Перенастройка. Россия против Америки - Игооь Лавровский

Проблема разрыва желаний и возможностей и проблема цивилизационного раскола появились не сегодня и не вчера. Помещичьи усадьбы в 1917–1918 годах разоряли не по приказу из Кремля, а потому, что их стало некому охранять от подпирающего страстного желания всего и сразу и к тому же исчезла запретная разделительная черта между конфликтующими цивилизациями.

В годы первого нэпа[13] 1920-х годов и второго нэпа 1990-х капитал не столько создавался, сколько проматывался в ресторанах и на курортах. Чтобы заставить людей смириться с необходимостью недопотребления, а капиталообразование это и есть недопотребление, и чтобы покрыть, как огромным одеялом, межцивилизационные линии раскола, большевикам пришлось поставить перед страной настолько громадную и маниакальную цель — счастье трудящихся всего мира, что на время удалось снизить настойчивость вопросов относительно недопотребления и национальной самоидентификации.

Ради огромной и недостижимой цели можно и потерпеть. Советский опыт показал, что установленный в Библии максимум терпения в сорок лет по-прежнему релевантен человеческой природе. Вслед за Моисеем эксперимент повторили коммунисты и убедились, что да, действительно, сорок лет (1945–1985) — предельный срок терпеливого ожидания пришествия в землю обетованную.

Патентованный российский максимализм входит в клинч с реальностью. Но готова ли страна платить за максималистские решения? Давайте, например, сделаем Россию либеральной демократической страной. Давайте. Только для этого придется раскошелиться еще на пару-тройку «партий власти», по сути, создать еще минимум один альтернативный госаппарат, который в состоянии реально перехватить власть у действующего аппарата в результате победы на выборах и который, находясь в оппозиции, будет продолжать с комфортом сидеть на шее у страны, дожидаясь своей очереди править.

Многопартийная демократия — это роскошь для богатых. Исторически первая государственная система — это не демократия, а деспотия. Она дешевле, экономичнее. Хотите демократию — разбогатейте. Ведь демократия — это всего лишь наличие нескольких комплектов дееспособных номенклатур, ротируемых по результатам политической конкуренции между ними. У нас же пока не хватает ресурсов даже на один полный комплект. Все еще не создан профессиональный класс государственных администраторов. В госуправлении полно дилетантов, полупрофессионалов и людей, не имеющих никакой другой школы, кроме старой советской. Когда это будет исправлено — нет прогнозов. Поэтому очевидно, что между «полной недемократией» наследственного самодержавия, от которой мы ушли сквозь тернии в период с 1917 по 1953 год, и «полной демократией», до которой нам еще шагать и шагать, обязательно будет пролегать широкая полоса демократизации, т. е. более или менее последовательного усложнения государственной и общественной системы, что мы и наблюдаем в реальной действительности.

Требования свергнуть существующую власть, исходящие от самых крайних перьев нашего двуглавого орла, напоминают возмущение советских людей, томящихся в очереди к единственной кассирше, и их негодование по поводу ее нерасторопности. Им тогда еще не приходило в голову, что для того, чтобы не было очередей, нужно всего лишь раскошелиться на дополнительные кассовые аппараты и дополнительные зарплаты и посадить за кассы нескольких кассирш. Но за комфорт приходится платить.

Есть ли у России некий «особый путь», отличный от «магистрального пути развития человечества»? Зададим неполиткорректный встречный вопрос: а существует ли у человечества этот магистральный путь? Мы знаем, что усилившиеся империи прошлого всегда провозглашали свой путь магистральным. Но мы также знаем, где закончилась магистраль для многих из этих некогда могущественных империй. Freewayendshere[14]. Был ли путь Древнего Рима магистральным? Для народов, подпавших под римское влияние, под римское иго, — да. Был ли путь Древнего Рима магистральным для Персии или Китая? Очевидно, нет. Персия не была завоевана Римом, а в Китае с трудом догадывались о существовании великих цезарей. Был ли путь Древнего Рима магистральным для германцев IIIвека новой эры? Да. А для германцев VI века? Уже нет, так как путь Рима, в том виде, в каком он был магистральным в III веке, к тому времени уже закончился.

Что имел в виду Михаил Горбачев, когда говорил об «общечеловеческих ценностях»? Очевидно, распространение западной цивилизации, в том виде, в каком ее понимали партийная верхушка и советская интеллигенция, на территорию СССР. Были ли российские ценности, т. е. ценности, важные для России, включены в состав пакета «общечеловеческих ценностей»? Сначала было не совсем и не всем понятно, но постепенно выяснилось, что нет, не были. Даже такая безусловная для нас ценность, как наша победа над фашизмом, для наших ближайших соседей ценностью не является. Является ли добрососедство общечеловеческой ценностью? Это зависит от того, кто ваш сосед. Для Грузии, например, добрососедство с Россией ценностью уже не является. Хотя еще двадцать лет тому назад — являлось.

Соответствует ли путь, например, Японии «магистральному пути развития человечества»? Там существует сверхинновационная экономика, которая понесла в результате нынешнего экономического кризиса не менее тяжелые потери, чем «сырьевая» российская. Но японская организационная культура и японский быт настолько специфичны, что с трудом не только воспроизводятся, но и воспринимаются иностранцами. Магистральным может быть только то, что может быть повторено или скопировано многими. Поэтому приходится заключить, что путь Японии магистральному пути развития человечества не соответствует. Чей путь, вернее, какой путь точнее соответствует «магистральному пути» — путь как бы капиталистических США или путь как бы коммунистического Китая? Очевидный вопрос — а в чем именно национальный путь может быть вернее по отношению к абстрактному магистральному пути человечества? Что касается промышленного производства, то ветер с Востока очень скоро передует ветер с Запада, если еще не передул. Что же касается источника применяемой на Востоке промышленной технологии, то ветер с Запада постоянно силен и пока без труда передувает восточный, северный и южный ветра. Если же говорить о социальной технологии, социальных отношениях, политической культуре, религии, культуре вообще, то магистрали нет. Каждый в своем праве. И у каждого — право выбора. Главным правом демократического выбора в наше время стало голосование ногами. Не нравится дома, попробуй переехать к соседям.

Действуя методом отсечения излишних предположений, можно прийти к выводу, что «магистральный путь», к которому стремится «прогрессивная часть» человечества, — это быть членом группы технологических клиентов США, которым позволено наслаждаться материальными и социальными благами, обеспечиваемыми с помощью промышленной и социальной технологии, разрабатываемой в США. В эту группу входят не только либеральные западноевропейские демократии, ставшие такими после генерального политического оскопления, произошедшего в результате Второй мировой горячей и третьей мировой холодной войн, но и явно девиантные Япония, Китай, Саудовская Аравия, Сингапур и др. Дешевизна китайских товаров, стратегическое положение Японии и Сингапура, нефть Саудовской Аравии оказываются важнее демократии и либертарианского понимания прав человека.

Политический выбор России в отношении «магистрального пути» заключается в том, присоединимся мы к «магистральному пути» и станем еще одним технологическим клиентом США, изыскав в себе нечто важное для ответной продажи новому патрону, или вновь затеем свой собственный путь, который для кого-то сможет стать более магистральным, чем уже имеющаяся в наличии американская магистраль.

Можем ли мы скопировать путь США, эмулировать[15]единственную сверхдержаву современности и повторить советский эксперимент, но только с гораздо меньшими ресурсами? Можем, но только если поменяемся с ними местами. Ибо Штаты расположены в уникально благоприятных географических условиях. В Штатах около 100 000 км пляжа. У нас — 3 миллиона кв. км тундры. Площадь никак не освоенных территорий в России превышает площадь Соединенных Штатов. Они снимают три урожая в год, для нас один — победа. У них самый популярный вид одежды — футболка за 5 долларов, у нас — дубленка за 500. Штаты, Западная Европа, Китай — это субтропические зоны. Россия — это зона приполярная. К тому, что наши дороги долго не живут, дураки имеют гораздо меньше отношения, чем климат. В Сочи, Минводах асфальт лежит хорошо и долго, совсем как в Германии. Но вот в приполярной Канаде те же проблемы, что и в России, — зимне-летние перепады температур разрушают асфальт и дороги приходится чинить каждый год, независимо от уровня IQ. Является ли нынешняя российская система государственного управления отсталой по мировой шкале? Естественный вопрос — по отношению к чему? По сравнению с Индией и Китаем — двумя крупнейшими и древнейшими мировыми цивилизациями, отсталое ли наше государство? Сомнительно. А по сравнению с Восточной Европой или Латинской Америкой? Африкой? Ближним и Средним Востоком? Тоже сомнительно. С США? С Францией? С Бельгией? С Германией? Есть соблазн сказать «да» и признать примат «европейской» или «евроатлантической» модели. Но ведь до 1917 года Россией правили стопроцентные европейцы. Романовы потеряли кровнородственную связь с Россией где-то между Петром Первым и Николаем Вторым. Они были родственниками Габсбургам, Бурбонам, Виндзорам, но не Ивановым, Петровым, Сидоровым. Чем закончилось их трехсотлетнее европейское правление? Полным и тотальным провалом. Неевропейская или недоевропейская Россия в период беспрецедентного военного напряжения отшелушила с себя чуждую ей систему госуправления. А всего через 28 лет после обвала 1917 года, после катастрофической Гражданской войны СССР разгромил объединенную Гитлером Европу со сравнительно небольшой помощью от идеологически сомнительных друзей. Стало быть, по состоянию на 1945 год советская государственная система была эффективнее существовавшей на тот момент европейской. Она успешнее мобилизовала ресурсы для достижения поставленных целей.