Честь - дороже жизни (2 части) (СИ) - Шамраев Юрьевич

Как говориться,- глаза бояться, а руки делают. Забрав с собой все дротики, я стал взбираться на спину зверю. Хотя "стал взбираться", громко сказано. Я полз, хватаясь за щетину. Мне даже пришлось закрыть забрало, что бы острые кончики не впились мне в лицо. Конечно можно было бы гордо встать во весь рост на спине, когда я туда добрался, но на четырех точках опоры я чувствовал себя более уверенно. Вот и загривок. И что теперь? До шеи я не достану, а повиснув на его щетине и нанести один единственный удар,- боюсь у меня не получится.

На помощь мне пришел сам зверь. Глотая очередной огромный кусок мяса, он задрал свою голову вверх так, что его глаза, по крайней мере один, стал мне доступен. Не долго думая я выхватил один из дротиков и со всего размаха воткнул его в огромную тарелку на всю глубину на сколько хватило сил. От его крика боли я не только оглох, но и ослеп. Как я не свалился, не представляю. Кабамед начал трясти головой, продолжая выть. Наконец то он почувствовал, что у него на загривке кто то есть и попытался сев на зад достать меня своими сначала передними а потом и задними лапами. Но мне повезло, они оказались слишком короткими и до меня не доставали. Тогда он вскочил и в один скачок оказался у постамента и стал тереться о него, норовя раздавить меня о гранитную поверхность. О лучшем я и мечтать не мог. Второй дротик воткнулся ему во второй глаз и в ту же секунду я перепрыгнул на постамент.

Зверюга со всего размаху ударила головой о постамент, но он даже не пошевелился, более того, удар был настолько силен, что ослепшее чудовище на недолго потеряло сознание или отключилось. К сожалению воспользоваться этим я не смог. Просто напросто я не решился вновь спрыгнуть ему на загривок, в конечном счете моя задача была лира. Вот она передо мной. Я обошел её и действительно увидел, что один её край сдвинут чуть больше чем на толщину половины мизинца. Не смотря на то, что она толи создана, то ли соткана из лучей солнечного и лунного света, сдвинуть её ни мне, ни даже сотни силачам вряд ли удастся, такой она казалась монументальной и вросшей в постамент. Но ведь как то её сдвинули…

Напрягаясь так, что у меня трещали кости спины, а мышцы вот - вот готовы были порваться, я пытался вернуть лиру на место. Но она даже не пошевелилась. Я опустился на постамент и в бессилии сел, прислонившись спиной к ней. В воздухе что то изменилось, я почувствовал некую вибрацию, которая впрочем скоро закончилась. Кое как ковыляя, я вновь обошел лиру и замер в удивлении. Она вернулась на свое место. Кабамед повел себя странно. Его и с десяток крыс, которые стали выползать откуда то стало скручивать как рубаху, которую выжимают. Он ревел и выл, судя по открытой пасти, но я ничего не слышал. Неземная музыка наполняла меня, каждую мою клеточку, проникая в каждую пору. А вместе с музыкой в меня проникала и сила. Она вливалась в меня таким мощным потоком, что я испугался, что не выдержу и просто напросто лопну от переизбытка…

Легко спрыгнув с постамента и мягко приземлившись на каменные плиты, я подошел к раненому боку Уробороса - Ёрмунганда, протянув к нему руку увидел, как сквозь мою латную перчатку в открытую рану ударили маленькие синенькие искорки и она стала затягиваться, наращивая мясо и покрываясь нежной кожицей, которая прямо на моих глазах грубела и превращалась в огромные великанские щиты. Вскоре уже ничто не выдавало место, где ещё недавно была кровоточащая рана.

Я огляделся, словно проверяя все ли я сделал здесь? На полу не осталось даже следов ни от кабамеда, ни от крыс, да и мне пора было уходить. Нутром я чувствовал, что если ещё немного задержусь здесь, то так навсегда и останусь в качестве хранителя этого зала. Мне предстоял путь назад, домой. Как хорошо произнести это слово - ДОМОЙ…

Конец первой части.

Часть вторая

1.

С огромным трудом я пробивался к ярко синему небу из мрака хаоса и небытия. Кошмары по прежнему меня преследовали и я продолжал прорубаться сквозь ряды костяных воинов, прожигал проходы через завалы живых мертвецов, окружая себя огненным валом, отбивался от горгулий и гарпий… Когда мне становилось совсем невмоготу, на помощь приходили драконы мести…

С каждым моим шагом вперед небосвод светлел и мне становилось все легче и легче. Исчезла сила, что сковывала меня и мою грудь невидимыми тисками, мозг наконец стал воспринимать окружающее, появились перспектива и расстояние, я стал ощущать течение времени. И хотя по прежнему каждое движение давалось мне с трудом, а мертвая тишина давила, я чувствовал, что уже победил…

Сознание ко мне возвращалось урывками. То я видел себя как будто со стороны в большой комнате, весь обложенный подушками, то чувствовал как мне в рот заливают всякую дрянь, уговаривая проглотить чудодейственную микстуру, то видел сквозь полузакрытые глаза одинокий огонек свечи, что мерцал где то вдалеке…

Окончательно я пришел в себя только после того, как почувствовал рядом с собой жар женского тела, а мои руки стали ощущать его упругие выпуклости. Желание охватило меня со страшной силой и не имея ни возможности, ни сил, ни желания ему сопротивляться, я смял, раздавил, поглотил и растворился в нем. Только ранним утром я насытился и в изнеможении откинулся на мокрые простыни. Крепкий сон сморил меня.

Солнечный зайчик пробежал по моим глазам и я проснулся. После столь длительного времени, когда я не слышал ни каких звуков и безмолвие было моим окружением, даже тихий шепот был сродни чудесной музыке.

- Миледи, что с вами сделал этот варвар? У вас все тело в синяках…

- Роза, быстрее протирай меня и не болтай, мне кажется он проснулся и вот - вот может открыть глаза, а на мне нет даже сорочки. Неудобно.

- Конечно неудобно. Ложиться обнаженной в постель к незнакомому мужчине - удобно. Позволять ему вытворять такие вещи от которых остаются такие следы и на шее и на груди - удобно, а предстать перед ним без сорочки - не удобно. Пусть злыдень полюбуется на то, что он сделал с вами…

- Роза, хватить ворчать, помоги мне одеть халат…

Шепот затих, а вскоре раздались легкие шаги и надо мной склонилась тень, пахнуло женщиной, слабым ароматом цветов и немного уксусом: - Это была незабываемая ночь,- и я почувствовал прикосновение холодных пальцев к своим губам.

Дверь скрипнула и снова наступила тишина, но не та, оглушающая, что преследовала меня в последнее время, а мирная, домашняя, нарушаемая шумом ветра за окном, пением птиц, скрипом не смазанного колеса…

Открывать глаза не хотелось, но и вот так просто лежать, - тоже. Я приподнялся на локтях и осмотрелся. Что то знакомое и незнакомое одновременно. Несомненно этот барельеф на потолке я знаю и уже видел, а вот обстановка мне была совершенно незнакома. Вот эту вазу я тоже видел, и эту картину… Память услужливо напомнила мне где и когда. Замок сэра Марта, а это спальня, которую предоставляли в мое распоряжение, когда я бывал здесь. Но почему так все изменилось? Неужели вкусы леди Фионы стали так разительно отличаться по сравнению с моим последним посещением?