Археолог. Начало (СИ) - Госс Миродар

Увеличив картинку визора ещё раз, Ровальд услышал писк радара, и в там, где хлама вперемешку было больше всего, что-то сдвинулось. Провода раздвинулись и оттуда появилась железная собачья голова. Пасть на пол человека. Один укус, один труп. Вместо зубов торчали в разные стороны иглы, и стоило пасти чуть раскрыться, унюхав незнакомцев, как внутри иглы зашевелились, и стали заволакиваться в глотку и вновь вылезать, словно бензопила лесопилки, только из игл. Эти спицы сгибались пополам, и, как только синтетический пёс убедился, что на другом конце действительно кто-то есть, иглы заработали максимально быстро, превратившись в настоящую пилу. Он с силой раздвинул мешавшие кабеля, разорвав их ещё сильнее, промял стены туннеля, расправляя плечи. Лапы менялись, то сменяя облик на чистое железо, то вновь смешиваясь с синтетической короткой шерстью.

Робот вновь раскрыл рот, оголив двигающиеся иглы, и, передвигаясь огромными прыжками, направился на встречу.

Ровальд нажал на следующую кнопку лифта, не работает. Другая, тоже. Только предпоследняя.

Странный робо-пёс приближался. По пути вырвал кабеля жвалами и проглотил, а те, натянувшись, со скрежетом отрывались.

Двери стали закрываться, и в самый последний момент заели. Расстояние неумолимо сокращалось.

— Зилс! — Раздался крик Орин.

Килия уже встретила противника залпом коротких выстрелов. Но те лишь сбили остатки синтетики с морды, оголяя совершенно чудовищную машину смерти. За искусственной кожей скрывались такие движущиеся иглы, которые переплетались друг с другом, словно волокна, но это были иглы.

— Зилс! — Рявкнула Орин.

Гном, не отрывая взгляд от убийственной собаки-киборга, примагнитил руки к дверям, укрепившись, став монолитной стеной, одним целым с кораблём, потянул. Но их что-то держало. Что-то ещё.

Ровальд подкрутил заряд ещё чуть выше, риск разрушения импульсного генератора вырос на 10 %, мощность ещё в два раза, и выпустил заряд, который сожрал половину обоймы. Возле Зилса, почти плавно, не спеша, пролетел шар, а за ним энергетический вихрь. Шар всосался в голову пса и его откинуло в бок, пробив стену и пёс скрылся, но тут же выпрыгнул обратно. Это лишь замедлило его. Иглы заработали ещё быстрее, превратившись в мясорубку для гостей. То, чем били девушки, не сильно помогало. Выстрелы отскакивали от его брони, всасывались даже глазами. Абсолютно неуязвимая машина смерти.

За пару мгновений до столкновения гном понял, что времени больше нет, и, отцепившись от заевших дверей, встретил пса тяжелым ударом правой, впечатав голову инопланетной скотины в стену. Из-спины Зилса отделилась часть брони и оттуда выехал тяжелый короткий бластер, который Ровальд видел только на инженерных сварщиках, которые ремотируют повреждения на станциях.

Лазер впился толстой струёй луча в голову пса, удерживая её положение. Пёс пытался убраться от прицела, но прицел пушки, видимо, был автоматическим и держался стойко.

В ту же секунду, ход боя переломился. Пёс сбил сварную установку, впился иглами в Зилса, понял, не броню так просто не распились, и откинул его за себя, нацелившись в Ровальда и Килию. Орин, упираясь спиной в угол лифта, выстреливала обойму за обоймой. Но, для такой машины смерти, легкие пистолеты-бластеры ничто. Что-то начало тащить пса обратно. Зилс, держась за его хвост, тянул. Началась игра, кто кого перетянет. То ли игло-пёс дотянется лапами до отряда, то ли старый гном-инженер откинет противника.

— Ров! Выдуй в меня весь заряд! — Крикнул гном.

Ровальд довел заряд до полной боеготовности, и выпалил оставшуюся обойму в Зилса. Выскочил маленький пустой цилиндр и снопы электроэнергий расползлись по железному доспеху-циклопу. Не сумев пробить его, плазменные молнии целовали и облизывая гнома, и вскоре, тот с лёгкостью откинул противника. Пёс отлетел на десятки метров, и приземлился на спину, Зилс взялся за протянутую руку ребят и проплыл внутрь. Двери захлопнулись.

Пёс обессиленно рвал и мычал листы металла, пока лифт отдалялся всё дальше.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Зилс, тебе забрало поцарапали, — нервно ухмыльнулась Орин, с трудом переваривая пережитые события.

— Да, крепка дворняга. — Причмокнул гном.

Все были в полной готовности делать что угодно, только не ехать на лифте дальше.

Следующий этаж встречали с великой опаской, но там оказалось тихо. Пустой коридор, темно. Команда выдвинулась, теперь максимально осторожно исследуя каждую полость и помещение, прежде всего, дулом заряженного оружия. За каждым поворотом душа невольно ожидала противника.

Но было тихо и пусто. Изредка стены промяты, местами проплавленные дыры, следы от лучевой борьбы.

Каждый из путешественников ожидал, что пес поднимется по шахте и доберется до них. Но вибрационные радары молчали, что успокаивало, но не снимало общего напряжения.

Минуя множество переходов, Ровальд интуитивно чувствовал, что уже близко к цели. Мостик, центральный компьютер, хранящий все данные. Трассировка путей к жестким дискам. Память, которой сотни тысяч лет. Наша, человеческая память о том, кто мы.

— Всё-таки, археология не для слабонервных, — согласилась с собственными суждениями Килия.

Спустя пол часа блужданий по чёрному лабиринту, группа остановилась у маленьких дверей, возле которым терминал был вырван с проводами.

По бокам тянулись проходы в другие места. Исследователи оказались в самом центре муравейника, где безопаснее всего. Мостик должен быть где-то здесь.

— Жопой чую, что-то здесь есть. — Промычал гном.

— Чудище? — Неуверенно спросила Орин.

Зилс не ответил.

— Да, центральный где-то здесь, — согласился Ровальд. — Анализатор языков показывает, что все надписи вели сюда. Непонятно, почему двери малы, но, это не важно. Это должно быть, серверная.

Зилс раздвинул заблокированные двери. Взору открылось огромное чёрное помещение. Прожектора с костюмов выхватывали разные кресла, пульты, точнее то, что когда-то было компьютером. Прямо по центру свисали вырванные кабели, вперемешку с мелкими проводами.

Периодически все поглядывали на свои вибрационные радары.

Ровальд обошёл всё помещение по кругу, то спускаясь, то поднимаясь на пару ступенек выше. Здесь был центр всего, мозг корабля, который сегодня даже не охватить воображением.

В конце помещения располагался большой полукруг из различных консолей, рычагов, кнопок, и множества непонятных матовых прямоугольников. Там же, в самом центре этого полукруга, возвышался трон. Особо укрепленное кресло с широкими подлокотниками. На каждом множество мутных кнопок.

Ровальд, провёл по спинке рукой и присел. Гравитация. То, что она была на этих этажах говорило о том, что работающий генератор, системы, должно быть здесь. Совсем рядом. Но почему в серверной ничего нет?

Ни одна из кнопок, ни один монитор, панель, консоль, ничто не работало.

Только зловещие тени от света фонарей и огромный монитор, полукругом тянущийся по стене. Ровальд, сглотнул, снял перчатку, и прикоснулся к кнопкам, но даже ничего не случилось. Это место мертво, и он встал.

— Здесь должно быть что-то ещё.

— А стоит ли, Ров? — Задалась вопросом Орин.

— Это стоит всего. — Резко отозвался археолог. — Мир, из которого мы пришли на самом деле, а не этот дарвинизм, гласящий, что даже жаба, с течением времени, может стать человеком.

Больше вопросов не было.

— Я к тому, что здесь ещё много интересных мест. Антисонные стимуляторы почти на исходе. У нас всего два дня осталось. Мы тут итак очень долго. Ещё выбраться надо. Спать в таком месте мне бы не хотелось.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Ровальд изучал пространство где бы подключиться. Прикасаясь к каждому проводу своими системами, постепенно пришел к выводу, что надо попробовать подключиться к тому креслу. Аккуратно вскрыв одну из панелей, он начал присоединяться к этим проводам с запылёнными микросхемами. Но даже так, ответом ему было молчание. Совершенное.

— Это место изолировано. Центральный компьютер здесь, но система, которая работает, видимо, не является центральным компьютером. Что-то дублирующее, запасное. Ладно, ещё пару попыток и всё.