Восход Акроникса (СИ) - Максим Сорокин

Листья что дал Шраум, пронеслось в голове, целебные травы. Он ещё додумывал мысль, а не слушающиеся пальцы уже в слепую шарили на поясе в поисках заветного мешочка. Наконец он сумел достать один жирный листок и преодолевая неимоверную боль в локте, сумел таки положить его себе в рот.

Сначала ничего не происходило, но потом, к его огромному облегчению, терзавшая все тело боль стала отступать. Вместе с ней уходили вкусы и запахи, и даже осязание, но это была ерунда, по сравнению с возможностью больше не биться в агонии. Едва он смог начать двигаться, как тут же, падая и снова вставая, опираясь о накренившуюся стену, поспешил туда, где лежит Ялазар. Весь дом сейчас напоминал пивную бочку: вспухший, разорванный пробудившейся внутри него стихией. На пути у него попалась, не весь как оказавшаяся тут, дверь-заглушка, вернее большая её часть, неведомо каким чудом уцелевшая после взрыва. Под ней-то он и нашел человека с абсолютно лысой головой и в покрытом сажей, треснувшем во многих местах костяном доспехе. Выглядел Ялазар, мягко говоря, погано. Все лицо его превратилось в кровавую маску. Дышал он с присвистом, а ходить не мог уж точно. Рядом валялись осколки его меча.

Вик поспешил дать ему целебного средства:

- Жуй! - но Ял будто специально уворачивался, не позволяя положить листок себе в рот. - Мать твою, я сказал жуй, это я, Викар! Я испепелил этих ублюдков, но нам надо убираться отсюда и срочно. На такой фейерверк весь город посмотреть сбежится.

Он оглянулся и понял, что в его словах было правды даже больше, чем он хотел. В проломе уже начали мелькать силуэты людей, те пока ещё скрывались в тенях, но пройдет немного времени и парень не сомневался, они придут сюда чтобы добить раненых и поделить добычу. Это был Кеплер и вера в человечность могла, как теперь понимал Вик, дорого обойтись наивному глупцу.

- Глаза ... - прохрипел повелитель костей, - открой мне глаза, чтобы я мог ...

Его скрутил жестокий спазм кашля и не миндальничая, Викар просто запихнул лекарство ему поглубже в глотку, едва ли не силком заставив его пережёвывать. Постепенно Ялазар сам смог открыть слипшиеся от крови глаза и удивленно посмотрел на Вика.

- Я уж думал, ты нас прямиком в пекло отправил, а вон смотри ж, опять твою противную рожу вижу. Даже не знаю, спасибо тебе сказать или придушить тут же. - он вяло улыбнулся своей шутке.

- Рад что тебе весело, но нам надо уходить, иначе тут же нас и похоронят. 'Доброжелатели' уже близко и я нутром чую, наши с тобой пожитки они уже поделили.

- Так в чем проблема, заряди еще разок!

- Сразу в четыре направления? Ты меня переоцениваешь. А теперь хватит болтать, двигаем отсюда.

- А куда?

- Ты у нас спец по городам, вот ты и ...

Не успел Викар закончить фразу, как на порог упала огромная оплавленная рука, тут же подтянувшая за собой разорванные остатки воскового торса. Голова свисала на огрызке шеи и один единственный глаз неотрывно смотрел на опиравшихся друг на друга, и едва стоявших на ногах парней.

- Прошу, - послышался удивительно мягкий, совершенно не искажённый внешними уродствами голос, - верните мне мою душу.

Вик сглотнул подступивший к горлу ком. Эта тварь, казалось, была просто неубиваемой. Он сделал шаг назад, отступая к разрушенной стене, в то время, как Ял с тяжелым вздохом обнаружил свое оружие, грудой обломков валявшейся на полу.

- Прошу, - повторило существо, - сжальтесь. Вы убили мою мучительницу и я теперь свободен, но пока моя сущность заключена в камне душ вне этого тела, я не могу восстановиться и я снова окажусь в лапах палачей. Умоляю, я помогу вам выбраться, а потом, клянусь, наши пути навсегда разойдутся.

Можно было поклясться, что голем плачет, роняя белые капли воска на пол, с другой стороны, он уже видел это раньше, когда тот возвышался над ним рядом с одной из совратительниц. Кстати, не стоило забывать о подружках последней, что вполне могут пожелать отомстить, за свою сестру.

Голем остановился, приподнявшись на локте правой руки, левую ему оторвало по плечо и протянув ладонь, снова прошептал:

Умоляю. Не дайте им снова меня поймать.

ГЛАВА 5. Договор У Края Бездны.

Скрип и легкий треск остывающих камней наполнял наступившую тишину. Викар, стараясь не нарушать хрупкого равновесия с подпиравшем его плечом Ялазаром, быстро извлек обрамленный золотой вязью голубой осколок:

- Ты был рабом у жрецов, их бесправным слугой, - обратился Вик к восковому голему, - и я готов помочь тебе обрести свободу, но мне надо знать, что ты достоин этого.

- Достоин?

- Да. Скажи мне, ведь ты не единственный невольник этого проклятого культа, сколько ещё подобных тебе вынуждено исполнять приказы этих похотливых животных?

- Сотни, - прохрипела статуя все ещё не опуская протянутой руки. - Я понимаю к чему ты клонишь человек, но мы не в силах помочь им всем.

- Значит надо помочь стольким, скольким можем или хотя бы тем, кто ещё не облечен магической плотью.

- Другие камни душ? - догадался голем.

- Именно. Мы должны хотя бы попытаться освободить как можно больше этих несчастных. Ты в курсе, где совратители хранят их?

- Да. Сокровищница храма, но поход туда самоубийство. Даже если мы сумеем проникнуть внутрь, обратно живыми нам не выбраться.

Вик взглянул сквозь пролом в стене, пытаясь разглядеть в чернильной темноте не появилось ли ненужных свидетелей разговора. Впрочем это было лишнее, город и так оказался поставлен на уши, без сомнения к ним уже спешили стражи Кавенона.

Парень решил играть в благородство до конца. Что-то подсказывало ему, скажи он правду о том, что просто хочет ограбить жрецов и голем покинет их едва запахнет жареным. Так же останется шанс, что в трудную минуту этот полуразвалившийся остов все же придет на помощь.

- Решать тебе, но только ты учти, выберешь помочь нам освободить других невольников и у тебя появится шанс уцелеть. В противном случае, останешься здесь один и об упущенной свободе будешь вспоминать оставшуюся вечность, пока твои безумные хозяева не поймут, что вдоволь наигрались с тобой.

Изувеченная голова мелко затряслась, силясь взглянуть поврежденными глазами в лицо парня, этого сделать не удалось и признав правоту Вика, голем ответил:

- Я согласен.

- Дай мне слово.

- Что стоит слово в нашем мире, где даже самые близкие предадут не задумываясь. - в словах создания проскользнула нотка такой леденящей горечи, что Вику стало не по себе. - Но если ты так желаешь, то будь по твоему. Я, Каум, даю тебе свое слово, что помогу вам проникнуть в сокровищницу храма совратителей, дабы вы смогли совершить задуманное, а после сделаю все, что в моих силах, дабы мы смогли выбраться оттуда. Видят боги это безумие, но ты прав, если мне суждено погибнуть, то уж лучше в бою.