100 великих военных тайн - Михаил Курушин

Вернувшись к себе в кабинет, Мойзиш молча протянул Базне пакет с деньгами, договорился о следующей встрече и вернулся в фотолабораторию. К утру он положил на стол фон Папена 52 секретных английских документа. Большую часть из них составляли телеграммы из английского МИД в посольство в Анкаре, касавшиеся отношений между Лондоном, Вашингтоном и Москвой, другие раскрывали объем поставок вооружения СССР союзниками. Просматривая снимки, фон Папен то и дело повторял: «Невероятно!… Непостижимо!…», после чего приказал срочно отправить текст документов шифровкой в Берлин, а сами пленки послать дипломатической почтой.

В тот же день в 10 часов вечера Базна, получивший в немецком посольстве псевдоним Цицерон, снова пришел к Мойзишу и передал ему очередную катушку с пленкой. Мойзиш сказал, что у него сейчас нет денег, чтобы расплатиться, на что Базна ответил:

- Ничего, 30 тысяч фунтов стерлингов за эту и следующую пленки вы отдадите мне в очередную встречу. Вы ведь сами заинтересованы, чтобы я был доволен.

На этот раз содержание английских документов оказалось еще более сенсационным. Так, в одной из телеграмм говорилось о серьезных трудностях в отношениях между союзниками на конференции министров иностранных дел в Москве, о чем Черчилль сообщил на закрытом заседании палаты общин. Эти документы, как и предыдущие, были немедленно зашифрованы и посланы в Берлин.

В Берлине документы Цицерона вызвали настоящую сенсацию. Но если начальник VI отдела РСХА Шелленберг и его шеф Кальтенбруннер считали их подлинными, то Риббентроп, напротив, полагал, что это английская дезинформация. Все это привело к тому, что, по признанию Кальтенбруннера, использование информации Цицерона оказалось фактически невозможным из-за межведомственных разногласий. Но один важный результат все же был получен. Дело в том, что на многих телеграммах стояли дата и время их отправления. Это обстоятельство позволило немецким дешифровальщикам вскрыть английский дипломатический код.

Между тем для Мойзиша наступили горячие дни. Из Берлина его засыпали телеграммами с вопросами: как Цицерон получает документы, как их фотографирует, есть ли у него помощник и, самое главное, как его настоящее имя? (Йенке забыл, как звали его бывшего слугу, а сам Базна представился Мойзишу Пьером). 6 ноября Мойзиш получил указание немедленно вылететь в Берлин для доклада Кальтенбруннеру и Риббентропу.

Он подробно доложил своим начальникам о Цицероне, но это ничего не изменило. Риббентроп по-прежнему считал Цицерона подставой англичан, а Кальтенбруннер настаивал на подлинности передаваемой им информации. Пробыв в Берлине три недели, Мойзиш вылетел обратно в Турцию, получив заверение Кальтенбруннера в том, что 200 тысяч фунтов стерлингов для оплаты услуг Цицерона будут немедленно высланы ему в Анкару.

За декабрь 1943 года Базна передал Мойзишу документы, в которых содержались решения Каирской и Тегеранской конференций, сроки операции «Оверлорд», планы массированных воздушных ударов по Балканам и многое другое. Но к концу декабря слухи о существовании немецкого агента в посольстве Великобритании в Анкаре достигли спецслужб союзников.

В результате меры безопасности в посольстве были усилены, а к Мойзишу в качестве секретарши внедрили агента американской разведки - немку Корнелию Капп. Ей удалось установить, что агент существует, что его псевдоним Цицерон, но больше ничего узнать она не смогла.

Тем временем Базна, хотя и с большими трудностями, но продолжал добывать документы из посольства. В результате к апрелю 1944 года он получил от Мойзиша более 300 тысяч фунтов стерлингов. Поэтому, когда он узнал, что 6 апреля Корнелия Капп бежала к американцам, то решил больше не рисковать и прекратить шпионскую деятельность.

Сообщив об этом Мойзишу, Базна 30 апреля уволился из английского посольства, рассчитывая после войны зажить жизнью богача. Его мечтам не суждено было сбыться - все банкноты, кроме первых 20000 фунтов, которые он получил от Мойзиша, оказались фальшивыми. Это вскрылось, когда Базна решил приступить к строительству гостиницы в Стамбуле. В результате он разорился и долгое время выплачивал долги, образовавшиеся после оплаты счетов фальшивками.

В 1961 году Базна не придумал ничего более умного, чем отправиться в ФРГ и добиться от федерального правительства компенсации на ту сумму, на которую его обманули нацисты. Вполне понятно, что в ответ на это требование он получил вежливый, но твердый отказ.

ОСОБЫЕ ПОРУЧЕНИЯ ДЕНИЦА

По некоторым данным, сокровища Третьего рейха, многие из которых исчезли во время и сразу после Второй мировой войны, оцениваются в пятьсот миллиардов долларов. До сих пор периодически появляются сенсационные сообщения о тех или иных находках, сделанных в самых разных уголках света. Однако часто подобные «вести» оказываются самыми обыкновенными слухами.

Слухи о немецких субмаринах, тайно доставлявших в Патагонию нацистских преступников и награбленное ими добро, ходили в Аргентине все послевоенные годы, и, как замечает «Нью-Йорк таймс», мало кто относился к ним серьезно, пока захолустная газета, выходящая в южной провинции Рио-Негро, не напечатала фотографию, сделанную в конце 1940-х годов, на которой изображена нацистская подлодка в местном заливе.

Местные жители подтвердили, что неоднократно видели здесь субмарину, однако проверить эти данные так и не удалось.

Хорошо известно, что главнокомандующий германским ВМФ гросс-адмирал Карл Дениц в октябре 1944 года, выступая перед кадетами военно-морского училища в Лабое, неподалеку от Киля, заявил буквально следующее: «Германский подводный флот гордится тем, что далеко на краю земли он построил для фюрера земной рай, неприступную крепость».

Сегодняшнее море информации о том, что случилось или могло случиться с Гитлером, лишний раз подтверждает факт, что после войны труп фюрера не был достаточно надежно идентифицирован, когда во дворе рейхсканцелярии нашли его предполагаемые обгоревшие останки. Гитлер имел, как минимум, пять двойников. Не найден был также и Мартин Борман, а также целый ряд других нацистских бонз рангом помельче.

Помня высказывания Деница, к нему неоднократно обращались за разъяснениями, тот отделывался туманными замечаниями и унес тайну с собой в могилу. Так или иначе, но поползли слухи, что «неприступная крепость» могла оказаться в Антарктиде. Вспомнили, что еще осенью 1938 года Германия стала проявлять вроде бы не очень-то объяснимый интерес к Антарктиде, начав подготовку первой в истории немецкой экспедиции на этот материк под руководством известного океанолога Альфреда Ричера. Для этой цели была выбрана плавучая база гидросамолетов «Швабенланд».

19 января 1939 года судно достигло Антарктиды в районе нынешней Земли Королевы Мод. Научные исследования проводились с борта судна при помощи двух гидросамолетов, которые обследовали огромный район Южного континента от 13 градусов западной долготы до 22 градусов восточной долготы, сделали более 11000 фотоснимков, охватывающих примерно 360000 квадратных километров. Весь этот район получил название Новая Швабия.

Такое название участники экспедиции дали району не только потому, что хотели увековечить имя своего судна, но и с ярко выраженным подтекстом. Дело в том, что швабы (алеманны) - немецкоязычные племена, населявшие в раннее средневековье территории Вюртемберга, Южного Бадена, Эльзаса, часть Швейцарии и Баварии. В наши дни Швабией традиционно называется один из районов Баварии. Таким образом, была заявлена территориальная принадлежность открытых земель к Третьему рейху. Над всей территорией, которую облетали самолеты, было сброшено громадное количество металлических вымпелов с изображением германского флага со свастикой.

Во время одного из последних полетов командиру самолета Ширмахеру посчастливилось сделать еще одно открытие - он заметил уникальный участок природы с удивительным для Антарктиды ландшафтом. Оазис, да и только! Позже это место, свободное ото льда, обладающее очень мягким микроклиматом и несколькими незамерзающими озерами пресной воды, назвали именем первооткрывателя.

Еще один нюанс: эта экспедиция подчинялась напрямую Герману Герингу, который с октября 1936 года исполнял обязанности уполномоченного по четырехлетнему плану подготовки Германии к войне. Члены экипажа «Швабенланда», инженер Зиверт и судовой плотник Веренд, позднее вспоминали, что после окончания экспедиции судно регулярно, раз в три месяца, вплоть до начала войны, посещало открытые земли, доставляя туда горное оборудование, в том числе машины для бурения тоннелей в вечном льду, а также рельсовое снаряжение и вагонетки. Руководитель экспедиции Альфред Ричер, умерший в 1963 году в девяностолетнем возрасте, не оставил по этому поводу никаких разъяснений. Что же там могли строить?… Эта загадка не разгадана до сих пор.