Путь вечной ночи: пробуждение (СИ) - Малыгин Дмитрий

Приблизившись к домику, Селестия поставила на ноги Кассию и подняла свой взгляд к учителю, что стояла перед входом в деревянную избушку. На лице Майи была строгость, но Селестия видела в глазах учителя мягкость и радость, а также гордость за своих учениц.

- Учитель, мы закончили миссию!

Радостно произнесла Селестия.

- Молодцы! А теперь проходите в дом, поешьте и согрейтесь!

Селестия приподняла свой взгляд на домик и попыталась разглядеть его. Это была деревянная избушка, которой обычно пользовались охотники во время походов на дальние расстояния или когда ситуация заставляла их задерживаться здесь на долгое время. Сруб дома был двухэтажным, с острой крышей из металла. Из крыши торчала кирпичная труба с густым дымком, выступающим из неё.

Зайдя в дом, девушки ощутили нахлынувшее чувство тепла, пришедшее с теплым воздухом. А их носы поразил запах вкусной еды стоящей на столе. Желудок Кассии издал свирепый рык, намекая на пустоту в нем, и девушка с покрасневшим лицом посмотрела на учителя.

- Не бойся! Это все вам! Вы заслужили!

- Спасибо, учитель!

Кассия быстро заняла свободное место и принялась сметать все, что стоит на столе. Её лицо излучало удовольствие, ведь сухие пайки, которыми они питались в лесу, были холодными и невкусными, а еще они были нужны лишь для того, чтобы поддержать свою жизнеспособность, а не для того, чтобы набить желудок до отвала. Её рот быстро набился, и она едва прожевывала еду. Селестия показала милую улыбку, подумав про себя, что Кассия похожа на хомяка прячущего еду за щеками. Она села за стол и медленно в манере присущей её семье, стала есть мясной суп из оленины.

После крепкой трапезы Майя не напрягала девушек и ушла в спальню, которая находилась на втором этаже. Всего же там было четыре маленькие спальни. На первом этаже была гостиная и кухня. Девушки расселись у камина. Их разговор был тихим, а смех мило звучал как звон колокольчиков. Сидя рядом друг с другом они были похожи на неразлучных сестер. Ближе к глубокой ночи они поднялись в свою спальню и разлеглись на двухместной кровати. Несмотря на наличие камина, в доме все равно было прохладно. Девушки закутались с головой под ватным одеялом. Спустя какое-то время Кассия мило посапывала, высунув голову из-под одеяла. Её лицо, спокойное безмятежное, светилось от удовлетворения. После тяжелой недели она, наконец, спала в постели, и даже наличие холода ей не мешало. Пока рядом с ней есть хорошие друзья она будет спать беспробудным сном, зная, что никто не оставит её одну.

Селестия свернувшись клубком, словно милый маленький котенок, лежала под одеялом. Почувствовав, что Кассия спит она залезла рукой под пижаму и вытащила кулон на серебристой цепочке. В её руках он переливался янтарным светом, исходящим из глубины драгоценного камня. Селестия смотрела на камень, как вдруг её тело стало наполняться силой, а в глазах пробежала вспышка молний. Затем она снова спрятала камень, после чего её разум скрылся в её внутреннем мире. Он был похож на мир внутри Эрика – то же море души, то же черное небо. А в небе ярким светом горела туманность желтого цвета. Она была похожа на яркое облако с время от времени пробегающими разрядами молнии. Это был признак того, что Селестия достигла высоких показателей в использовании данной стихии, но она все еще была далека от кристаллизации, которая в будущем могла серьезно повысить силу молний.

Селестия с гордостью смотрела на небо, а в её уме пробегали различные мысли. Её очень волновал кулон, который она нашла сразу после отъезда из дома. Вместе с кулоном шла записка:

- Дорогая Селестия, пожалуйста, прими это сокровище. Оно пригодится тебе в твоем нелегком пути. Камень носит имя – сердце молнии и имеет способность увеличивать родство с этим элементом. Надеюсь, в будущем мы станем очень сильными, чтобы привести наши семьи к величию, миру и процветанию. С любовью твой милый Эйден!

Девушка не думала, что Эрик откажется от её семьи, но она не предполагала, что он может сделать подобный подарок. Тем более что он был очень дорогим и редким. Селестия не нашла даже упоминаний о подобном камне, что делало его цену просто невообразимой. Её источником были книги из библиотеки долины штормовых ветров. Но это была лишь обычная секция, а не запретная. Девушка считала, что загляни она в запретную секцию, то ответы будут найдены, но она боялась, что привлечет лишнее внимание, поэтому всегда скрывала это сокровище, даже её учитель ничего об этом не знала. Высокая цена на сокровище может спровоцировать жестокие последствия, но даже при таких опасениях, девушка была благодарна Эрику. Он дал ей шанс на достижение еще больших высот, чем раньше, когда у неё был только талант, и не было этого сокровища.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Взгляд Селестии поражал своей решимостью, когда она произнесла:

- Я стану сильной и тогда защищу наши семьи. Эйден, ты будешь гордиться мной, а твой взгляд больше не будет таким холодным как раньше.

Постепенно красивые глаза девушки стали закрываться, и она погрузилась в мир снов. Все её беспокойства канули в пучине небытия, оставив лишь милую мирно спящую Селестию.

Глава 86. Больница.

Несколько дней в больнице тянулись вечностью, только общение с Анной могло хоть как-то приукрасить серые будни Эрика. Когда он оказался в медицинском отделе, его состояние уже было стабильно хорошим, и он мог не проводить здесь много времени, но старейшины все же настояли на обязательном наблюдении. Поэтому юноша буквально застрял в небольшой комнатушке, где помимо него не было никого. Одиночество страшная вещь, но Анна оказалась очень добродушной девушкой и, несмотря на то, что ей также было положено обязательное наблюдение после тяжелого боя, она осталась рядом с Эриком. Её раны заживали гораздо медленнее, чем у юноши, так как он имел помощь Миры. Были здесь конечно и другие отличные возможности, например: тут хорошо кормили, в свободное время можно было спросить интересную книгу из местной библиотеки, а также скооперировавшись с соседями по этажу можно было зарубиться в настольные игры. Хотя многие мужчины, лежавшие в других комнатах, больше уделяли внимания симпатичным медсестричкам, заманчиво виляющим округлыми попками. Мужики томно провожали их взглядом, а некоторые даже пытались заигрывать с ними.

Этим утром Эрик проснулся довольно рано. Протерев слипшиеся от долгого сна глаза, юноша попытался встать, но тут же ощутил легкое давление, не позволяющее ему подняться. Приподняв голову, он увидел Анну, что сложив руки перед собой, мирно спала, положив голову на них. Её длинные блестящие волосы спадали на лицо, пряча заманчивую красотку. Эрик осторожно провел рукой, приподнимая волосы. Девушка была очень красива, её шелковистые волосы спадали с руки юноши прядями, словно мягкий поток свежей ароматно пахнущей воды. Эрик посмотрел на безмятежное лицо девушки, которое было необычайно красиво, словно произведение искусства, нарисованное руками бога. Как она прекрасна, когда так мило спит! – Анна будоражила мысли Эрика. Она была тем типом людей, которые очень нравились Эрику. Взрослая, практически одного возраста с ним, красивая, милая в общении, отзывчивая и надежная. Все, что нужно Эрику. Юноша коснулся рукой щеки девушки и осторожно погладил её. Кожа Анны была светлая на вид и нежная на ощупь, так и тянет ущипнуть её. Спустя пару минут Эрик все же решил разбудить её:

- Милая, просыпайся!

Голос юноши был нежным и тихим, как будто он был не другом, а мужем.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Анна была очень внимательной и, судя по всему, напор организации заставил её чувствовать большую ответственность по отношению к Эрику. Поэтому девушка присматривала за ним так, как будто Эрик был сильно болен. Даже юноша чувствовал слишком большое усердие девушки, но он ничего не говорил, ведь она была так добра к нему, что Эрик даже очень проникся к ней. Хоть это и не было чем-то по-настоящему серьезным, но ему не хотелось так просто отпускать красавицу. Он пользовался каждой свободной минуткой, чтобы покрасоваться или позаигрывать с ней и по её реакции можно было судить, что она не против.