Несколько дней из жизни Охотницы - Наталья Ломаченкова

— Разве законы взаимопомощи уже распространяются и на частную собственность? — поинтересовалась я, нахально глядя в глаза эльфа. Сознание тем временем трудилось изо всех сил, выплетая и удлинняя нить портала, чтобы набросить её на своих напарников. Пока мне нужно было лишь выиграть время.

— Не тебе диктовать условия, человек, — нахмурился стрелок. — Браслет! Я жду!

— Жди, жди, — пробормотала я, заключая в петлю портала замершего Тейна. Ещё немного времени, ну пожалуйста, хоть десять секунд!..

— Ну что же… Я предупредил.

Не успеваю, катастрофически не успеваю. Отголоском разума, на миг вынырнувшего из транса, вижу, как единым движением эльф натягивает тетиву, отпуская в полёт смертоносную стрелу. С быстротой молнии срывается в места Рин, загораживая меня собой. Вскидывает руки разом побледневший Тейн, неестественно расширившимися зрачками уставившись на хрустальную сферу магического щита, куполом закрывшего нас и отразившего выстрел. Молодец, ученик! Только продержись ещё немного, пожалуйста.

— Маг, — презрительно плюнул лучник. — Ну что же, мы никуда не спешим.

Я лихорадочно выплетаю нить, пытаясь не видеть, как начинают от неимоверного напряжения и подступающей слабости дрожать пальцы молодого мага. И истончается, неумолимо гаснет сдерживающий врага барьер. Почему у меня так мало силы?!

Вылетевшая из подлеска чёрная стрела ударяет эльфа в спину. Светловолосый, не издав ни звука, падает на траву. Ещё две стрелы завершают расправу. Эльфы, так и не успевшие даже определить, откуда явилась смерть, оседают на землю. Из-за деревьев выступают пятеро теней. С жалобным звоном, точно дождавшись этого момента, рушится хрустальный шит.

Я останавливаю плетение. С облегчением и страхом вглядываюсь в неожиданных спасителей. Чёрные волосы и нечеловеческие пронзительные глаза. Дроу.

Один из тёмных окидывает внимательным взором нашу компанию, задерживая пристальный взгляд на Рине. И вдруг на его лице появляется смешение и радость, а поднятый в боевой позиции лук опускается.

— Принц Эллирин! Мы уже не надеялись увидеть вас в живых!

Рин мимолётным, почти незаметным жестом касается пальцем своего ошейника. Глаза дроу темнеют, в них проявляется тщательно сдерживаемый гнев. Он безошибочно поворачивается ко мне.

— Какой выкуп вы хотите потребовать, леди?

— Выкуп?…

Я с горечью смотрю на Рина. В душе поднимается злость смешанная с обидой. Как он мог? Неужели я всё ещё до сих пор не заслужила его доверия?

— Значит принц…

Мужчина делает шаг ко мне.

— Ортея, пойми, я просто не мог рассказать тебе раньше. Не имел права. Слишком многое зависело от того, сумели бы мы или нет добраться до Заповедного леса. Ортея, послушай…

На моём лице застыла маска саркастической насмешки. Больно, очень больно, когда тебя предают. И в тысячи раз больнее, когда тебя предают друзья.

— Освобождаю! — выдохнула я, непослушными пальцами сжимая браслет и ощущая, как он растворяется на запястье, напоследок обдав меня ледяным холодом. Рин неотрывно смотрел мне в глаза, не обращая внимания на замерших в недоумении дроу.

— Ортея… Ортея, подожди!

С яростной решимостью я дернула за нить, чувствуя, как натянулась незримая петля. И выплеснула в неё заготовленную силу. Прочь, прочь отсюда!

Перед глазами возникла знакомая полянка. Лошади при виде нас с Тейном радостно заржали и подошли поближе, довольно фыркая и тыкаясь гладкими мордами в ладони. Я наклонила голову к шелковистой гриве, отсчитывая удары сердца. Портал провисит ещё пять секунд. Он бы успел. Если бы по-настоящему захотел меня вернуть.

Три… четыре… пять…

Кончено. Мосты сожжены. Но никогда, никогда ещё я не ощущала такой сосущей и пугающей пустоты в душе. Пустоты, которая навряд ли сможет заполниться.

Слёзы текли по лицу, когда я скакала вдоль края пропасти, и ветер, играясь, сдувал их и развевал распущенные длинные волосы. Охотница… Вечно одна.

Глава 4 — На круги своя

Я стояла у торговой лавки и ожесточённо ругалась с торговцем. Этот подлый и мерзкий тип ухитрился всунуть мне меч, как он клялся и божился — истинного гномьего производства. Но только вот сверхпрочное лезвие вместо того, чтобы одним ударом упокоить нависшего надо мной во время задания вурдалака, только прочертило на его животе совершенно для этого вида нежити безобидную полосу. Хорошо ещё, что не сломалось. Но побегать в тот день, точнее ночь, мне пришлось весьма основательно. И я до сих пор не перестаю благодарить госпожу удачу за то, что каким-то чудом умудрилась выжить.

Мимо торжественно проплыли двое эльфов. Я невольно проводила их взглядом, даже на миг прекратив костерить торгаша на все корки. Даже не верится, что наконец-то наступил мир.

Война закончилась месяц назад — так же неожиданно, как и началась. Не знаю, до чего договорились эльфы и дроу, но уже спустя неделю после мирных переговоров, светлые под звуки труб въехали в разрушенную до основания столицу дроу и общими усилиями принялись за её восстановление. Завершением этой эпопеи стал внёсённый во все летописи Договор о Триумвирате. В знак своей полной лояльности к другим расам Высокие семьи эльфов и дроу съезжались на Великий королевский Бал, чтобы выбрать себе в мужья или супруги представителей другого народа.

Принцесса и принц — эльфы, принцесса и принц — люди и двое принцев дроу.

Я вздохнула, напоследок одарив трясущегося торговца ещё одним яростным взглядом, и неторопливо зашагала к главной площади столицы. Деньги традиционно подходили к концу, поэтому требовалось заявиться в гильдию и стребовать себе очередной самоубийственный заказ. Других почему-то собратья Охотники мне не предлагали. Налицо самая трепетная и горячая любовь к моей персоне.

Сзади послышался многократный цокот копыт. Я привычно прислушалась, даже не поворачивая головы. Целая кавалькада… Опять какой-нибудь лорд возвращается с гулянья.

— Отойди с пути, человек! — процедил мелодичный голос. — Дорогу принцу!

— Объехать трудно?! — рявкнула я, разворачиваясь лицом к остолбеневшими от такого хамства дроу. И замерла, точно во сне всматриваясь в до боли знакомое лицо.

Рин что-то властно произнёс, и кричавший на меня дроу, покорно кивнув, отступил назад. Принц легко соскользнул с седла и подошёл ко мне.

Я не двигалась, продолжая пристально его разглядывать. Он почти не изменился за эти три месяца. Чёрные волосы, обрезанные когда-то, вновь блестящей волной спускались до пояса. Лоб охватывал чёрный кожаный ремешок с изящной серебряной вязью. Это было единственное, что отличало его от охраны. Всё, как прежде, только вот в глазах его поселилась невидимая раньше усталость.