Путь воина - Валерий Михайлович Гуминский

густой пыли, облепившей машину толстым слоем. Откуда она тут взялась? На всякий случай волхв активировал защитный доспех — «бриз» остался в шкафу за ненадобностью носить его под обычной рубашкой — и неторопливой походкой двинулся в сторону мигающего черного бронированного чудища. Он узнал в нем популярный здесь «Трабант», в котором сам когда-то поездил.

Оставалось всего несколько шагов, как задняя дверь внедорожника распахнулась, и на Никиту с визгом бросились две роскошные барышни в облегающих джинсовых брючках и коротких стильных кожаных куртках. Они умудрились вдвоём повиснуть на его шее, а потом стали по очереди целовать.

— Анита! Настя! — к своему стыду, он не сразу признал в девушках своих сестер, и только когда попал в плен цепких рук, сообразил. — О, боги! Какие же вы красивые! Но как вы здесь оказались?

— Миша, как только узнал о твоем приезде, сразу же рванул к Годуновым, всех на уши поднял! — затараторила Настя, превратившаяся в молодую статную женщину с густой гривой волос, собранных сейчас в высокую сложную прическу. — Мы с Анитой сразу сообразили, что у тебя какое-то важное задание, неспроста здесь появился, и вряд ли сможешь вырваться из Твери. А тут слухи пошли про каких-то магов, чуть ли не втроем уничтоживших штаб мятежников в Ярославле. Признайся, это твоя работа?

Она затормошила улыбающегося Никиту.

— Да не слушай ты эту болтушку! — Анита, как всегда, оставалась рассудительной и спокойной, как и ее движения — плавные, неспешные, приобретшие настоящий боярский лоск.

— Девчонки, вы стали такие красивые и важные! — Никита и в самом деле был рад увидеть сестер. Недавний по времени визит к ним в гости вдруг дал ему почувствовать, что время — штука коварная. Анита и Настя изменились сильно во всех отношениях. Теперь перед ним стояли молодые женщины, уверенные не только в своей привлекательности, но и в том, что их благополучие в новых семьях достаточно прочное.

— А уж ты-то, братец, и вовсе заматерел! — младшая сестра с любопытством оглядела Никиту. — Настоящий мишка, хозяин леса! Одежда на плечах трещит по швам!

— Ну что вы к человеку пристали? — веселый мужской голос за спиной заставил волхва обернуться и расплыться в улыбке.

Мишка Давлетов и Борислав Годунов тактично дали своим женам излить эмоции и пообщаться с братом, а потом и сами подошли, крепко обнялись с Никитой. Каждый из них воспользовался случаем похлопать его по спине тяжелыми ладонями.

— Хорош уж, чертяки, весь позвоночник отбили! — рассмеялся Никита, с облегчением чувствуя, как поселившаяся под сердцем тоска после событий с «Пронзающим небо» медленно рассасывается, оставив лишь рубец на память. — А почему без охраны? Ты-то, Миха, без братьев никуда. Что произошло?

— Да ну их! — отмахнулся Давлетов, шевеля аккуратной щеточкой жестких усов. — Я прикинул, что мятеж раздавили, а значит, ты тоже можешь вот-вот исчезнуть. Не зря же звонил, правильно? С Борисом посовещались и решили рвануть на «Трабанте» в Тверь вчетвером.

— Гнали как сумасшедшие! — проворчала Анита, вцепившись в руку Борислава.

— Нормально мы гнали! — отмахнулся Мишка. — Менялись за рулем, потому как концентрация Дара требовала периодического отдыха.

Никита покачал головой. Действительно, многие одаренные пользовались своими возможностями, чтобы безумно погонять по дорогам на машине или на мотоцикле, включая режим полного отрешения от происходящего, когда все внимание уделяется вождению. В таких моментах очень остро ощущается любая опасность, любая кочка на трассе, предугадывается каждый маневр встречной или впереди идущей машины.

— Не стоило так рисковать, я и сам собирался к вам заглянуть, — сказал он и понял, что его слова канули в пустоту. Эти повзрослевшие мужи оставались в душе мальчишками-оторвами, которым ничего не стоило выйти на лед Тверцы на мордобой, а потом стоически терпеть манипуляции Целителей, приводивших их физиономии в порядок.

— Слушайте, может, в ресторан куда сходим? — Никита показал пропуск. — В резиденцию нас, конечно, не пустят, а поговорить охота. Времени совсем не осталось, послезавтра миссия сворачивается.

— Расслабься, мы успели снять гостиничный номер в «Боярских хоромах», — хлопнул его по плечу Борислав. — Не царские апартаменты, но есть где развернуться. Закажем ужин, чтобы никуда не ходить, да и наговоримся от души. Зато ничьего внимания не обратим на себя.

Сестры посадили Никиту между собой, и стали расспрашивать его о женах и детях, пока Борислав ехал по освещенной набережной, а потом по мосту в район Заволжья, как называлась бывшая тверская слобода, где сейчас раскинулся целый комплекс новостроек. Особенно девушек интересовала судьба Даши, заходил ли он в гости к Сабуровым. И когда услышали, что не только заходил, но и отдал родителям письмо с фотографиями, растрогано зашмыгали носами, порадовавшись за судьбу подруги.

— Ну вот, потекли ручьи, — хохотнул Давлетов, за что получил чувствительный тычок от Насти.

— Чурбан бездушный, — проворчала она. — Ничего вы, мужики, не понимаете в женской тонкой натуре.

— Куда уж нам, — согласился Мишка. — Мы же только о войне и о рыбалке!

— Предупреждаю сразу, мальчики, — Анита подпустила грозности в голос, — будете только о войне за столом говорить, выгоним на улицу…

— Оставим только Никиту, — поддержала сестру Настя. — У него опыта общения с женщинами куда больше, он нас поймет. Правда же?

И погладила смеющегося брата по руке.

Борислав подогнал «Трабант» к крыльцу семиэтажной гостиницы, высадил всех и сказал, что поставит машину на стоянку, а заодно и найдет работника, чтобы тот помыл ее. Мишка Давлетов важно кивнул швейцару, распахнувшему тяжелые лакированные резные двери перед идущими впереди дамами, видимо, уже предупрежденный, кто эти особы, и вложил ему в руку серебряный рубль.

В стеклянной кабине лифта компания поднялась на пятый этаж и по зеленой дорожке прошла до нужного номера. Никита с одобрением заметил, что Давлетов не спешил заходить внутрь, а прежде всего замер на какое-то время, прощупывая аурные следы. И только потом распахнул дверь, предусмотрительно входя первым. Видимо, не так все безоблачно в их жизни, если даже сестры спокойно восприняли такие манипуляции. Никита ничего не стал говорить, просто закрыл за собой дверь, огляделся.

Из большой гостиной, обставленной современной мебелью светлых тонов, можно было попасть в две разные комнаты, вероятно, спальни. Еще один коридор вел в ванную комнату и туалет. Ничего вычурного. Номер предназначался для каких-то важных встреч чиновников средней руки, на что указывал очень уж большой стол в