Как проиграть в любви - Сара Нэй

что домашнего задания не будет, а вместо экзамена в конце семестра надо будет написать трехстраничное эссе. Среди моих однокашников поднялся одобрительный гул, с которым они встали со своих мест и двинулись к выходу. Я собирался оказаться первым возле этой чертовой двери – и вот он я, зажатый, как овца, в самой середине этого стада, толкаюсь, глядя поверх голов. Толпа двигалась медленно, и несколько раз я врезался в кого-то – пришлось извиняться.

Одна девица, которую я толкнул, из-за чего она пролила на себя кофе, повернулась и уже собиралась огрызнуться, но, когда увидела, что сзади стою я, заткнулась. Быть звездой кампуса – значит иметь кое-какие привилегии.

Когда я наконец высвободился из толкучки, то поспешил вниз, во внутренний дворик. И тут же наткнулся взглядом на пальто винного цвета и длинные каштановые волосы. Высокая девушка. Шаг широкий. Уверена в себе. Она шла в том же направлении, что и я, и я подумал, что, может быть, та самая девушка, которую я видел в аудитории.

Внезапно она обернулась:

– Ты что, преследуешь меня?

– Не понял.

О чем она вообще?

– Я сказала: ты что, преследуешь меня?

– Мы идем в одном направлении. Не знал, что это преступление. – Я покосился на нее сквозь солнечные очки. – По-моему, мы только что были на общем занятии.

Вместо ответа она закатила глаза, развернулась и прошла прочь – и это движение показалось мне странно знакомым. Так же уходила от меня Райан вчера вечером. Где угодно узнаю эту гневную манеру.

– Райан?

Девушка развернулась на пятках и посмотрела на меня. Внимательно изучив мое лицо, она заскользила глазами по моей фигуре сверху вниз, потом снова вверх и остановила взгляд на шапке. Я снял солнечные очки.

– О господи, только не ты снова, – прорычала она.

Черная полоска выглядывала из-под воротника ее пальто. Сегодня она надела не тот же пуховик, который был на ней вчера, и это пальто определенно выглядело не таким теплым.

– Ты девушка в водолазке.

– Прошу прощения, что? – сказала она таким тоном, который используют девушки, когда уже разозлились и хотят начать ссору.

– Ты носишь водолазку.

До меня донесся сдавленный рык.

– Какой же ты бесючий!

Впервые в жизни кто-то, кроме моих братьев, назвал меня бесючим – по крайней мере, в лицо. Женщины обычно говорят обо мне прямо противоположные вещи, но я и не подумаю произносить вслух эту хрень. А эта девушка просто на дух меня не переносит.

– Уже потратил пятьдесят баксов на что-нибудь полезное? – спросила она, дополнив свой вопрос закатыванием глаз.

– Пока нет. Есть предложения? – ухмыльнулся я самодовольно.

– Конечно. У меня целый список предложений. Можно начать с посещения TED Talk об уважении чужих границ.

– Черт! – Я со смехом прижал руку к сердцу, корчась от притворной боли. – Прямо в яблочко. Ну, почти. Вообще-то совсем мимо. Что-нибудь еще?

Однако Райан не была настроена на светскую беседу.

– Слишком холодно, чтобы стоять и спорить тут с тобой. Я иду домой. – Она махнула рукой. – Пока.

Я и не знал, что мы спорим. Думал, это была такая игра в подколы.

– Подбросить? – Едва я произнес эти слова, мне тут же захотелось взять их назад.

Особенно после того, как она махнула мне рукой, явно не желая больше меня видеть.

– Не-а!

Вообще-то я не собирался домой, так зачем я предложил подвезти ее? Мне нужно было в качалку, на тренировку с братьями, но, несмотря на это, я мог бы ее и подкинуть. В животе заныло от чувства вины.

Наверное, я не должен был брать у Диего пятьдесят баксов за расставание с ней. Нужно было заставить его самого сделать это, заставить его вести себя как взрослый мужчина. Если уж решил с кем-то встречаться, будь готов однажды сам сказать, что больше не заинтересован в отношениях…

Оглядываясь назад, понимаю, что мне от всего этого никакой пользы. Райан Уинтерс – единственный человек на весь кампус, который держит на меня обиду и не выносит одного вида моего лица. Большинство девчонок бегают за мной. Навязываются. Пытаются проникнуть в мой гостиничный номер во время выездных игр. Если я пришел на вечеринку, пытаются уйти домой вместе со мной. Это раздражает, бесит, выводит из себя. На что только не готовы девушки, чтобы стать подружками тех, кого считают знаменитыми, чтобы самим стать знаменитыми, не добившись собственными усилиями ровным счетом ничего, кроме поимки в свои сети бедных недоумков, тупых настолько, что их слабого ума не хватает на то, чтобы разглядеть прямо перед носом коварных хищниц. Не то чтобы парни тоже не могли быть хищниками. Таких я тоже встречал немало. Среди них были ребята, которые набиваются в друзья, чтобы появляться рядом со мной там и сям в надежде, что это повысит их статус в глазах дамочек. Были и преследовавшие еще менее благородные цели. В общем, ох.

К тому времени как я наконец добрался до качалки и переоделся в спортивные шорты и майку, мои братья уже выполнили половину своей тренировочной нормы, Дрю как раз страховал Дрейка, делавшего становую тягу. Завидев меня, они прервались и направились в мою сторону, готовые вынести мне мозг.

Как мухи на дерьмо, слетелись еще несколько парней, чтобы согреться в лучах нашего величия. Может, братья Колтеры пока не управляют миром, но наша популярность ничуть не меньше, чем у семейства Кардашьян, – по моим меркам, так точно. Наш батя, мир праху его, гордился бы нами.

Дрю хлопнул меня по грудным мышцам снятой перчаткой и занялся растяжкой, пока я затягивал на талии атлетический пояс. Поблизости, как дерьмо в проруби, болтались Диего и чел по имени Келлен, как будто с одной-единственной целью – выбесить меня.

Неугомонный Дрейк всегда не прочь почесать языком, не то что мы с Дрю, – и сегодняшний день не стал исключением.

– Уже поговорил с той девчонкой, которую подвозил домой?

– Какой девчонкой? – спросил я, чертовски хорошо понимая, кого он имеет в виду.

Маленький говнюк никак не может держать рот на замке, особенно когда вокруг нас полно народу. Большую часть времени мой младший брат – это здоровенная заноза в моей заднице.

– А что там за девчонка, которую ты подвозил? – заинтересовался Дрю, ведь его не было вчера дома, когда я все начистоту выложил Дрейку. Ага, и все вокруг тоже навострили уши.

– Девчонка с пацанячьим именем Райан, – любезно уведомил его Дрейк своим большим и не закрывающимся вовремя ртом.

Он же знает, что Диего встречался с ней, – я сам ему об этом рассказал, так какого черта он объявляет об этом во всеуслышание, если только не ищет неприятностей? Мелкий придурок!

Голова Диего оторвалась от скамьи для пресса.

– В смысле ты подвез Райан домой?

– Было холодно, ее только что бросил парень, причем в моем лице, – ты бы хотел, чтобы я еще и оставил