Прах человеческий - Кристофер Руоккио

глупцов, этого шарлатана, – указал он на меня, – и его ручную жабу! Все корабли немедленно собьют!

– У нас нет времени пререкаться, – сказала Валка, сжав пальцы на моей руке.

– Знаю, – ответил я, положив ладонь поверх ее руки.

– Обеспечим поддержку с воздуха, – тряхнул головой Лориан. – Вызовем аквилариев, используем лихтеры, чтобы прикрыть транспорт.

– И оставим корабли уязвимыми для абордажа? – сказал Бартош, входя в круг света у голографа.

– На войне как на войне, – парировал Лориан, приближаясь к старшему офицеру.

– Не подходи, инмейн! – отшатнулся от интуса хитрый стратиг.

Я не помнил, когда в последний раз кто-либо отваживался так назвать Лориана в моем присутствии, и меня будто громом оглушило.

– Кто дал тебе право со мной спорить? – злился Бартош.

Лориан протянул руку, словно хотел дотронуться до стратига. Бартош отскочил.

– Правильно, сэр. Держитесь подальше. Ваша трусость может быть заразна. Я тоже был на Беренике. Это я подчищал за вами дерьмо, не забыли? – сказал Лориан.

Меня восхитило, как ловко он обратил отвращение Бартоша против него самого. У него был хороший учитель.

– Марло, кто это? – заглушил лориановские остроты голос императора.

– Последний выживший из моего отряда, ваше величество, – ответил я и, опасаясь новой выходки Бартоша, добавил: – И мой кутильер.

Лориан резко повернул ко мне голову, но промолчал. Он не давал клятвы служить лично мне или дому Марло. Он был обычным офицером под моим командованием. Я солгал, но эта ложь, возможно, спасла ему жизнь.

– Он интус, – произнес император, как будто Лориана рядом не было.

– Он блестящий офицер, – ответил я, напрягшись, и устремил взгляд над плечом императора.

– Его следует наказать, – фыркнул Бартош.

На миг зажмурив и вновь открыв глаза, я посмотрел на стратига:

– Сэр, если вам не нравится мой кутильер, я с радостью отвечу на ваши претензии. Увы, у меня нет меча, но, быть может, кто-нибудь одолжит мне свой.

Он побледнел.

Трус.

– Стратиг, я тоже был на Беренике, – сказал я. – Возможно, вы помните?

Я приказал снять Бартоша с командования и уложить в фугу, чтобы он ненароком не покончил с собой от страха и стыда.

Леонид Бартош промолчал.

– Ваше величество, – повернулся я к императору, – если вы не хотите лететь с нами, то хотя бы позвольте моему подчиненному воспользоваться телеграфом.

Глава 36

Вайядан

– Лин сообщает, что корабли держатся, – сказал Лориан, заглядывая в пусковую шахту с бронированной дверью в сотнях футов над головой. – Джаддианцы атаковали корабли-миры за дальней луной. Группа Лина разбила флотилию, стоявшую на якоре над городом. Теперь гоняют остатки вокруг планеты.

Я остановился отдышаться с надеждой на свежий воздух. Тщетно. Воздух в шахте был спертым, как в склепе, и влажным от пота и дыхания рабочих, готовивших к вылету корабль. Это было лишь первое судно из девятисот с лишним, застывших в подземельях Перфугиума в ожидании запуска.

– Сколько еще смогут выдержать? – спросил я.

– Достаточно, – ответил миниатюрный коммандер. – По крайней мере, Лину опасность грозит только несколько минут в течение каждого витка. Они с Бледными летают навстречу друг другу и вяло перестреливаются. – Он весьма неуклюже описал пальцами круги, иллюстрируя свои слова. – Выдержат.

Его голос звучал так, будто он хочет убедить в этом самого себя.

– Готово! – крикнули сзади, и мне пришлось оттащить Лориана в сторону, чтобы пропустить двух рабочих с топливным шлангом.

– Как ты? – спросил я, заметив, что коммандер поморщился, когда я тронул его за больное плечо.

– Заживет, – ответил он, но не слишком убедительно, присев на первой тонкой металлической ступеньке на стене пусковой шахты. – Бывало хуже.

Он потер плечо.

– Не создан я для беготни, как простой пехотинец, – произнес он с привычной иронией и повернулся к покатой стене шахты.

Давным-давно строители проделали тоннель в живой горной породе под весьма крутым углом. Тоннель был вдвое шире трамвайного, а в длину достигал почти тысячи футов. По дну шли рельсы, позволявшие шаттлу получить дополнительное ускорение и вылететь по касательной относительно наклона горизонта. У меня до сих пор не укладывалось в голове, что под столицей были сотни таких шахт, скрытых под холмами и горными грядами, возвышавшимися над хмурым Ресонно. Пришлось напомнить себе, что Ресонно специально построили ради этих катакомб, ради завоевания Центавра. Этот город был колониальной машиной, непрерывно отправлял к новым планетам замороженных мужчин и женщин, а взамен получал новых сервов, подписавших контракты на новую жизнь.

Вдали загремел гром.

– Опять бомбят, – произнес Лориан, поднимая глаза, как будто рассчитывал увидеть сквозь потолок и землю. – Райнхарт послал людей укрепить вход на ипподром. Говорит, сьельсины разбирают завал. Хочет наглухо заварить проход.

– Не получится, – мрачно ответил я. – Не успеет.

– Может, и успеет, – возразил Лориан. – Пилотов выводят из фуги. Только представьте: просыпаешься утром, а у тебя за спиной сам кесарь Вильгельм стоит.

Я невольно вздернул брови.

– Жаль, что нельзя просто пульнуть в него из станнера и погрузить на «Ашкелон».

– Ха! – улыбнулся Лориан. – Если бы мне давали хурасам всякий раз, когда Корво или доктор говорили это про вас, я бы уже мог купить дворец в Джадде и завести гарем. – Его улыбка померкла. – Да я бы весь Джадд купил!

Мне было не смешно, и я отвернулся, в десятитысячный раз проверив наручный терминал.

– Уже девять часов.

Лориан с болезненной гримасой закинул одну ногу на другую и принялся массировать икру.

– Ничего не поделаешь. Ждем. – Он резко простонал. – Кстати, вы пропускаете самое интересное.

– А происходит что-то интересное?

Коммандер стиснул губы.

– Это небольшое… представление станет отличным отвлекающим маневром, чтобы мы могли доставить императора в безопасное место, – ответил он.

Я удивленно моргнул, не понимая, о чем речь.

– Мы можем унести ноги, пока Бледные заняты транспортом с беженцами.

– Только при Валке такого не говори, – сказал я, и мое сердце словно схватила холодная липкая рука.

– Ну нет, мне еще пожить хочется.

– Уверен? – ухмыльнулся я.

Мы наблюдали, как техники подсоединяют топливный шланг к шаттлу. Один подал сигнал коллеге у дверей. Ненадолго мы с Лорианом остались одни в тесной шахте.

– О чем ты думал, возражая Бартошу? – спросил я.

Лориан на миг взглянул мне в глаза; его бесцветные глаза блестели на бледном бескровном лице. Он тяжело вздохнул.

– Видимо, я должен сказать вам спасибо.

– Не стоит, – ответил я. – Просто будь осторожен. Кроме вас с Валкой, у меня никого не осталось. – Я отвернулся, чтобы рассмотреть угловатый, некрасивый транспортный шаттл. – Не рискуй так, не пререкайся со стратигами перед императором.

– Вы пререкаетсь.

– Ты не я, – сказал я и снова посмотрел на коммандера.

– Знаю, – ответил Лориан, – но они… просто теряли