История шпионажа - Санш Де Грамон

Этот пост был предложен и Артуру X. Дину, возглавлявшему американскую делегацию на переговорах о запрещении испытаний ядерного оружия, проходивших в Женеве. Дин поразил Кеннеди своим знанием советской атомной силы. Он отказался от предложения, сказав: «Меня воспитывали как юриста, и я привык говорить правду. Боюсь, ЦРУ будет слишком сложным для меня». Когда президент попросил его подумать еще раз, Дин ответил: «Я не передумаю».

27 сентября президент Кеннеди объявил, выступая в военно-морском колледже в Ньюпорте, что он нашел подходящего человека. Он сказал:

«Я попросил мистера Джона Мак-Кона принять на себя ответственность руководства Центральным разведывательным управлением, и я попросил его возглавить Управление этой осенью… Через две недели он начнет работать с мистером Даллесом и в ноябре примет руководство Центральным разведывательным управлением.

Я не знаю другого человека, который служил обществу так храбро и беззаветно, как мистер Аллен Даллес, и я, выразив удовольствие от того, что его сменит мистер Мак-Кон, хочу выразить мое искреннее сожаление, что мистер Даллес должен уйти в отставку в возрасте шестидесяти восьми лет, из которых десять лет он посвятил работе в Управлении. Он согласился стать моим консультантом по вопросам разведки, и его опыт работы в этой области будет служить всем людям нашей страны».

Президента сопровождали и Даллес, и Мак-Кон, которые также сказали несколько слов. Так закончилось десятилетнее руководство Даллеса ЦРУ. Но он остался помогать Мак-Кону. Даллес ушел в отставку 29 ноября, в этот день президент Кеннеди вручил ему правительственную награду. Даллес планирует написать книгу о шпионаже.

Джон Алекс Мак-Кон соответствует всем требованиям, предъявляемым к руководителю ЦРУ, кроме одного — у него нет опыта работы в разведке. Однако в его пользу говорит следующее:

Ему пятьдесят девять лет, он здоров, силен, и от него, как и от его предшественника, можно ожидать десять лет хорошей работы.

Он республиканец, второй раз работает в правительстве демократов (в 1947–48 годах он состоял в правительстве Трумэна, а в 1950–51 годах был заместителем министра ВВС), конгрессмены от демократической партии относятся к нему хорошо. В то же время он друг Дуайта Эйзенхауэра и Ричарда Никсона.

Он — воин холодной войны, которого никто не сможет обвинить в потворстве русским. Возглавляя Комиссию по атомной энергии в 1958–1961 годах, он боролся с запретом испытаний атомного оружия и сказал ученым, которые выступали за введение запрета: «Ваше предложение испугает тех, кто не знает всех деталей… вы, очевидно, попали под влияние советской пропаганды». Когда запрет на испытания был введен, он постоянно обвинял Советский Союз в проведении подземных испытаний. Он был в Советском Союзе и не питает иллюзий относительно характера холодной войны. 10 лет назад, когда он был заместителем министра ВВС, то способствовал реализации ракетной программы, которая обходилась в 2 млрд. долларов в год. (Его назначению на должность директора ЦРУ препятствовали нейтральные группы, утверждавшие, что Мак-Кон будет продолжать «агрессивную холодную войну» ЦРУ.)

У него очень цепкий ум. Он получил степень в Калифорнийском университете, в возрасте тридцати двух лет стал вице-президентом сталелитейной компании, во время Второй мировой войны руководил огромной корпорацией «Калифорния шипбилдинг». Под его руководством компания построила 467 кораблей на общую сумму 1 млрд. долларов.

В то время когда ЦРУ все еще зализывает раны и проходит через реорганизацию, его возглавляет упрямый, решительный человек. В то же время Мак-Кон известен как прекрасный политик, который смог уладить разногласия в Объединенном Комитете конгресса по атомной энергии. Чет Холифилд, руководитель комитета, сказал, что «он сотворил чудо, создав гармоничный комитет, который был нужен нам всем».

Хотя Мак-Кону не хватает опыта работы в разведке, который сделал прекрасного шефа из Даллеса, он готов к наращиванию научной базы шпионажа. Его впервые назвали преемником Даллеса, когда Советский Союз 1 сентября 1961 года возобновил испытания атомного оружия. Знание силы этого советского оружия, которым обладает Мак-Кон, необходимо в современной разведке.

Несмотря на эти достоинства Мак-Кона, нашлись люди, которые спрашивали: как для руководства одним из важнейших агентств страны могли выбрать человека, которого «Нью-Йорк таймс» назвала «инженером в глубине души»? Означает ли это снижение уровня ЦРУ? Очевидно, нет. Президент Кеннеди сказал в своей речи о назначении Мак-Кона на этот пост, что он «сделает все, чтобы это агентство продолжало оставаться эффективным инструментом политики нашего государства».

Очевидно, Мак-Кон был выбран на этот пост из-за своей несговорчивости во всем, что касается Советского Союза. Он вряд ли будет иметь меньшее значение в администрации президента, чем Даллес. Кажется, что ЦРУ уже оправилось от весеннего кризиса. Согласно устным докладам президенту Кеннеди, сделанным специальным комитетом, состоящим из Роберта Кеннеди, генерала Максвелла Тейлора и адмирала Арлея Бурке, в структуре ЦРУ произойдут изменения, которые отделят разведывательные функции от оперативных. Это поможет Управлению избавиться от его мессианского качества. Агентство больше не будет поддерживать переворот, который оно должно было подготовить. Но, возможно, это не изменит политику тайного вмешательства в дела государств, в которых существует возможность захвата власти коммунистами. Бюджет ЦРУ скорее всего будет расти вместе с объемом разведывательных данных, которые ежедневно докладываются президенту.

Правительство СССР недавно воздало должное существованию тотального шпионажа. На съезде Союза писателей страны, состоявшемся весной 1961 года в Москве, была подчеркнута важность шпионажа. Писателей укоряли за недостаточное количество советских книг о разведчиках, в то время как на Западе масса шпионской литературы прославляет отважного агента ЦРУ, борющегося с негодяем из КГБ.

Писатели сразу же начали писать книги, рассказывающие о том, как советские разведчики похищают у врагов государственные секреты и обычно в последней главе произведения уезжают с таинственной блондинкой. Эти книги как две капли воды похожи на те, которые издаются на Западе. Но это только часть того, что говорится о секретной войне в СССР. Кроме этого, в Советском Союзе постоянно чувствуется атмосфера бдительности, а в советских газетах стали чаще появляться статьи, рассказывающие о шпионаже. Эти статьи, основанные на реальных действиях советских разведчиков против нацистов во время Второй мировой войны, создают образ героя, защищающего советских людей от агрессии.

4. Как оценить эффективность тотального шпионажа?

Некоторые критики шпионажа периода холодной войны говорят о его бесполезности. Выдвигается четыре основных возражения. Во-первых, сегодня осталось немного секретов, похищение которых оправданно. Научный уровень обеих сторон таков, что разработать самим новое оружие гораздо легче, чем украсть его у противника. Вера в то, что русские похитили у американцев секрет атомной бомбы во время Второй мировой войны, подвергается сомнению всеми ответственными источниками.[36] Передвижения войск отслеживаются радарами и станциями наблюдения. Криптографические компьютеры могут взломать любой код. Известно, что шифровальные агентства всего мира сейчас стараются использовать при разработке шифров малоизвестные диалекты своих стран. Говорят, что АН Б разрабатывает шифры на базе языка индейцев навахо, диалекту которых посвящено всего несколько книг. Единственный способ, которым русские могут взломать этот код, — завербовать навахо, который будет работать на них. Советские шифровальные бюро также используют малоизвестные диалекты, существующие в СССР.

Во-вторых, критикуются «нелегальные» агенты, ведущие скрытное существование, которое не окупается в мирное время. Те из них, кто был задержан, не передали Центру сенсационных данных. Александр Фут писал в своей книге «Руководство для шпиона», что «настоящие трудности обычного шпиона связаны с его работой. Установка передатчиков, получение средств, организация встреч — эти детали занимают очень большую часть его жизни».

Другими словами, для занятия собственно шпионажем остается не так уж много времени. Отправить «нелегального» агента на территорию противника — подвиг, но, как только он завершен, агент может сделать очень мало. Малкольм Маггеридж, автор книги «Новый политик», сравнивал нелегального агента с соблазнителем, который постоянно «обманывает и хитрит. Со временем его хитрости теряют смысл. Он настолько занят тайной перепиской, выдумыванием алиби и легенд, что у него не остается ни времени, ни сил, ни желания воспользоваться возможностями, которые должны предоставлять эти действия».