За гранью добра и зла - Владимир Батаев

Сэвидж меня приятно удивил. Впрочем, после того, как я застал его за утренней зарядкой, то уже ожидал чего-то подобного. К тому же, Дик без зазрения совести использовал свои силовые поля, так что противник никак не мог его достать. Гвардеец уже получил несколько лёгких ран, окончательное поражение было делом времени.

Спарк с самого начала несколько вспылила, её клинок буквально полыхал и, хотя не рассёк доспехи полу-титана, наверняка нагрел их в нескольких местах так, что бедняга получил серьёзные ожоги. К сожалению, он оказался достаточно живуч, чтобы продолжить схватку, а пыл девушки несколько выдохся. Но она вполне держалась, а гвардеец постепенно терял силы.

Личу смерть не грозила — он и так был мёртв изначально. Несколько раз противник проткнул его насквозь, но некромант будто не заметил, продолжая махать фламбергом.

Хантер привычно раздвоился и теперь осыпал своего врага градом точечных ударов с двух сторон. Тому удавалось относительно успешно отмахиваться, но результат, на мой взгляд, был предопределён.

А вот у Инса дела обстояли совсем плохо. Он уже сбросил человеческий облик, явив свою истинную насекомую суть. Но хитиновая броня не могла защитить от зачарованного клинка, и панцирь Инса усеяли потёки густой зелёной крови.

Также отбросил человеческий облик Люпус, преобразившись в боевую трансформацию полу-волка. Он оставался неуязвим для оружия, в сплаве которого отсутствовало серебро, раны оборотня мигом заживали.

У других Лордов таких полезных наследственных качеств не имелось. Расл и Арна находились на грани поражения и смерти. Если никто в ближайшем времени не управится со своим противником и не поспешит им на помощь, то наш отряд понесёт потери. Мой двойник наверняка назвал бы их приемлемыми, но только не я. Расл — один из первых, с кем я познакомился в этом мире. Пусть он собирался меня использовать в своих целях, моего отношения к приятелю это не изменило. А Орлица… Да, она меня на дух не переносит, да и я от неё не в восторге, зато девушка дорога Раслу.

Пакс владела мечом довольно посредственно, но это компенсировалось скоростью реакции и почти мгновенным заживлением ран, благодаря нанитам.

Солар бился яростно, будто перед ним стоял сам Солнцеликий, отвернувшийся в трудный час и тем заслуживший суровое отмщения от преданного слуги. Впрочем, кто от кого отвернулся — вопрос спорный, но обсуждать его с бывшим темпларом я желанием не горю. Не хочется, чтобы его гнев сменил направленность и обрушился на меня. Я-то вовсе просто оказался не в том месте не в то время и неудачно пошутил.

Рейф крутился вокруг противника, стараясь не подставляться под удар, и осыпал его отборной бранью. Вампира бесило то, что гвардеец закован в броню с ног до головы и некуда впиться клыками, а попробовать крови полу-титана ему хотелось. Но честно биться с рыцарями один на один кровопийца не очень-то привык, одна ошибка — и он мог оказаться развален на две половинки. Впрочем, в случае чего, о нём-то я сильно горевать не стану.

Я же взял себе в противники Эшли Юникона, который каким-то образом оказался на стороне этой компании. За прошедшее время мальчонка подкачал мускулатуру и научился паре приёмов, так что вырубить его сходу, на что я рассчитывал, не получилось. Но всё же преимущество было за мной — мой клинок ничего не весил и при этом будто сам рвался в битву, сияя рунами на лезвии. Мне даже пришлось сдержать пару выпадов, грозивших стать смертельными — да, и этого сопляка я тоже решил не отправлять в могилу, опять же по старой памяти и из-за Мирэ.

Но моя доброта грозила обернуться серьёзными проблемами. Братцев-то у принца было полная дюжина, а прибавив к этому молодого Единорога — на их стороне оказалось численное преимущество. Пришлось задействовать Стрейф наравне с обладателями «драконьих когтей». Она справлялась неплохо, наскакивая на гвардейца как дикая кошка, нанося удары и ускользая. Но её меч, хоть и созданный в другом мире с помощью высоких технологий достаточно крепким, чтобы выдерживать столкновение с магическим оружием, всё же не был волшебным. И в любой момент в руках у беловолосой психопатки мог остаться жалкий обломок.

Теперь всё зависело от того, кто первым нанесёт смертельную рану. На чьей стороне окажется перевес, который решит всё. Лишь падёт один — и обречены окажутся большинство его сторонников.

Даже мои почти неуязвимые бойцы остаются таковыми только при определённых условиях. Лича можно изрубить на куски и сжечь — даже если это не уничтожит его окончательно, и он снова воскреснет, но уже не здесь и не прямо сейчас. Если падёт Хантер, а его мечом завладеет один из гвардейцев — тут и Люпусу крышка. Пакс может исчерпать резервы и наниты не смогут больше её лечить, ведь не из воздуха они берут ресурсы. Против всего одного врага каждый из этой троицы непобедим, но толпой их одолеют.

Один шаг, один удачный взмах клинка — и всё решится.

Хриплый клёкот… Таков предсмертный крик Леди Арны из рода Орлов. Расл оборачивается, пытается броситься на помощь, но и сам тут же получается смертельную рану.

Я тоже на миг отвлёкся, этого хватило, чтобы Эшли вонзил свой меч мне в грудь. Неприятно, но с моей регенерацией — не смертельно. Я с размаха наношу ему удар яблоком эфеса в забрало — наверняка нос сломал, больше пареньку не быть таким смазливым.

Мой двойник мимолётно оглядывается, за секунду оценив положение. Я не успеваю крикнуть и остановить его. Парировав очередной удар короля щитом, Либра делает шаг навстречу и вонзает клинок в живот противника.

Мирэ кричит. Я не могу разобрать слова, но крик полон ярости и боли. Она поднимает руку с зажатым в кулаке артефактом. Некромантия может не только воскрешать мёртвых, но и убивать живых. Лич простирает руки в стороны, пытаясь остановить её, защитить союзников от смертоносной магии. Но удар клинка гвардейца обезглавливает служителя Предвечной Тьмы.

Остальные беззащитны. Жизнь вытекает из них. Полу-титаны не дожидаются финала и добивают противников, едва те утрачивают силы отражать удары.

Либра не подвержен воздействию какой-либо магии. И у него нет к Мирэ никаких чувств. Для него она — враг. Более того — стратегическая цель. А я не могу его остановить — и не должен. Впрочем, даже попытайся я это сделать, обрекая на смерть друзей и союзников, он не послушает. Занеся клинок, он бежит к девушке. Но мгновения — и она оказывается облачена в доспехи. Перчатка, вторая перчатка, король отдал её своей невесте. Броня непробиваема даже для «драконьего когтя», усилия Либры бесполезны.

Сэвидж из последних сил поднимается на ноги. Его противник бессилен, ведь щиты по-прежнему защищают Львиного Лорда. Он взмахивает руками, и все гвардейцы взлетают в воздух, окутанные коконами силовых полей. На губах Дика играет зловещая усмешка, хотя по подбородку стекает кровь, ему осталось недолго. Он сжимает кулаки. Треск сминаемой брони не заглушают даже вопли боли. Гвардейцы будто попали под пресс, силовые поля сжимаются, сминая доспехи вместе с заключёнными в них телами до размеров консервных банок. Сэвидж падает наземь.