Последний Охотник на Магов. Том 2 - Алексей Аржанов

Гаспар резко замолчал.

— О боги, я избил женщину… — в ужасе прошептал он.

— Стыд и срам, Гаспар! Но это уже не важно. Главное, что зелье правды работает. Если понадобится, мы её потом к ветеринару отведём, или какой врач магических животных лечит… — сказал я и снова обратился к ястребу. — Хорошо, Теодора. Тогда следующий вопрос: почему Серебряковы приказали тебе шпионить за нами? Мы ведь заключили с ними новую сделку.

— Они не собираются следовать уговору, — ответила Теодора. — Они не доверяют тебе, Владимир Белов. И поэтому Семён Андреевич Серебряков хочет предпринять решительные меры.

— Вот как? — удивился я. — Это какие же?

— Серебряков ждёт твоего звонка. Вы договоритесь о встрече. А когда он получит то, что желает, его люди всё равно избавятся от тебя и твоей семьи.

Моя рука невольно сжалась в кулак. Ногти впились в ладони.

Вот Серебряковы и показали своё истинное лицо. Плевать они хотели на эту сделку. Даже если я им миллион заплачу и отдам все сокровища мира, они всё равно нас предадут. Этого следовало ожидать. Мы разошлись мирно, чтобы сойтись в войне. Как я и говорил, сочетание мага и аристократа — очень мерзопакостная штука.

— Сколько человек придёт на встречу? — спросил я.

— Я не знаю, — помотала головой Теодора.

— Серебряков планирует атаковать только меня или параллельно отправит людей в наш дом?

— Не могу сказать точно… — задумалась птица. — Скорее всего, он направит все силы, чтобы убить тебя. И лишь потом придёт за твоей семьёй.

— Хорошо, Теодора, — кивнул я. — Последний вопрос. Какой силой обладает Семён Серебряков и его сыновья?

— Серебряковы — семья призывателей, — ответила она. — Младшие не шибко талантливые маги. Другое дело — их отец. Семён Серебряков — могущественный маг. Он разбогател за счёт своей магии. Ему принадлежит несколько строительных фирм. Призванные элементали строят дома куда быстрее других магов и простолюдинов.

Магия призыва элементалей… Неприятная штука. Фактически, он — маг универсал. Элементали могут атаковать любыми стихиями. Бой обещает быть не из лёгких.

— А теперь последний вопрос! — воскликнул Гаспар и просунул в клетку с Теодорой свой клюв. — Я тебе нравлюсь?

— Нет! — воскликнула Теодора.

У неё аж голос прорезался и стал действительно походить на женский.

— Тьфу ты! Бездарь — этот Бродский! — разозлился Гаспар.

— А Бродский-то тебе чем не угодил? — не понял я.

— Как, чем? Действие зелья правды уже закончилось! — заявил Гаспар. — Видишь? Она начала лгать.

— Уверенности тебе не занимать, Гаспар, — усмехнулся я. — Так, ну и что же мне теперь с тобой делать, Теодора?

— Сделай меня своим фамильяром, — предложила она. — Моя связь разорвалась.

— Разорвалась? — удивился я. — С какой это стати?

— Её разрушили побочные эффекты зелья правды, — объяснила Теодора. — Но Серебряков этого ещё не почувствовал. Если я вернусь домой и доложу итоги шпионажа, он ничего не заподозрит.

— И снова Бродский свалил зелье с чёрт знает какими свойствами! — воскликнул я. — Но на этот раз нам повезло. Только одно меня смущает: ты ведь только что не хотела предавать своих хозяев. С чего вдруг такие перемены?

— Это всё моё обаяние, — подмигнул Гаспар сначала мне, а потом Теодоре.

— Таковы были требования Семёна Серебрякова. Беспрекословное подчинение. Он давным-давно отобрал меня у одного из своих должников. Моего хозяина убил, а меня сделал своей рабыней.

— Хотел бы я тебя сделать своей рабыней, — блаженно протянул Гаспар.

— Заткнись! — хором рявкнули на голубя мы с Теодорой.

Гаспар, похоже, совсем нас не слушал. Не знаю, что за муть взбрела в его птичью голову на этот раз, но гормоны явно взяли над фамильяром верх.

— Хорошо, Теодора, меня устраивает твоё предложение, — заключил я. — Расклад будет следующим: я отпущу тебя, и ты доложишь Семёну Андреевичу, что мы подготовили все компоненты сделки. Артефакты, родовой свиток, деньги — всё при нас. Если будет спрашивать, собираемся ли мы его атаковать, скажешь, что Белов намерен прийти безоружным.

— Я сделаю так, как ты велишь, — кивнула Теодора и тут же запнулась.

Похоже, полная покорность вошла ей в привычку.

— Послушай, — начал я. — Я бы хотел сделать тебя своим фамильяром, но прежде тебе нужно понять, что я не намерен лишать тебя свободы воли. Ты будешь служить мне, но тирании от меня не жди. Я не такой, как Серебряков. Я уважаю своих соратников.

Услышав мои слова, Теодора распушила свои перья и прямо-таки расцвела.

— Я согласна, — кивнула она.

И между нами образовалась нить магической связи. Скоро я таким макаром себе целый зверинец соберу! Ну или вольер для птиц.

Теодора улетела выполнять мои указания. Гаспар подорвался, чтобы полететь за ней, но я остановил распутного голубя, вовремя ухватив того за хвост.

— Заканчивай это, Гаспар, — велел я.

— Но… Но… — заикался голубь. — Но она мне понравилась!

— Ты унижаешься. Этим ты самку привлечь не сможешь, — объяснил Гаспару я. — Я что, должен учить тебя даже этому?

— Откуда ты знаешь птичьи законы? — удивился Гаспар.

— Законы межполовых взаимоотношений у всех одинаковые, Гаспар. Будь сильным; покажи, что на тебя можно положиться. И она — твоя.

— А ты умный, Владимир Белов! — восхищённо заявил Гаспар. — И много птиц у тебя было?

— Давай я всё-таки не буду отвечать на этот вопрос, — сказал я и устало прикрыл глаза рукой.

Пора звонить Серебрякову.

Я набрал номер Семёна Андреевича. Не прошло и двух гудков, как он ответил на мой вызов.

—