Какой скандал! (Это просто смешно) - Ци Инцзюнь

ломали голову над этим вопросом, но никто так и не смог понять.

На самом деле, те, кто выжил в этом сложном мире дворцовых интриг, усвоили одно правило: лучший способ выжить — не лезть на рожон. Бесчисленные трагические примеры доказали, что чем сильнее сражаешься, тем быстрее погибаешь.

Но это правило не распространялось на Ю Вань Инь.

С момента её прибытия во дворец, она играла разные роли: от хозяйки паучьей пещеры до белой лотосовой девы, от великой учёной в библиотеке до наивной дурочки, которая не умела петь, от незнающей мира чревоугодницы до прямолинейной оппозиционерки императора, от страдалицы в холодном дворце до всех возможных образов, которые обычно не проживают и трёх глав. Она словно проверяла все возможные способы умереть, играя каждую роль до конца, несмотря на риск.

Поэтому другие, желая научиться у неё, не могли понять, какая именно из этих ролей пришлась по вкусу императору.

Возможно, суть именно в этом всеохватывающем хаосе.

Но теперь, когда она стала императрицей и находится на пике своего величия, разве не должна она проявить немного настоящих эмоций?

То, как император и императрица ладят друг с другом, напрямую влияет на будущее всей империи, и это нужно немедленно выяснить.

Ю Вань Инь не могла придумать лучшего ответа:

— Давай поиграем в пинг-понг.

— Пинг-понг… — Сяхоу Дань с недоверием посмотрел на мяч, его взгляд выражал явное нежелание.

Ю Вань Инь махнула рукой, показывая ему, чтобы он не придирался:

— Любой, кто может ударить по мячу, может ударить по нему.

Сказав это, она взяла мяч и продемонстрировала, как его надо подавать, но девушка напротив не решилась его поймать.

Сяхоу Дань вздохнул:

— Ты даже ракетку… держишь неправильно.

Ю Вань Инь: "?»

Ничего себе, да он ещё и специалист?

Она спросила его взглядом: «Хочешь присоединиться?»

Сяхоу Дань покачал головой и мягко спросил:

— Императрица устала?

Ю Вань Инь поняла, что он хочет поговорить, и быстро сказала:

— Действительно немного устала, на сегодня хватит, продолжим в другой раз.

Только после этого девушка напротив очнулась и тихо ответила:

— Берегите себя, императрица.

Когда паланкин Ю Вань Инь скрылся из виду, все в замешательстве переглянулись.

Они не то что не поняли, как император и императрица ладят друг с другом, они даже не поняли, как они общаются.

С помощью телепатии?

* * *

В паланкине Ю Вань Инь выдохнула облачко белого пара в ухо Сяхоу Даню:

— Что случилось?

— Пограничные войска начали действовать.

— С какой стороны?

— С трёх сторон, точное число ещё не известно. Похоже, Сяхоу Бо больше не может ждать.

Ю Вань Инь догадывалась об этом ещё до того, как он заговорил.

Они давно обсуждали это и понимали, что как только Сяхоу Дань укрепит свои позиции в столице, принц Дуань пойдёт за поддержкой к пограничным войскам. Теперь, когда все три армии были подкуплены, это был самый худший сценарий.

Поэтому она спокойно ответила:

— Тогда нам тоже надо поторопиться, пока его подкрепление не прибыло.

— Да, я сказал Сяо Тяньцаю, что можно прекратить давать императрице лекарство.

— Сколько она ещё продержится?

— Сяо Тяньцай прекратит довольно искусно.

— …— Ю Вань Инь оглянулась.

Сяхоу Дань взял её за руку:

— На что смотришь?

— Ни на что.

Зимнее солнце всегда особенно ценно, и Ю Вань Инь хотелось немного дольше посмотреть на растения в Императорском саду, предчувствуя, что «в другой раз» игра в пинг-понг может больше не состояться.

— Эти редкие минуты покоя были действительно вырваны из хаоса.

* * *

Сяо Тяньцай действовал очень быстро.

Рано утром Ю Вань Инь разбудил резкий стук в дверь.

Ан Сянь за дверью дрожащим голосом прокричал:

— Ваше Величество, вдовствующая императрица нездорова.

Этот крик прозвучал как стартовый выстрел, и Ю Вань Инь внезапно проснулась, повернув голову к стоящему рядом человеку.

Сяхоу Дань тоже смотрел на неё и тихо спросил:

— Готова?

Ю Вань Инь кивнула:

— Пойдём.

Глава 48

Чтобы выразить свою скорбь, Ан Сянь сегодня выкрикивал имена с особой трагичностью:

— Император прибыл…

Сяхоу Дань, держа Ю Вань Инь за руку, сошёл с паланкина. В глухую ночь холодный ветер разрезал до костей, и Ю Вань Инь вздрогнула от холода.

Один из стражей подошёл и тихо им сказал:

— Пока что людей принца Дуаня не обнаружено.

Тайные стражи уже давно затаились вокруг покоев вдовствующей императрицы. Как только императрица-матушка испустит дух, принц Дуань может в любой момент начать действовать. Так что с этого момента они перешли в состояние повышенной боевой готовности.

Сяхоу Дань незаметно кивнул и вошёл в ворота.

В главном зале уже стояли на коленях дворцовые слуги, а те из наложниц, кто успел, тоже поспешно встали на колени, их лица были бледными, и они выглядели так, будто потеряли близкого человека. Но слёзы ещё не начали литься, что означало, что у вдовствующей императрицы ещё оставалась последняя искра жизни.

Ю Вань Инь, идя за Сяхоу Данем, пересекла толпу и направилась к внутренним покоям, случайно заметив, что многие украдкой посматривали на неё.

Точнее говоря, они смотрели на её живот.

Эти исследующие взгляды были настолько откровенными, что Ю Вань Инь почувствовала дискомфорт и прикрылась рукавом.

И тут на неё обрушилось ещё больше пристальных взглядов.

Ю Вань Инь: "?»

Из внутренних покоев вышло несколько старых врачей, за ними следовал их подмастерье Сяо Тяньцай. Они по всем правилам преклонили колени перед Сяхоу Данем, рыдая: «Ваше Величество, мы не смогли спасти её, мы заслуживаем смерти…»

Сяхоу Дань, тоже соблюдая все формальности, пнул старшего врача и, изображая крайнее волнение, ворвался внутрь, крича:

— Матушка! Матушка!

Внутри воздух был затхлым, пахло чем-то нехорошим — смесью запахов выделений и холодной смерти.

Вдовствующая императрица уже была переодета в похоронное платье, её лицо было иссохшим, конечности аккуратно уложены, руки сложены на груди, она лежала, как мертвец, а глаза почти вылезли из орбит.

Маленький принц стоял на коленях в углу, съёжившись, как безжизненная кукла, и только при приближении можно было заметить, что он дрожал.

Сяхоу Дань:

— Ааа!

Он кричал так громко, что, казалось, хотел, чтобы его слышали снаружи:

— Матушка, пожалуйста, успокойтесь, ваш сын здесь!

Ю Вань Инь:

— …

Сегодня она стала свидетелем вершины актёрского мастерства.

Сяхоу Дань умудрялся одновременно говорить срывающимся голосом и улыбаться кровожадной улыбкой.

Вдовствующая императрица, услышав его, начала конвульсировать, но смогла издать лишь «э-э-э».

Сяхоу Дань присел на край кровати и заботливо поправил ей одеяло:

— Сын всё понимает, всё понимает.

Их взгляды встретились, и перед глазами Сяхоу