не понимаю, о чем речь.

Марс усмехнулся. Да, порой он забывал, что Летисия была здесь просто новичком, который совсем ни в чем не разбирался.

— В лабиринте есть такой тип книг, который затягивает в себя любого, кто ее открывает. Ты как бы становишься персонажем из истории и теряешь на время свою память о реальности. Ты полностью проникаешься ролью персонажа.

— И, — Летисия искоса посмотрела на Марса, — как это связано с тем, что ты хороший делец?

— Когда человек покидает книгу