Нелюбимый. Мой единственный (СИ) - Шарикова Мария

Алекс запустил руку, ласково перебирая светлые пряди, боясь испугать леди Кристину неловким движением. Осторожно развёрнув её к себе, он коснулся губами прикрытых век, медленно спускаясь ниже к нежным устам.

Кристина застыла на месте, не в силах шевельнуться. Хриплый голос, говорящий по-французски с сильным арабским акцентом, действовал на неё подобно шампанскому. У неё начала кружиться голова, а тело замерло в предвкушении. Она не замечала, что небритые щёки царапают нежную кожу, а когда его губы склонились к её губам, то совсем перестала дышать.

Крисси спокойно встретила прикосновение твёрдых губ, несмело разомкнув уста, чем поспешил воспользоваться брат дея. Он стал дерзко исследовать её рот, вызывая непонятное томление во всём теле. Её руки легли ему на плечи, притягивая ближе.

Алекс не мог устоять перед соблазном насладиться близостью леди Кристины. Видя, что девушка не возражает против его поцелуев, он притянул её к себе на колени, позволяя себе более смелые ласки. Но резко прервался, почувствовав солёный вкус слёз на своих губах.

— Что случилось, принцесса? — непонимающе спросил сэр Стэнли, заметив покрасневшие глаза леди Кристины.

— Вы снова делайте это со мной! — всхлипнув, произнесла леди Харрингтон, отталкивая его от себя как можно сильнее и вскакивая на ноги, — соблазняете, совершено не думая о моих чувствах! Мне ужасно плохо и хочется домой! Я скучаю по отцу, который наверняка места себе не находит… Зачем я вам? Для вас всё происходящее игра, а я ваша игрушка. Но для меня это вся жизнь, которую вы погубили! И мне легче умереть, чем вернуться к тем, кого я люблю опозоренной, потому что вы все равно заставите меня… Не силой, так иным способом, вы сами это сказали! А моя репутация погибнет окончательно, как и будут обречены на позор две мои младшие сестры…

Ошарашенный словами девушки, Алекс не нашёлся с ответом. Желание мигом испарилось, уступив место тревоге. Он никогда не смотрел на ситуацию её глазами, думая только о себе. Но её слёзы пробудили в нём джентльмена, который не давал о себе знать уже долгое время. Сэр Стэнли неожиданно для себя осознал, что его поступок достоин не только порицания девушки, но и наказания со стороны закона. Он похитил не вещь, а живого человека, которого наверняка разыскивают по всей стране!

Обхватив себя руками, Кристина наблюдала за мужчиной, который, казалось, забыл о её существовании. Его янтарные глаза, в которых всегда виднелся искрящийся блеск, потухли и стали похожи на небо в самую тёмную ночь. Леди Харрингтон уже жалела о брошенных ею словах, боясь того, что её может ожидать за подобную дерзость.

Поднявшись, брат дея по-прежнему продолжал молчать, и оказавшись совсем близко, лишь предложил ей руку.

— Ты наверняка голодна, принцесса, — произнёс сэр Стэнли, когда она оказались в беседке. Сказать что-то другое у него просто не было сил. Мысли о том, что по его вине девушка может свести счеты с жизнью, была невыносима!

Трапеза прошла в полном молчании. Крисси боялась издать какой-то звук, видя, как напряжен её спутник.

Сидя на мягких подушках, Кристина тупо смотрела на пустую тарелку, не испытывая голода. Заставив себя хоть что-то съесть, она положила несколько ложек салата и, отломив кусок лепешки, стала макать его в блюдо. Впервые за долгое время она не чувствовала вкуса пищи.

Молчание стало просто невыносимым, и леди Харрингтон отважилась спросить: — Я сильно вас расстроила, господин?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Меня зовут Али, принцесса, — произнёс брат дея, а затем добавил: — и ты не сделала ничего, чтобы расстроить меня. Скорей, я зол на себя, но тебе этого не понять, поэтому не забивай свою прелестную головку подобными глупостями.

Он неожиданно поднял лежащий неподалеку цветок апельсинового дерева и воткнул ей в волосы.

От этого простого жеста сердце дрогнуло в груди, но Кристина знала, насколько это неправильно. Ровно так же, как неправильны те чувства, которые она испытывает к этому мужчине. Ей стоит избавиться от них и поскорее найти способ сбежать и забыть жизнь в гареме как самый страшный сон!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Глава 14

Вернувшись во дворец, Алекс не находил себе места, думая, как ему стоит поступить с леди Кристиной. Мысль о соблазнении больше не казалась сэру Стэнли достойной. Но в тоже время он боялся отпустить девушку от себя… Ведь в Англии у неё наверняка появится много поклонников, и её выбор однозначно будет не в его пользу.

Когда вечером они с Омаром встретились за ужином, дей заметил его настроение.

— Как прошла прогулка, Али? — поинтересовался он, как обычно наблюдая за танцующими для него женщинами.

— Омар, ты говорил, что девушку не найдут до тех пор, пока ты это позволяешь? — вопросом на вопрос ответил Алекс.

— Это действительно так, брат, я могу сделать так, что Амиру найдут и немедленно вернут её отцу. Но почему ты спрашиваешь?

— Потому что… Я больше не хочу её неволить, Омар! Она никогда не сдастся добровольно, а если я сломлю её волю, то… Она никогда меня не простит!

Дей пристально посмотрел на брата, боясь подумать, что придёт в голову этому мальчишке в следующий миг. Омар так рисковал, помогая Али в его авантюре, а теперь…

— По-моему, эта красавица для тебя слишком много значит, Али, — в упор смотря на Алекса, произнёс дей, — отпуская её, ты должен понимать, какие тебя ждут последствия. Думаешь, она оценит твой благородный жест и не выдаст тебя властям?

— Омар, я был глупцом, думая только о своих желаниях, забыв, что леди Кристина живой человек, — промолвил сэр Стэнли, обхватив голову руками, — если мне придётся отвечать за мой поступок, я готов.

— Не принимай опрометчивых решений, Али, — произнёс Омар, прекрасно зная импульсивный характер брата, — обдумай всё как следует, а пока продолжи общаться с Амирой. Возможно, она ответит на твои чувства, и тогда…

— Она не ответит, — оборвал дея Алекс, посмотрев на него потемневшими от волнения глазами, — она скорей умрёт, чем станет иметь со мной что-то общее!

— Тогда поступай так, как считаешь нужным, Али, — после минутного молчания сказал Омар, — когда ты намереваешься сообщить девушке о её свободе?

— Я не знаю, Омар, — вновь схватившись за голову, произнёс сэр Стэнли, — я ничего не знаю! Я не хочу неволить Амиру, но больше всего я боюсь потерять её навсегда!

— О, Аллах, что же ты прикажешь с этим делать мне? — нетерпеливо спросил дей.

— Дай мне время, — немного успокоившись, попросил Алекс, — я всё улажу, поверь мне!

— Я даю тебе несколько дней на то, чтобы озвучить своё решение, Али.

С трудом дождавшись окончания ужина и вернувшись в свои покои, сэр Стэнли долго стоял на балконе, примыкающем к спальне. Взор его был обращен на усыпанное яркими звёздами небо. Ещё никогда в своей жизни Алекс не принимал серьёзных решений. Выбор за него делали родители, дед и брат. Но теперь в его руках находится жизнь хрупкой девушки, с недавних пор занимающая все его мысли. Он может женится на ней, ведь препятствий для этого брака у него точно нет. Когда-то у него была невеста. Красивая француженка, дочь его крестной матери. Но она сбежала с французским офицером, едва ей минуло восемнадцать, и Алекс не осуждал её. Они с Мари были слишком разными, к тому же девушка была на несколько месяцев старше…

Сэр Стэнли не мог сказать, что является достойным женихом для дочери графа Харрингтона. Он всего лишь барон, хотя и был наследником графского титула, его происхождение до сих пор у многих вызывало вопросы, а репутация… Алекс горько усмехнулся. Повеса, развратник и негодяй… Вот как о нём отзывались в Лондоне и предпочитали держать от него подальше своих дочерей и сестёр. Именно поэтому молодой человек предпочитал проводить как можно больше времени на Востоке, вызывая недовольство деда. Но на Востоке он мог быть самим собой! Свободная джилабеа и шаровары нравились ему намного больше, чем строгий европейский костюм, каждый раз напоминающий Алексу о том, что он так и не стал своим среди Лондонских аристократов.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})