Бог смерти не любит яблоки - Алиса Чернышова

— Я знаю о тебе достаточно. “Зорко одно лишь сердце”, да? Хотя, конечно, с чисто технической точки зрения сердце не может быть зорко, потому что…

— О, заткнись! — возмутилась Ли. — Из тебя не получилось бы романтика!

Он серьёзно посмотрел в её глаза.

— Определённо, не получилось бы. Это плохо?

Ну и как на него такого злиться?..

Она вздохнула.

— Нет… Нет, не плохо.

— Я рад. Не уверен, что у меня получилось бы быть романтичным, даже если бы я попытался. Это слишком… неоднозначная сфера. Мои познания в ней ограничены, и она слабо поддаётся расшифровке.

Ли хмыкнула и покосилась на этого чудесного парня, который спокойно доверял ей свои деньги, гениально летал и всегда был рядом, который помогал ей создавать в вирте планету и прочёл её любимую книгу.

— Тебе не надо пытаться, — сказала она.

-

— Эй, Кэп! — старпом широко усмехнулся. — Я провёл Каю внушение и максимально доступным языком объяснил, в какую сторону не надо трепать своим дурным языком. Парень вроде бы проникся, ну, насколько это было вообще возможно. И дальше уже не моя песочница, но я вроде как спрошу: ты в порядке?

Ли дёрнула плечом.

— Да, с чего бы нет?

— Не знаю, Кэп. Показалось, вся эта тема с теми, кто ждёт, тебя немного напрягла.

— Джекс… я могу ошибаться, но это таки не твоя песочница.

— Да понятно, что не моя, — хохотнул он. — Но я вот тебя послушал и сейчас глупость одну спрошу… Ты знаешь его?

Ли застыла. По спине продрало морозом. Чем она себя выдала? Где прокололась? Если до штаба дойдёт подозрение…

— Что ты имеешь в виду? — уточнила она так спокойно, как только могла. — Хватит говорить загадками!

Джекс вздохнул.

— Да ничего такого, кэп. Я вот тут сижу, глушилку чиню. Вроде бы неплохо работает; наши коммы, правда, пока что не передают сигнал, но это уже частности.

Ли внимательно посмотрела на прибор в его руках. Нырнула в вирт для проверки; и действительно, всё, что сейчас будет сказано, останется между ними.

— Верно, — протянула она, глядя в серьёзные глаза Джекса, — частности.

— Вот-вот, — прищурился старпом. — Заодно решил и у тебя спросить. Смотрел тут на тебя, слушал, и стало интересно: значит, тебя ждёт бог смерти?

Дерьмо.

— Как и нас всех.

Старпом, всё это время внимательно наблюдавший за её лицом, хмыкнул.

— Ну-ну… Значит, бог смерти, да. Интересные дела… Мне жаль, Кэп.

Ли сжала руки в кулаки так, что ногти больно впились в ладони.

— Джекс, я не знаю, что ты сам себе надумал, но…

— А давай не будем? — зевнув, оборвал её старпом. — Вот правда, нам ещё вместе сдыхать. Давай не портить это враньём?

Ли поморщилась. Но промолчала.

— ..Нас никто не слышит, — добавил Джекс. — Это небольшой разговор лично между нами. Он не уйдёт дальше — по крайней мере, не больше, чем ты разрешишь.

Ли задумчиво перекатилась с пятки на носок.

— Мне всё же интересно, с чего ты вообще сделал свои странные выводы, — заметила она осторожно.

— И не мог ли кто-то ещё додуматься до того же? Положим, про бога смерти тебе стоит упоминать пореже, серьёзно. С другой стороны, то, как ты совершенно случайно выжила в лобовом столкновении с ведущим альданцев, уже о многом говорит... Впрочем, вряд ли кто-то ещё из наших сможет прочитать. Не все тут проходили подготовку в королевской разведшколе. Но я — да.

Ли ошеломлённо вскинула голову. Старпом смотрел в упор, и его привычное, чуточку гротескное лицо показалось внезапно старше, серьёзнее…

Опаснее.

Ли сглотнула.

— Я могла бы спросить, как и зачем ты здесь… Но это ведь бессмысленно, правда?

Джексон дёрнул уголками губ.

— Не то чтобы бессмысленно. Просто правда не особенно отличается от той версии, которую знаешь ты, кэп. Парой нюансов, которые на правительственном вирте хранятся под грифом “совершенно секретно” — и на этом всё. Суть-то от этого не меняется, я действительно с самого начала задавал слишком уж много неудобных вопросов. И сейчас кое-что спрошу… Значит, они всё же люди?

— Что?

— Ты знаешь, о чём я.

Ли облизала разом пересохшие губы.

…Я хотел бы быть свободным…

…Свободы не существует…

…Что, если прямо сейчас я лежу на холодном операционном столе и пытаюсь отвлечься от того, что…

…Я приду к тебе…

— Да, они люди.

— Дерьмо, — сказал старпом, глядя в небо, — даже не знаю, успокаивает это меня или убивает.

— Я тоже… не знаю, — призналась Ли тихо.

Старпом хмыкнул и снова просветил её внимательным, препарирующим, очень… знакомо-незнакомым взглядом.

— У тебя есть с ним связь? Со своим богом?

Во рту было горько.

— Нет.

— Значит, да. Тебе надо что-то делать со своим лицом, Кэп. Слишком выразительное; ты совсем не умеешь врать.

Ли промолчала. А что она могла сказать? У неё была возможность связаться с ним, да; их собственную планету никто не отменял. Только вот что это принесёт, кроме горечи? А сообщить о своих подозрениях разведке, дать им вирт-данные “бога смерти”... Ли сделала бы это, знай точно, что это поможет. Но были у неё очень, очень серьёзные сомнения на этот счёт.

— Я понял, кэп, — вздохнул Джексон. — Понял. Мой тебе совет: свяжись со своим… человеком. Потому что люди, они, знаешь ли, ошибаются. Особенно когда эмоции на кону. А нам такая ошибка может спасти жизнь… Хочешь яблочко?

Ли взяла. Яблоко, румяное с виду, отдавало пеплом и гнилью.

-

— Пообещай мне, что мы встретимся, когда кончится война, — сказала она тихо. — И мы будем рядом… как ты там говорил? В любом из смыслов, который только позволит контекст.

Он повернулся и с лёгким удивлением посмотрел на неё. Закат на их придуманной планете (на которой, разумеется, всегда был закат, как же ещё?) золотил его карие глаза (типовый цвет номер 12/2). В какой-то миг Ли даже показалось, что глаза его сами по себе горят оранжевым огнём… как взрывы в атмосфере. Страшно и красиво одновременно.

Она потрясла головой, и наваждение ушло. Она усмехнулась про себя: не в первый раз. ПТСР после всего случившегося расцветал махровым цветом, и искажения восприятия не