Лаксены. Начало (сборник) - Дженнифер Ли Арментроут

– И почему ты все время надо мной смеешься?

Не переставая улыбаться, он ответил:

– Я не знаю. Видимо, в тебе есть что-то такое, от чего мне смешно.

– Как знаешь. – Я пнула лежавший на дороге камень. – А что этот твой Мэтью? За что он так меня ненавидит? Или я ошибаюсь?

– Ошибаешься. Он не ненавидит тебя. Скорее, не доверяет.

Этот Дэймон опять сбил меня с толку.

– А в чем он может мне не доверять? Или что? Твою добродетель?

– Просто он не любит красивых девушек, которые на меня залипают, – ответил он, отсмеявшись.

– Что?

Я споткнулась о какой-то корень, выросший прямо под ногами, и чуть не упала. Дэймон легко подхватил меня и поставил на ноги. От его небрежного и быстрого прикосновения кожу начало покалывать. Я чувствовала его руки сквозь ткань одежды, даже после того, как он убрал их.

– Ты шутишь, верно?

– По поводу чего?

– По поводу всего!

– Да ладно! Только не говори мне, что ты не знаешь, какая ты красотка!

Я молчала.

– Что? Ни один парень не говорил тебе, что ты красотка?

Конечно, Дэймон был не первым, кто сказал мне что-то подобное, но, честно говоря, меня это раньше никак не волновало. Парни, с которыми я встречалась, все как один уверяли меня в моей неотразимости, но то, что я могу по той же причине кому-то не нравиться – я пока не знала.

Отвернувшись, я пожала плечами:

– Говорили, наверное.

– Или… ты просто не осознаешь, насколько ты привлекательна?

Я снова пожала плечами, разглядывая старое упавшее дерево. Надо скорее сменить тему и… чем-то хлестким ответить на это «залипают». И вовсе я не залипла на этого отвратительного задаваку.

– Знаешь, что я заметил? – мягко спросил он.

Мы остановились посреди тропинки. Вокруг раздавалось только птичье пение и легкое шуршание ветра.

– Нет, – проговорила я едва слышно.

– Все красивые люди – по-настоящему красивые, внутри и снаружи, – совершенно не осознают, какое впечатление производят на окружающих. – Мы стояли так близко, что почти касались друг друга, и он не сводил с меня глаз. – А те, кто слишком зациклен на своей внешности и думает только о ней, – быстро эту красоту теряют. Ведь, как правило, больше-то у них ничего и нет, а за красотой скрывается лишь пустота.

Я не знала, как реагировать на эту тираду, и вдруг неожиданно для самой себя рассмеялась. Согласна, не лучшее время для смеха.

– Извини, конечно, но это самая умная речь, которую я когда-либо от тебя слышала. Какой инопланетный корабль забрал того Дэймона, которого я знаю? Могу ли я попросить их держать его у себя как можно дольше?

Он нахмурился:

– Я просто был честен с тобой.

– Я знаю… просто это было… ого-го!

Вот она я. Молодец. Сама же все и испортила. Он пожал плечами и повел меня вниз по тропе.

– Мы не пойдем далеко, – произнес он через несколько минут. – Значит, ты интересуешься историей?

– Да… я, наверное, зануда из зануд.

Здорово, что он сменил тему.

– А ты знаешь, что по этим землям когда-то проходили индейцы сенека?

Я даже вздрогнула от неожиданности:

– Только не говори мне, что мы идем по местам их захоронений!

– Ну… я думаю, что как раз где-то здесь и находится их древнее кладбище. Даже если они просто проходили по этим местам, кто-то мог и погибнуть во время пути, так что…

– Дэймон, я не хочу знать эти подробности, – я легонько шлепнула его по руке.

На его лице появилось странное выражение.

– Ладно, я расскажу тебе эту историю без жутких, но вполне естественных подробностей.

Дэймон приподнял длинную ветку, нависшую над тропой. Пригнувшись, я прошла под ней, случайно задев его плечом. Он подождал, пока я выпрямлюсь, отпустил ветку и повел меня дальше.

– Так что за история?

– Слушай ее внимательно. В древние времена, как, впрочем, и сейчас, на этой территории простирались только леса и горы. – Он снова раздвинул густые ветви, давая мне возможность беспрепятственно пройти. – Представь, что тогда здесь не было никаких городов. А чтобы добраться от одной деревни до другой, нужно было идти неделями.

Я поежилась:

– Как же им тут было… одиноко.

– Не забывай – это было сотни лет назад. А все, кто здесь жил, могли добраться друг до друга только пешком или на лошадях. Не самый безопасный способ передвижения, правда? Особенно в те времена.

– Представляю, – пробормотала я.

– Индейцы племени сенека обитали в восточной части Соединенных Штатов, прямо вот здесь, у этих скал, которые так и называются – Сенека-Рокс. – Он посмотрел мне в глаза. – Ты знала, что тропинка позади твоего дома ведет как раз к их подножию?

– Нет. Мне всегда казалось, что эти скалы слишком далеко. Я даже подумать не могла, что можно туда пройти в любой момент.

– Да, всего несколько миль – и ты уже там, где начинается настоящая индейская тропа. Правда, даже опытные альпинисты не рискуют проходить ее целиком – она довольно опасная. Скалы Сенека-Рокс тянутся через все Аллеганское плато с вершиной Спрус-Ноб до самого Пендлтона в штате Кентукки. Но по этой тропе, которая, как ты теперь знаешь, начинается у твоего дома, пройти почти невозможно, потому что уже везде чья-то частная собственность. Но даже если бы потребовалось проложить дорогу под самыми небесами, усилия все равно заслуживали бы этого, – вздохнул он с сожалением.

– Очень заманчиво.

Я улыбалась, едва сдерживая свой сарказм. Нельзя опять все испортить. Мы с Дэймоном впервые говорили так долго без всяких дурацких подколок и хамства.

– Заманчиво, если не боишься сверзнуться вниз, – он опять расхохотался. – Скалы Сенека-Рокс состоят из кварцита, который входит в состав песчаника, поэтому у них такой розовый оттенок. Из кварцита, соответственно, добывают кварц. Люди, которые верят в… паранормальные силы или во власть природы, как те же индейцы сенека, думают, что любая форма кварца трансформирует и сохраняет энергию и даже может этой энергией управлять. Считается, что благодаря некоторым свойствам кварца можно скрывать разные предметы.

– Ага.

Он строго взглянул на меня, и я решила больше не перебивать его.

– Скорее всего, именно эти свойства кварца привлекли сюда индейцев сенека. Сейчас трудно сказать наверняка, чем занимались эти племена, – торговали они или воевали, к тому же они были пришлые, не коренные, и сколько провели тут времени – тоже неизвестно. – Дэймон всматривался вдаль так, точно наблюдал за ними сквозь толщу времени. – У этих индейцев есть очень романтичная легенда.

– Романтичная? – переспросила я, обходя вместе с ним какой-то ручеек.

Что же такого романтичного могли придумать те, кто всю жизнь только и делал, что лазал по скалам.

– Давным-давно жила прекрасная индейская принцесса по имени Снежная Птица. Однажды она попросила семерых самых сильных воинов племени доказать ей свою любовь. Они должны были сделать то, что умеет только она. Ее благосклонности пытались добиться очень многие – ведь она была самой красивой принцессой. Ей же хотелось видеть рядом с собой только равного себе. Во всем. Когда наступил день выбирать мужа, она установила испытание, пройти которое мог только один – самый отважный и выносливый. Принцесса приказала этим семерым воинам вместе с нею подняться на самую высокую скалу. – Дэймон замедлил шаг и подождал, пока я подойду ближе. – Они приняли этот вызов, но по мере продвижения вверх трое повернули назад. Четвертому все это надоело, а у пятого кончились силы. Остались двое, и неутомимая Снежная Птица продолжала вести их вверх. Наконец она достигла вершины и оглянулась, чтобы увидеть, кто из воинов оказался самым храбрым и выносливым. Позади нее оказался лишь один, но и он уже почти сорвался вниз, балансируя на острых камнях.

Я была поражена. Заставить семерых мужчин идти навстречу неотвратимой смерти только ради того, чтобы выбрать себе в мужья самого сильного и смелого – это что-то!

– Снежная Птица замерла в нерешительности, – продолжал Дэймон. – Она понимала, что перед ней самый смелый воин, но и он ей не ровня. Она могла спасти его, а могла позволить сорваться вниз. Самому храброму воину, который вместе с ней забрался на эту скалу.

– Но ведь он находился прямо у нее за спиной. Как она могла позволить ему сорваться?

Для себя я уже решила, что не такая уж это красивая легенда, если парень все-таки разобьется.

– А что бы сделала ты на ее месте? – с любопытством спросил Дэймон.

– Ну, во-первых, я бы вообще не стала никого заставлять доказывать мне свою любовь, особенно так глупо и безрассудно… Но если бы это все же случилось, в чем я очень сомневаюсь…

– Кэт, – перебил меня Дэймон.

– Разумеется, я бы протянула ему руку, спасла бы его.

– Но ведь он не выдержал испытания.

– И что теперь? – возмутилась я. – Он же вместе с ней забрался туда, хоть и отстал немного. Как вообще можно оставаться прекрасной, если не помочь тому, кто оступился? Да такая принцесса и сама любить не может, и недостойна того, чтобы любили ее!