В 4:50 с вокзала Паддингтон - Агата Кристи

– Чрезмерная преданность отцу, как видно, – заметил инспектор Бейкон.

– Не так уж она безмерно ему предана – скорей врожденная потребность ублажать своих мужчин, присущая иным женщинам. Видит, что отцу нравится изображать из себя тяжелобольного, и потакает ему. То же самое с братьями. Седрик благополучно мнит себя хорошим художником, этот, как его, Гарольд, знает, как она полагается на здравость его суждений, Альфреду позволено поражать ее рассказами о своих ловко провернутых сделках. Нет-нет, она отнюдь не дурочка, напротив – очень неглупа… Ну хорошо, я для чего-нибудь вам нужен? Хотите, чтобы взглянул на ваш труп, раз Джонсон с ним уже покончил? – Джонсон был полицейский медик. – Проверил, не одна ли это, случайно, из жертв моих врачебных ошибок?

– Да, я бы не возражал, доктор, взгляните. Необходимо установить ее личность. Мистер Кракенторп, вероятно, отпадает? Непосильное напряжение?

– Напряжение? Чушь собачья! Он нам с вами век не простит, если его лишат такого зрелища. Он умирает от нетерпения. Первый раз за полтора десятка лет, если не вру, столь волнующее событие – и ни гроша ему не будет стоить!

– Так с ним что, на самом деле ничего серьезного?

– Ему семьдесят два года, – сказал врач. – Вот, по сути, и все, что с ним серьезного. Ревматизм когда-то прихватит – а с кем такого не бывает? Ну, он и ставит себе диагноз – «артрит». Пульс учащенный после еды – и странно было бы иначе – так он относит это на счет «сердца». Но на то, что хочется, сил у него всегда хватает! Он не один у меня такой. Те, кто действительно болен, с пеной у рта будут доказывать, что совершенно здоровы. Ладно, так пойдем же взглянем на этот ваш труп… Среднее удовольствие, надо думать? Когда это случилось?

– По оценке Джонсона, убита была недели две-три назад.

– Да, тогда – ниже среднего.

Доктор стал у саркофага, с откровенным любопытством и профессиональным хладнокровием глядя на то, что называл «удовольствием ниже среднего».

– Впервые вижу. Не из числа моих больных. Не помню, чтобы когда-нибудь встречал ее в Бракемптоне. Красивая, вероятно, женщина была когда-то… хм-м… Хороший зуб кто-то имел против нее.

Они вышли опять на воздух. Доктор Куимпер оглянулся на старинное здание.

– Найдена в… как бишь его… Долгом амбаре – да еще в саркофаге? Фантастика! Кто же ее нашел?

– Мисс Люси Айлзбарроу.

– А-а, новоявленная экономка! С чего бы ей, интересно, вдруг лазить по саркофагам?

– Как раз этот вопрос, – с мрачной решимостью отозвался инспектор Бейкон, – я и намерен ей задать. Да, так вернемся к мистеру Кракенторпу. Вы бы не…

– Сейчас приведу его.

Мистер Кракенторп, обмотанный шарфами, приблизился бодрым шагом в сопровождении доктора.

– Безобразие, – заговорил он. – Форменный позор! Я этот саркофаг привез из Флоренции в… постойте-ка… году, должно быть, в тысяча девятьсот восьмом или… уж не в девятьсот ли девятом?

– Вы лучше вот что – держитесь, – предупредил его врач. – Картина будет не из приятных.

– Неважно, пускай я болен, но долг есть долг, правда?

Самого краткого пребывания, однако, внутри Долгого амбара оказалось вполне достаточно, и мистер Кракенторп с завидной резвостью прошаркал назад, на свежий воздух.

– Вижу первый раз в жизни! – сказал он. – Что все это значит? Полнейшее позорище! Нет, не из Флоренции – вспомнил теперь – из Неаполя. Превосходный экземпляр. А тут какая-то безмозглая бабенка, понимаете, является и позволяет себя прикончить в нем!

Он схватился за левый бок, скрытый под складкой пальто.

– Нет, это слишком… сердце… Где Эмма? Доктор…

Доктор Куимпер поддержал его под руку.

– Обойдется, не страшно. Назначаю вам каплю тонизирующего. Коньячку.

Они тронулись вдвоем обратно к дому.

– Сэр. Сэр, пожалуйста.

Инспектор Бейкон обернулся. Это, едва дыша, примчались на велосипедах мальчики. На лицах их была написана жаркая мольба.

– Пожалуйста, сэр, можно, мы посмотрим на труп?

– Нет, нельзя, – сказал инспектор Бейкон.

– Ну, сэр, ну мы очень просим. Мало ли что? А вдруг мы знаем, кто это? Пожалуйста, ну будьте человеком! Так нечестно. Чтобы прямо у нас в амбаре – и убийство! Ведь, может быть, второй раз так больше не посчастливится. Имейте сердце, а, сэр?

– Вы сами кто такие?

– Я – Александр Истли, а это – мой товарищ, Джеймс Стоддарт-Уэст.

– Не попадалась вам на глаза здесь поблизости блондинка в беличьей шубке, светлой, крашеной?

– Знаете, так ведь, с ходу, не вспомнишь, – отвечал догадливый Александр. – Другое дело, если б взглянуть…

– Проведите их, Сандерс, – велел инспектор Бейкон полицейскому, стоящему у двери амбара. – В конце концов, молодость дается нам только раз!

– Ой, сэр, вот спасибо! – шумно возликовали оба мальчика. – Как это, сэр, здорово с вашей стороны!

Бейкон отвернулся и зашагал к дому.

«А теперь, – мрачно сказал он себе, – займемся мисс Люси Айлзбарроу!»

III

Отведя полицейских в Долгий амбар и дав им краткий отчет о своих действиях, Люси потом держалась в тени, нисколько, впрочем, не заблуждаясь, будто они тем в отношении ее и ограничатся.

Вечером, когда она готовилась жарить картофель во фритюре, ей передали, что ее требует к себе инспектор Бейкон. Отставив в сторону большую миску с подсоленной водой, в которой плавали картофельные брусочки, Люси последовала за полицейским туда, где ее ждал инспектор.

Она назвала ему свое имя, свой лондонский адрес и от себя прибавила:

– Еще готова назвать вам имена и адреса тех, к кому можно обратиться, если вы хотите все обо мне знать.

Имена звучали внушительно. Адмирал флота, ректор одного из оксфордских колледжей, женщина – кавалер ордена Британской империи. На инспектора они произвели впечатление.

– Итак, мисс Айлзбарроу, вы пошли в Долгий амбар искать краску – я вас правильно понял? И когда нашли краску, взяли лом, поддели им крышку саркофага и обнаружили труп. Что же вы искали в саркофаге?

– Труп и искала, – сказала Люси.

– Искали труп – и нашли! Вам не кажется, что это какая-то невероятная история?

– О да, история вполне невероятная. Может быть, вы позволите, я дам ей объяснение?

– Думаю, вам определенно имеет смысл это сделать.

И Люси со скрупулезной точностью изложила ему цепь событий, которая привела ее к сенсационной находке.

Инспектор возмущенно подытожил:

– Некая, стало быть, старушка нанимает вас с условием, что вы поступите сюда работать и предпримете в доме и на прилегающей к нему территории поиски трупа. Все верно?

– Да.

– И кто же эта старушка?

– Мисс Джейн Марпл. Проживает в настоящее время в доме четыре по Мадисон-роуд.

Инспектор записал.

– Вы рассчитываете, что я поверю этим россказням?

Люси мягко сказала:

– Возможно, не ранее, чем побеседуете с мисс Марпл и получите от нее подтверждение, что они соответствуют действительности.

– Побеседую, будьте покойны. Из ума, должно быть, выжила.

Люси могла бы возразить, что когда человек оказывается прав, это не обязательно свидетельствует о том, что он выжил из ума, но воздержалась. Спросила вместо этого:

– Что вы намерены сказать мисс Кракенторп? Про меня, я имею в виду?

– Почему это вас интересует?

– Видите ли, что касается мисс Марпл, я для нее свою работу выполнила. Мне было поручено найти труп, и я его нашла. Но я все еще состою на службе у мисс Кракенторп, а в доме – два подростка, которых нужно кормить, не говоря уже о том, что после эдакого катаклизма вскоре сюда наедут, очевидно, и другие члены семейства. Без помощи по хозяйству ей не обойтись. Если вы пойдете и скажете, что я устроилась сюда лишь с целью выискивать трупы по углам, она, скорей всего, меня выгонит. А так я могла бы работать, как работала, и приносить людям пользу.

Инспектор пристально посмотрел на нее.

– Пока я никому ничего говорить не собираюсь. Я еще не проверил сделанное вами заявление. Возможно, вы все выдумываете, почем мне знать?

Люси встала.

– Спасибо. Тогда я пошла на кухню, у меня там работа брошена.

Глава 7

I

– Надо бы Ярд подключить к этому делу – что скажете, Бейкон?

Начальник городской полиции вопросительно поднял глаза на инспектора Бейкона. Лицо инспектора, плотного, крупного мужчины, выражало крайнюю степень отвращения к роду человеческому.

– Эта женщина – не местная, сэр, – сказал он. – Есть основания полагать – судя по ее белью – что иностранка. Я, естественно, – поспешил прибавить инспектор Бейкон, – до поры, до времени не собираюсь это разглашать. До дознания, во всяком случае, придержим.

Начальник полиции кивнул головой.

– Дознание, полагаю, в данном случае – чистая формальность?

– Да, сэр. Я встречался с коронером.

– И назначено на – когда?

– На завтра. По этому случаю сюда съедутся остальные члены семьи Кракенторпов. Есть доля вероятности, что кто-нибудь из них сможет опознать ее. Соберутся в полном составе.