Новый декамерон, или Рассказы чумного города - Филатов Леонид Алексеевич

Аббатиса (пытаясь расстегнуть на Мазетто одежду)

Снимай штаны, сокровище ты наше!..Да помоги же, сонный гамадрил!..

Мазетто (чуть слышно, но с заметной у грозой)

Не трогала бы ты меня, мамаша!..

От неожиданности Аббатиса вскакивает, как ошпаренная.

Аббатиса (кричит)

О чудо!.. Наш немой заговорил!..

Мазетто (громко и со злобой)

Ах, чудо?!. Посмотрел я на тебя бы,Когда б тебя всем скопом втихаряНасиловали бешеные бабыС июня до начала октября!..

(Успокаиваясь)

Давай-ка, дорогая, лучше миромМы наше дело тайное решим…Я чудно отношусь к сестричкам милым,Но… для меня смертелен ваш режим!..

(Умоляюще)

Дай мне уйти!.. И дам я клятву Богу –А слов таких я не швыряю зря! –Что больше не приближусь я к порогуНи одного в стране монастыря!..

Аббатиса (морщится)

Э-э, глупости!.. Ты сам порассуждай-ка…Ты частью монастырской стал судьбы!..Какая же разумная хозяйкаВыносит сор скандала из избы?..Работай здесь, покамест хватит силы,О прежней вольной жизни не скорбя.А как помрёшь – местечко для могилыВ саду мы обеспечим для тебя!

Рассказчик (со вздохом)

Не вслух, но всё же выругавшись грубо,Мазетто стал слугой монастыря.И через месяц дал, конечно, дуба…

Эконом (уточняет)

Ну, помер, по простому говоря.

Рассказчик

Хоть наш герой недолго жил на свете –Он не был, как вы знаете, скопцом…В монастыре рождаться стали дети…

Эконом

Все, как один, с Мазеттовым лицом.

Рассказчик

Но то ль случилась связок анемия,То ль языка случился паралич, –Все дети были сплошь глухонемые…«Гы-гы… Мы-мы…» – вот их семейный клич.Шло время. У детей рождались внуки,И, подтверждая с дедушкой родство,Они произносили те же звуки«Гы-гы… Мы-мы…» – и больше ничего!..Из монастырских записей известно:Потомков этих множилось число.В монастыре с годами стало тесно,Поскольку население росло.

Эконом (виновато)

Я как-то раз случайно не задвинулТяжёлую щеколду от ворот…

Рассказчик

…И в щель образовавшуюся хлынулВнутри не помещавшийся народ!..Случилась населения утечка,Часть внуков оказалась за стеной.Стал монастырь местечком. А местечкоС годами обещало стать страной.И косвенные внуки, и прямые –Все грамоты боялись, как чумы.Была страна, где все глухонемые.И был один язык: гы-гы… мы-мы…Поймёшь не сразу, кто о чём горланитВ угаре всенародной кутерьмы…«Гы-гы…» – толпе советует парламент,Толпа не соглашается: «Мы-мы…»Один кричит про вспашки новый метод,Другой – конец, мол, света недалёк, –«Гы-гы… Мы-мы…» – вопят и тот, и этот,И в результате – вроде диалог.Лингвисты из какой-то МиннесотыПытались местный выправить язык,Но тут уж возмутились патриоты:Пускай народ гутарит, как привык!..Страна была когда-то даровита,Но умников с годами вымер вид,И как итог – не стало алфавита…«Гы-гы… Мы-мы…» – вот весь их алфавит.Бывало, кто-то вдруг да испытаетСоблазн на солнце выползти из тьмы…Стараются… Но звуков не хватаетПровыть «Мы не рабы-ы!.. Рабы не мы-ы!..»Такую вот переживает драмуТалантливейший некогда народ…Бессмертный текст, как «Мила мыла раму»,Ничей не выговаривает рот!..Подумаешь – и сразу станет жарко,Что ж будет со страной несчастной той,Когда однажды в мир придёт Петрарка,А после – страх подумать! – Лев Толстой?!.А впрочем, есть один толковый малый…У рыночных слоняется ворот…Так тот других нормальнее, пожалуй,Но приглядишься – полный идиот!..Вы поняли теперь, как вредно это –Косить под дурачка – гы-гы… мы-мы?..…Так был наказан хитрый плут Мазетто,А вместе с ним его потомки. Мы.