Дорогая, я не изменю(сь) - Елена Попова

к Полине. А я и растеклась лужицей. Думаю: ну вот же, вот! Полька наконец-то выпнула под зад своего приживалу и нормального мужика нашла. А он меня взял да швырнул с небес на землю. Говорит, я Полине обещал люстру повесить.

– Обещал, значит… – заторможенно проговорила я, поражаясь Владу.

«Ну надо же, все равно приехал. Даже несмотря на то, что ничего не ответила…»

– Мы с ним давай рыться в Геркиных инструментах, – продолжила крестная. – А в его ящике только два болта да ржавая отвертка, которой он по утрам мозги себе подкручивает. Ну что делать? Владюша сбегал в машину, принес чемоданчик, затем прошло каких-то пять минут – и люстра на потолке. Вот так-то! – цокнула языком крестная. – Не перевелись еще мужики, которые умеют молотком стучать.

– Ну, Гера тоже может молотком сту…

– Ага, может! – прикрикнула крестная. – Разве что по крышке твоего гроба постучит. С таким гов… Герой и в могилу недолго.

– Теть Надь, а Гера тоже видел Влада?

– Мне жаль… но нет. Разминулись, – вздохнула она и развела руками. – А Герке не помешало б взять урок у мастеровитого парня. Научил бы, как с отверткой управляться.

– А Гера приезжал до или после Влада?

– После.

– И даже не спросил, кто повесил люстру?

– Ах, я тебя умоляю, – закатила глаза тетя Надя. – Твой лис, кроме своего отражения в зеркале, ничего не замечает. Ходил тут, ядом прыскал, что ты не те рубашки ему выгладила. Распетушился-то, распетушился! Теперь Петровича нет, так ему не перед кем выслуживаться, чтобы директорское кресло занять. А раньше помнишь, как лебезил перед тестем? Распинался как кандидат в депутаты перед выборами. «Я Полечку люблю, в обиду не дам!» Тьфу на него! – брезгливо сплюнула крестная.

– Ладно, теть Надь, идемте уже обедать, – улыбнулась я и протянула этой ворчунье руку.

– Он там хоть справляется в автосалоне-то? – сев за стол, спросила крестная. – Небось, дурнеет от объема работы. Это ж тебе не с девками обжиматься за шкафом.

– Пока еще не во все вник, но справляется… – игнорируя тему про измену, ответила я.

– От смотри-ка, до чего ж шустрый, а! – стукнула по столу тетя Надя. – Помнится мне, как твой Герка говорил, что расти по карьерной лестнице за счет родственников – это не по-мужски. Никак пол сменил? – хохотнула она. – Тесть в гроб – зять в его кресло! Не по мужски-и-и, – с отвращением скривила лицо крестная. – А я еще думаю, чего это у меня так нос чешется, когда я к вам приезжаю. А это, оказывается, у меня аллергия на твоего гусара.

– Теть Надь, а давайте-ка уже тему сменим? – предложила я и поставила на плиту кастрюлю с супом.

За обедом поведала крестной о завтрашнем вылете в Сочи. Тетя Надя была очень рада за меня, и совсем не счастлива оттого, что ей придется какое-то время пожить с Герой.

– … Ну, с другой стороны, со мной он не забалует, – крестная подула в ложку с борщом и сделала очень деловое лицо. – Сам все выгладит и постирает. А ты там отдохнешь и от него, и от его рубашек. А может, глядишь, и мужика себе дельного найдешь, – подмигнула она и сунула в рот ложку.

Глава 10. Детка, ты просто космос!

Гера

«Любаша, можешь разогревать», – подъезжая к ее дому, написал я в Ватсап.

«Все уже разогрето. И я в том числе», – ответила она и вдогонку прислала фотографию в одном белье.

«Ох ты ж… – Я медленно провел рукой по лицу, отвернул телефон от водителя, увеличил фото. – Чувствую, на обед будет солянка со сметаной, а на десерт – Любаша со сливками».

– Останови здесь! – велел я, заметив на углу дома магазин «Цветы».

Купил букет белых роз, подошел к подъезду, набрал на домофоне цифры.

– Кто там?

– Мне сообщили, что в этой квартире живет опасная преступница, – низким голосом сказала я.

– Так войдите и арестуйте ее, – игриво ответила Люба и открыла дверь.

«Ух, проказница!»

Поднявшись на этаж, поправил галстук, нажал на звонок.

Люба появилась на пороге в распахнутом халатике, волосы распущены, губы обведены ярко-красной помадой.

«Хм… Совсем не выглядит больной», – заметил я и протянул ей розы.

По этажу прокатился ее недовольный вздох, Люба, скривив лицо, неохотно взяла цветы.

– Гер, ну ты их что, на могилке нашел? – покачала она головой и брезгливо понюхала бутоны. – Купил в цветочном за углом?

– Ну да… – кивнул я, ничего не понимая.

– Спасибо, конечно, – отходя с порога, сказала она и приглашающе кивнула в квартиру. – Но больше там не покупай. У них никогда не бывает свежих цветов. Постоят пару дней и завянут.

– М-м… – недовольно промычал я. – Смотрю, тебе нередко дарят цветы из цветочного «за углом».

Настроение вмиг стало дурным. Снял обувь, прошел в ванную комнату, закатал рукава, и на мои плечи тут же легли ее ладони.

– Ну не обижайся, – Люба поцеловала меня в шею, ее ладони скользнули вниз по спине, переместились к животу, затем – к ремню. – Я же привлекательная женщина, мне принято дарить цветы, верно? – бархатным голосом сказала она и, встав на цыпочки, укусила за мочку уху.

«Что же делает со мной эта «привлекательная женщина?» – мысленно простонал я, наблюдая, как ее руки ловко справляются с ремнем.

* * *

– Хорошо-о-о… – выдохнул я, упав на подушку. Вытянулся в кровати и еще минуту наслаждался приятным расслаблением по всему телу.

Развернулся к Любаше и с улыбкой прищурился.

– Девушка, а девушка, а ваш папа случайно не батон?

– Ч-что? – заморгала Люба и криво улыбнулась. – Эм-м… Н-нет…

– Тогда откуда такая крошка?

– Шутник, – засмеялась она и щелкнула меня по носу.

– Ох, Люба-а-ань… – я вспомнил, как она ублажала меня минуту назад, и с довольным лицом положил руки за голову. – Ты точно из космоса!

– Нет, Герочка, – Люба скинула с себя одеяло и встала с кровати. – Я не из космоса, а из скромненькой съемной квартирки, в которую, кстати, вот-вот вернется сосед. Так что ты давай-ка одевайся. – И кинула на кровать мои брюки.

– В смысле? К-какой еще сосед? – нахмурился я и приподнялся на локтях.

– Студент из Череповца, – пожала она плечами. – Чтобы сэкономить в деньгах, нашла соарендатора. Он с