И аз создам! (СИ) - Зеленин Сергей

Глава 14. «Реальная история» и «текущая реальность» советской электроники.

Пожалуй самой геморрной из всех моих заморочек с «заклёпками», была радиотехника и релейные компьютеры… Первая к тому же, была самой «мутной» ибо я так и не понял - к чему это приведёт, к каким подвижкам и каким изменениям в хорошо знакомой мне истории техники двадцатого столетия.

И главное: даст ли это моей стране какие-то важные преимущества или усугубит её отставание в сфере электроники?

Однако, обо всём по порядку и сперва небольшой «ретро-рейлизчик», чтоб освежить память

***

Созданная в 1918 году на базе эвакуированной в Нижний Новгород вместе с персоналом и оборудованием Тверской радиостанции, Нижегородская радиолаборатория (НРЛ) – была одним из самых технологически «передовых», так сказать, предприятий Советской России. По первоначальной задумке большевистских вождей во главе с самим Лениным, придавших радио исключительно большое значение как средству пропаганды – могущему дойти до ушей угнетающихся трудящихся на всём «Шарике», она должна была стать первым научным и промышленным учреждением совершенно нового типа. Неким центром, который объединил бы вокруг себя все научно-технические силы России - работающие в области радиотелеграфа, все радиотехнические учебные заведения и всю радиотехническую промышленность.

Должна была стать, да не стала!

Думаю, по идеологическим соображениям, центром советской радиопромышленности решено было сделать «город трёх революций».

По решению VIII Всероссийского элект­ротехнического съезда, все национализированные предприятия «слабого тока» (телефонной, телеграфной и радиопромышленности), с мар­та 1921 года вошли в состав «Электротреста» - подчинявшегося От­делу электротехнической промышленности ВСНХ. Тогда же, Президиум ВСНХ принял решение о создании «Государствен­ного электротехнического треста заводов слабого тока» (ГЭТЗСТ) и об объединении в нём всех предприятий элект­ротехнической промышленности. После решения о сосредоточении всех усилий этой отрасли в этом наскоро сшитом белыми нитками «Франкенштейне», тот как сказочная курочка Ряба - тут же начал всё «грести под себя», в первую очередь переманивая специалистов.

Только из одной «НРЛ», в «северную столицу» перебежало около двухсот сотрудников - позарившихся на благо цивилизации, которые им были недоступны в провинциальном Нижнем Новгороде лишившимся после Революции звания «Кошелька России».

Так что когда я там появился с кое-какой «халтуркой», это пришлось - как никогда кстати, ибо первенец советской радиопромышленности - переживал далеко не самые лучшие свои времена. Финансирование настолько урезали, что оставшиеся учённые мужи, как гопники какие - перессорились-передрались меж собой за его распределение.

Моим червонцам за «халтурки» в «НРЛ» дюже обрадовались, конечно, но вот от предложенной мной чести - на паях со мной и кооперативом «Красный рассвет» изобрести стержневую радиолампу - категорически отказались, послав меня…

И «туда» тоже, причём неоднократно!

Ибо, был я излишне назойлив и надоедлив – водится за мной такой грех, да простит меня Маркс… Но одним из «направлений» был «младший научный сотрудник» Василий Васильевич Пупкин – бывший здесь кем-то вроде деревенского дурачка, над которым все посмеивались-потешались за его «прожекты». Хотя Вася имел за плечами законченное реальное училище - где науку вбивать умели и, опыт работы по производству радиоламп со дня основания сего предприятия - он работал всего лишь учеником стеклодува, ибо не ладил с начальством.

Этот человек был как бы наглядным пособием по тому, как внутренний мир - может не соответствовать внешнему облику!

Под маской наивного простофили-добряка, внешним обликом напоминающего мне «самого маленького гнома Васю» из советского мультфильма, на поверку оказалось - скрывался честолюбивый, энергичный и шебуршной боец-карьерист - которому не чужды «подковёрные» интриги за спиной руководства. Васю Пупкина, его нынешнее положение не устраивало категорически: он рвётся вверх – к высоким должностям, окладам и славе, а туда его не пускают «старые буржуазные специалисты» - не давая ход его гениальным изобретениям…

Хотя, слава Марксу: до обыкновенного доносительства на вышестоящих в целях карьерного роста - он ещё не опустился, ибо молод и зелен, да и время ещё не подошло.

На этом мы с ним и скорешились.

В нескольких приватных беседах, мне не без труда удалось убедить Васю, что его изобретения – не такие уж и «гениальные», а как бы даже – совсем наоборот. Взамен же утраченным иллюзиям, я предложил ему за определённые преференции – «изобрести» стержневую радиолампу, которая в «реальной истории была разработана в СССР в конце 40-х годов.

Если кто не знал, а потом забыл, напомню: в отличии от традиционной, электроды в стержневой радиолампе выполнены в виде не сетки – а системы тонких сплошных стержней, расположенных параллельно катоду. Такое устройство позволяет этому электровакуумному прибору быть более экономичным, с более высоким частотным диапазоном, с более чистым звуком и, что очень немаловажно – не в пример более миниатюрными, чем их предшественники - напоминающие пузатый графин.

Есть у этих устройств и свои недостатки, но на фоне их достоинств они теряются – как сосновые иголки в скирде соломы.

Кроме мотивации материально-вещевого порядка, получив от меня ещё и практическую схемку устройства, имеющий немалые производственные навыки Вася Пупкин - «изобрёл» стержневую радиолампу достаточно быстро. Сало того: уже к зиме 1923-1924 года - он обрадовал меня и первым в мире радиоприёмником на её основе.

Рисунок 72. Монтажная плата с двумя стрежневыми (по краям) радиолампами. Кто интересуктся может почитать здесь:

http://ruqrz.com/sterzhnevye-radiolampy-valentina-avd

За это, кроме обещанных плюшек в виде отдельной комнаты, полного супермодного «прикида» по последнему писку, я ещё подсказал ему сменить фамилию и вместо «Пупкина» - стать «Путиным»:

- С такой фамилией, Василий, ты просто обязан свершить нечто великое! Поднять нашу радиопромышленность с колен, например.

- А кто это такой? – насторожился тот, - фамилия вроде генеральская - случайно не белогвардеец, какой?

- По некоторым замашкам вроде он и есть, - отделался шуткой, - но нет, не белогвардеец, это точно.

Конечно же, что-то говорить насчёт «миниатюрности» сего «произведения искусства» - это сильно погрешить против истины: видом этот «агрегат» напоминал скорее огурец-переросток с торчащими из него проводами…

Но это скорее – изъян технологии хроноаборигеннов, чем принципиальный недостаток конструкции подсказанной попаданцем.

А в остальном, действительно – да!

Самодельный одноламповый приёмник издавал до изумления чистый по тем временам звук, потреблял на порядок меньше электроэнергии и служил дольше…

Особенно впечатляет именно продолжительность работы!

Если радиолампы хроноаборигенов, даже импортные – «французского образца», при стоимости примерно в двести золотых рублей - служили максимум сто часов… А довольно часто перегорали всего лишь через десять: здесь заранее не угадаешь - это как игра в «спортлото»…

То первая же модель Василия Путина, бесперебойно проработала немногим менее двухсот часов!

А это уже вполне сравнимо с достижениями отечественной радиопромышленности середины 20-го века, когда лампа служила в среднем пятьсот часов перед тем, как перегореть.

На достигнутом ВВП не остановился, ведь к отдельной комнате в коммуналке и новой кожаной куртке, он хотел ещё и обещанный мотоциклет. В результате его упорной деятельности, последующие прототипы уже можно было с натяжкой назвать «миниатюрными» - особенно если рядом поставить радиолампы серийно выпускающиеся «Нижегородской радиолабораторией».