Богатство или счастье? - Десмонд Элли

Тяжело дыша и удивляясь неожиданному взрыву страсти, Эшли откинула голову назад и попыталась снова взять себя в руки. Ее голова кружилась – только бы не упасть в обморок!

Она прислушалась к своему телу. Пониже живота, в том месте, которое до сегодняшнего дня редко давало о себе знать, она почувствовала ноющую боль разочарования. Эшли отдавала себе отчет, что этот человек мог овладеть ею прямо здесь, на заднем сиденье лимузина, и она бы этому не воспротивилась. А самое страшное, что он, судя по всему, тоже это понимал. Она сама спровоцировала Родриго, и теперь боялась даже взглянуть в его сторону – так ей было мучительно стыдно. Она вела себя как малолетние фанатки, готовые отдать все за мимолетную ласку кумира. Что она вообще делает? Родриго поверил ей, и, чтобы оправдать его доверие, ей нужно соблюдать дистанцию.

В это время шофер открыл дверцу машины и тем самым оторвал Эшли от размышлений. Она быстро выбралась из салона и только тогда хорошенько огляделась.

Дома? Родриго жил в пригороде для самых богатых людей Сан-Франциско. Перед ней стоял внушительных размеров трехэтажный особняк. На пороге она увидела дворецкого средних лет, терпеливо ожидавшего приказаний прибывшего хозяина.

Вслед за мужем Эшли прошла в огромный холл с картинами на стенах и мраморным полом.

– Santa Maria!

Восклицание Родриго оторвало его жену от любования интерьером. Она проследила за его взглядом и поняла только то, что он в недоумении смотрит на огромный камин. Что-то его определенно озадачило. Безусловно, за пять лет обстановка в доме должна была хоть чуть-чуть поменяться, что и вызвало удивление хозяина, не успевшего к этому морально подготовиться. Одно дело не помнить своих новых деловых партнеров или даже жену, появившуюся не так давно, и совсем другое – чувствовать себя чужим в собственном доме, в котором прожил не один десяток лет.

Эшли это прекрасно поняла и поспешила избавить мужа от неприятных ощущений. Она подошла и нежно взяла его за руку.

– Пойдем наверх, – сказала она тихо.

Так и не поняв, почему лучшие картины из коллекции его деда Бартоломео теперь висят над его камином, Родриго с радостью отреагировал на предложение жены. Он расценил его вполне однозначно, как это сделал бы любой другой мужчина, услышавший от красавицы жены предложение пойти туда, где в доме располагается спальня. Неразрешенный вопрос с картинами моментально вылетел из головы. Ему захотелось обнять свою сексуальную супругу и снова с жаром поцеловать за то, что она так ловко угадала его желание. Интересно, он всегда испытывал к ней такие чувства? В своей памяти он не мог найти ответ на этот вопрос.

– Я вспомнила кое-что… ты иди, а я тебя догоню, – скороговоркой бросила вдруг Эшли и заспешила обратно в холл по мраморной лестнице, по которой они только что поднялись.

Оказавшись внизу, она подошла к дворецкому, который, к счастью, еще не успел скрыться из поля зрения.

– Я думаю, вам интересно, кто я такая, – обратилась она к слуге, чувствуя себя весьма неуютно. – Простите, я не знаю вашего имени…

– Карлос, сеньорита. А вы, вероятно, гостья сеньора Хорхеса, – дал он ей уклончивое определение.

– В общем, не совсем, потому что я… э-э-э… в некотором роде его жена, – произнесла Эшли таким тоном, как будто она за это извинялась. Как ни был беспристрастен пожилой слуга, но даже он не смог удержаться от того, чтобы в удивлении не поднять брови. – Пожалуйста, сделайте так, чтобы никакие телефонные звонки – все равно, деловые или личные – не тревожили моего мужа. – Было видно, что Карлос раздумывает, нужно ли ему выполнять указания непонятно откуда взявшейся особы, назвавшейся женой хозяина. – И прошу не игнорировать мои инструкции, – проговорила новоявленная хозяйка таким тоном, что всяческие сомнения у дворецкого моментально отпали.

Эшли поднялась наверх и обнаружила мужа в просторной гостиной. Он с улыбкой посмотрел на нее, подошел и взял на руки.

– Родриго, – взволнованно затараторила Эшли, – что ты собираешься делать?

Он издал тихий смешок и, совершенно не реагируя на вялые попытки жены вырваться из его объятий, понес ее в глубь дома.

– Эй, эй, ты что? Отпусти меня! – запротестовала она. – Ты забыл, что тебе необходим отдых?

– Отпускаю. – Он с необычайной осторожностью положил ее на огромную постель. – Ты не представляешь, как я сам хочу отдохнуть. Вот только одному мне это делать скучно.

Эшли сделала несколько судорожных движений и оказалась на другой стороне постели. Она была красной от стыда.

– Нет, так дело не пойдет. Это не будет отдыхом.

Ловким движением пальцев Родриго развязал свой галстук и, отбросив его в сторону, с вызовом посмотрел на жену.

– Мне не нужно помнить последние пять лет своей жизни, чтобы знать, что я не отношусь к категории людей, которые наивысшим удовольствием считают полежать на диване. И даже если я временно не могу работать, мне необходимо какое-то занятие.

– Но не это же! – не сдавалась Эшли. – Тебе только кажется, что ты хочешь переспать со мной, а на самом деле это совсем не так. Правда-правда, я это знаю наверняка. Ты просто хочешь поближе меня узнать вот и…

– Не могу поверить, что женился на женщине, способной сделать из секса трагедию в пяти актах, – весело перебил ее Родриго.

– Я стараюсь заботиться о тебе, только и всего. – Она пыталась всеми силами скрыть свой нешуточный испуг, но это у нее не очень-то выходило. – Сейчас это не то, что тебе нужно.

– Позволь мне самому решать, что мне сейчас нужно…

Он вдруг осекся. Его взгляд соскользнул с Эшли и обратился куда-то вовне. Его брови нахмурились, а губы сжались.

– Что с тобой? – испугалась она.

Он снова посмотрел на нее, но уже не такими глазами, как несколько секунд назад. Он был мрачен и задумчив.

– Бартоломео, мой дед. Он умер, ведь так? Вот почему картины из его коллекции теперь висят в моем доме, а не в Каса дель Хорхес. Я прав? – Его лицо стало бледным, как тогда в больнице. – Прошу тебя, не скрывай от меня эту информацию, – проговорил он холодным тоном.

В глазах Эшли застыли слезы сострадания. С большой неохотой она кивнула.

– Да, мне очень жаль. Он умер четыре года назад.

– Как это случилось? – быстро и напряженно спросил Родриго.

– Это был сердечный приступ. – Она благодарила провидение, что знала хотя бы это, и мысленно молилась, чтобы он не задал каких-нибудь дополнительных вопросов. – Думаю, что смерть наступила быстро.

Он отошел к окну и отвернулся. Теперь Родриго находился очень далеко и от нее, и от этого дома, и вообще от всего земного, она знала это. Он думал о своем экстравагантном деде, который был ему ближе отца, и совершенно забыл о страсти, которая в нем только что кипела.