Нариса Карди: Жизнь на Грани - Елена Подплутова

— Очень хорошо, ребята. — Произнёс Наставник, когда мы с Яном убрали оружие. — Теперь я точно могу быть спокоен за вас обоих. Так что, Ян, можешь ехать в Университет забирать свой диплом, он уже подписан.

— Наставник, но ведь ещё несколько месяцев до окончания срока практики. — Непонимающе смотрел на мага Ян.

— Мальчик мой, N года — условный срок, каждый Наставник сам определяет, когда его подопечный готов к самостоятельной жизни мага. Ты был готов ещё до приезда сюда, ну а теперь, когда я видел, как ты помогал Нари с магией и оружием, как брал на себя ответственность обучать её, я больше не вижу смысла быть твоим Наставником — ты готов к собственной магической практике.

— Спасибо, Наставник. Но диплом я заберу не раньше, чем помогу Нари. Во всём помогу.

Ян с Наставником обменялись понимающими взглядами и пожали друг другу руки. Я тоже радовалась за брата — он заслужил свой диплом.

В это время вернулся дядя Карад. Он в последнее время часто куда-то уезжал, вот и сегодня уехал с самого утра. Дядя спешился и, проходя мимо нас, бросил Наставнику одно короткое слово: «Узнал» и тут же скрылся в конюшне. Наставник же, сделав вид, что не замечает наши с Яном вопросительные взгляды, ушёл в дом. Переглянувшись, мы с братом пожали плечами и последовали за ним в надежде, что рано или поздно нам объяснят происходящее.

Стоило нам войти, как тётя Илана немедленно взяла нас в оборот по приготовлению ужина. Ян безропотно пошёл чистить картофельные клубни, а я, расставив на столе посуду, резала овощи для салата. Спустя полчаса мы все расселись за стол и, хотя нам с Яном не терпелось узнать, куда и зачем ездил дядя, мы не задали ни единого вопроса — отрывать оборотня от еды было делом неблагодарным, и мы прекрасно об этом знали.

Наконец, когда с едой было покончено, а посуда убрана, Ян задал дяде Караду животрепещущий вопрос:

— Отец, а что ты узнал? Ну ты ведь сказал, что что-то узнал, но куда ты ездил? И зачем?

Дядя Карад вздохнул и сложил руки в замке перед собой. Это был верный признак того, что разговор предстоит тяжёлый.

— Я ездил в ту же деревню, в которой мы были месяц назад на ярмарке. Тогда, кроме всего прочего, я активно прислушивался к сплетням и слухам, ну и немного к новостям.

— И что? — Непонимающе переспросил брат, а вот я, кажется, начинала понимать, к чему ведёт дядя. Выпрямившись, я точно также сжала руки, не отрывая от дяди напряжённого взгляда.

— В окрестных деревнях уже давненько творится неладное. Насилуют девушек, причём незамужних, из хороших семей. Свидетелей нет, те девушки, которые выжили, молчат, некоторые сошли с ума, некоторые не выходят из дому или подались из деревни. Никто из людей не знает, кто стоит за этими преступлениями, но вот уже полгода как молодых девушек запирают дома, или повсюду сопровождают отцы-братья. Несколько девушек вообще пропали, одна из них — младшая дочь кузнеца Никтока из деревни Подлесной, 17 лент отроду. — Тут дядя посмотрел на меня и продолжил: — Её долго искали, но не нашли, а позже было ещё три изнасилования с перерывов в несколько месяцев. Люди озлоблены, но не могут понять, кто это делает. А я знаю.

— Кто? — С рычанием вырвалось у меня. Риса тоже рыкнула в сознании, как бы говоря о том, что она со мной.

— Ты помнишь, я говорил, что запомнил их запах? Сейчас я тебе передам, настройся.

Сразу после оборота дядя первым делом показал мне, как оборотни могут передавать друг другу воспоминания, чувства, запахи и т. д. Для этого нужно было настроиться на того, от кого ты хочешь (или кому хочешь передать) получить нужное, настроиться не просто на его мысленную волну, а соприкоснуться душами. Для кого-то это легко сделать, просто находясь рядом с другим оборотнем, для кого-то настройка возможна только при контакте, ну а мне достаточно было смотреть в глаза.

Настроившись, я почувствовала, как наши с дядей души соприкоснулись и тут же «услышала» три разных запаха, намертво впечатавшиеся в мою память. Да, к ним примешивались многие посторонние запахи, такие, как запах крови, земли, немытого тела, навоза, но они не могут помешать волчьему носу различить в этой смеси истинные запахи трёх человек, уже почти как два года обречённых на смерть. И палач в моём лице был готов исполнить приговор.

— Кто они, дядя? — Мой голос был спокоен, словно я говорила не о мразях, почти сломавших мне жизнь, мести которым я дожидалась так много времени, а будто бы интересуясь ценой мяса на привозе.

— Один живёт в соседней от Подлесной деревни. Молодой, немного за тридцать, недавно женился. Все девушки, что пропадали из его деревни, убиты. Он — сын старосты.

Второй живёт в последней из деревень, ближе всех расположенной к городскому тракту. Он племянник второй жены старосты деревни малые кочки, то есть приходится родственником первому насильнику. Неплохой воин, одно время служил в Миридском гарнизоне, но получив травму плеча, уехал из города. Время от времени проведывает дядюшку старосту и крепко дружит с его сыном. Живёт на окраине деревни, по слухам захаживает к колдуну, живущему в соседней избе.

Третий из них служит в Миридском гарнизоне, на хорошем счету у начальства, в месяц стабильно имеет пять выходных, которые проводит вне города у друга, бывшего сослуживца, живущего в деревне Краковке, близкой к городу. Сильный мечник, неплохой кулачный боец. Семьи нет, постоянной подруги нет. В городе живёт на съёмной квартире в купеческом квартале. Магией не владеет.

Это всё, что я смог узнать про этих нелюдей.

— Спасибо тебе, дядя Карад. Ты мне очень помог, век мне за это не расплатиться. — Я встала и отвесила дяде низкий поклон, затем тёте и Наставнику. — Спасибо за кров и знание. А теперь простите, пойду собираться.

— Не смей. — Дядин рык заставил меня подпрыгнуть, и ошалело уставиться на него. До этого момента я ни разу не слышала, чтобы он повышал голос, даже из-за самых непредсказуемых моих выходок. — Не смей горячку пороть. Собралась она, видите ли. Для мести нужен трезвый ум и холодное сердце, запомни это, девочка. Иначе ты и с первым своим обидчиком не поквитаешься, не говоря уже об остальных.

— И что ты предлагаешь? — осознав свою неправоту и разумность дядиных доводов, спросила я.

— Не торопиться. С последнего изнасилования не прошло и месяца, значит времени до того, как они снова соберутся, у нас вдосталь. Легче убивать их поодиночке: живут они не близко друг от друга, предупредить не смогут. Начнём с Малых кочек, они ближе, затем в Краковку, ну и напоследок в Мирид.

— Дядя Карад, а что значит «начнём»? Ты что, со мной поедешь?