Золотая ветвь - Галина Романова

– Так ты присмотришь за нею? – спросил Хаук, и лорд Шандиар невольно обругал себя. Замечтавшись о прошлом, он пропустил мимо ушей большую часть речи.

– Да,– сказал он на всякий случай.– Слово чести!

Леди Мирамирэль только-только успела переодеться в одно из платьев, одолженных ей супругой лорда Иоватара, и переодеть свою дочь. Едва завидев Хаука, стоящего рядом с лордом Шандиаром, Ласкарирэль метнулась к нему. Орк ловко поймал ее за локти, удерживая от того, чтобы девушка бросилась ему на шею. Лорд Шандиар, леди Мирамирэль и Видящие внимательно разглядывали эту пару. Маленького роста, хрупкая и бледная девушка странно смотрелась рядом с огромным плечистым орком, который к тому же был выше ее почти на две головы.

Какое-то время все молчали, глядя друг на друга. Потом Хаук резко отодвинул от себя Ласкарирэль и сунул ее, как вещь, в объятия матери.

– Жди,– коротко бросил он.– Может быть, я еще вернусь.

– Куда ты? – Девушка опять рванулась к нему, но мать вцепилась в нее, как клещ, силой удерживая на расстоянии.

– Выплатить долг.

Уже сделав шаг к двери, он последний раз обернулся и смерил жену долгим взглядом. Красный огонек последний раз вспыхнул в его глазах и потух.

ГЛАВА 34

Охра торопилась изо всех сил. Она спешила как можно скорее встретиться со своим возлюбленным Паладайном. Ее внутренности жгло, словно огнем,– наложница была уверена, что это сжигает ее изнутри тайное желание и заклятие, вложенное в нее шаманкой. Частично она была права – дело было в заклятии. Но действовало оно совсем по-другому. Если бы Охра догадалась, как ее собирались использовать, и постаралась бы держаться подальше от Верховного Паладайна, заклятие убило бы ее, сожрав изнутри.

Спутники наложницы утомились на третий день пути – орки не пользуются лошадьми, и весь путь они проделали на своих двоих. Привал решили устроить в долине, недалеко от склона – чтобы, чуть передохнув, с новыми силами пуститься на штурм перевала. Поляна была уютной, со всех сторон окруженной стеной густого леса, а посреди нее высилось несколько обелисков, изваянных неизвестно кем и для чего. Но в их тени было так хорошо отдыхать! Охранники сразу набрали сушняка и развели костер, служанки принялись готовить ужин, а Охра воспользовалась минуткой, чтобы осмотреться. Как зачарованная, она бродила между обелисками, касаясь рукой нагретого за день камня, и от души сожалела, что у нее нет магического дара. Уж она бы попыталась… попробовала разгадать загадку этого места!

Вдруг что-то хрустнуло под ее ногой. Охра опустилась на колени и тихонько ахнула – в траве тут и там были разбросаны каменные и костяные фигурки, очень похожие на амулеты, которыми пользуются шаманы. Другие напоминали женские украшения и просто красивые безделушки. Синие, зеленые, желтые, прозрачно, и матово-белые, почти черные, с белыми и серыми прожилками, красные и багровые – всех цветов радуги! Их было много, очень много, и Охра не смогла устоять. Она принялась собирать находки сперва в руки, а потом, когда кулаков стало не хватать, подобрала подол и принялась складывать амулеты туда. Какие у нее будут бусы! Все ахнут, увидев ее. Можно, наверное, даже обшить платье сверху донизу, и тогда все точно упадут от зависти! И если отнести несколько штук шаманке Хайе, это должно только укрепить их союз – вряд ли шаманка откажется иметь хотя бы часть этих амулетов!

Охра ползала на коленях, забыв про все на свете и не замечая, что за нею вовсю наблюдают красноватые маленькие глазки. Глазки эти принадлежали кушенирам. После того как недавняя добыча ускользнула из их ловушки, при этом ухитрившись уничтожить почти треть колонии, они изменили тактику. Теперь добычу предпочитали разделывать на месте, а не тащить в подземелья.

Пока одни кушениры следили за новой жертвой, другие со всех лап мчались вниз, в колонию, чтобы позвать на пир остальных. Их писк разносился по коридорам и норам звонким эхом, и, слыша призыв, сотни кушениров выползали навстречу и мчались к поверхности.

Там их встречали дозорные. Конечно, всего одного существа было мало для того, чтобы насытить несколько сотен голодных ртов, но дозорные успели узнать, что существо прибыло не одно. Предстояла схватка, но в случае победы мяса хватит на всех.

Сизые вечерние тени закрыли долину. В тени обелисков стало совсем темно, когда Охра опомнилась. Подол ее платья оттягивали амулеты, и она с трудом выпрямилась. Глаза ее вылезли из орбит, она открыла рот, но не смогла закричать.

Ее окружал вечерний сумрак, и в тени обелисков тут и там загорались алые точки чужих глаз. Их становилось все больше и больше, они смыкали вокруг наложницы кольцо.

Охра попятилась. Ослабевшие руки выпустили подол платья, амулеты рассыпались по траве, но толку от этого не было. Все, что успела девушка, это вскинуть руки, когда сразу пять или шесть кушениров первыми атаковали ее, впиваясь клыками в плоть…

Шесть женщин и мужчин медленно открыли глаза. Все они полулежали в низких креслах, расположенных по кругу. Их пальцы еще касались друг друга, но сила уже покинула Круг Соединения. Пять пар глаз внимательно смотрели на шестого члена Круга. Смертельная бледность, покрывавшая его щеки, и ввалившиеся глаза с синеватыми веками свидетельствовали, что он находится на грани изнеможения и жизнь еле теплится в его теле.

– Лорд Иоватар? – робко позвала леди Тинатирэль Рубиновая.– Что с вами?

Тот не ответил. Его дыхание было таким слабым, что невозможно было сказать, слышит ли он ее голос.

– Лорд Иоватар? – почти закричала леди Тинатирэль.– Вы живы?

Замыкавшая Круг Соединения Видящая вскочила и бросилась к лорду, кладя обе руки ему на грудь. Ее пальцы окутало легкое белое облачко, она крепко зажмурилась и зашептала слова исцеляющего заговора. Сияние стало таким сильным, что сидевшие справа и слева от больного леди Тинатирэль Рубиновая и лорд Эритар Жемчужный зажмурились. И только девочка, чье кресло находилось напротив и от которой было скрыто происходящее, с любопытством вытянула шею.

– Дядя? – позвала она.– Что случилось?

Единственным ребенком в Круге была старшая дочь покойной леди Ллиндарель юная Лашарель. Лорду Шандиару пришлось отправить дочь в Орден Видящих вместе с ее дядей, ибо дело не терпело отлагательств. Трое участников не могли должным образом замкнуть Круг Соединения и сосредоточиться на поисках, вот и пришлось рискнуть.

Видящая выпрямилась минуту спустя. Сияние ее рук померкло, глаза тоже потухли и казались глубокими провалами на как-то сразу постаревшем лице.