Рассадник добра - Светлана Дмитриева

— Ну и что? — недоуменно спросил Вий. — Это же книжка, ничего больше.

— Это великая книга магических знаний! — торжественно поведала ему Машка.

— Это она сама тебе так сказала? — поинтересовался Вий, усмехнувшись удивительно глумливо.

— Конечно! — подтвердила Машка, вызывающе вздернув подбородок.

Пусть умоется! Она, Машка, не хуже него знает, что настоящая магическая книга обязательно должна уметь разговаривать. История с волшебным амулетом убедила ее в том, что никогда нельзя безоглядно доверять продавцам, даже если они — настоящие маги. А главное, всегда нужно требовать полную инструкцию по пользованию амулетом или заклинанием. С этой точки зрения ничто не могло быть лучше натуральной магической книжки, которая сама о себе все расскажет и даст совет, как лучше воспользоваться помещенными в нее заклинаниями.

Но похабное выражение превосходства почему-то с лица ее собеседника не сошло. Он протянул руку и брезгливо, двумя пальцами приподнял обложку книги.

— Ох, что такое?! — возмутилась та. — Я же велела меня не беспокоить!

— Так я и думал, — пробормотал эльф, пробежавшись по нескольким страницам невнимательным взглядом.

— Мне щекотно! — капризно сказала книга.

Вий закрыл ее. Глаз на обложке моргнул, подвигался из стороны в сторону...

— Ох, господин Высокий светлый... — залебезила книга. — Даже и не думала, что могу стать подарком такому понимающему существу. Право же, очень приятно.

— Вот ты мне скажи, — не обращая никакого внимания на книжкины вопли, продолжил Вий разговор с Машкой, — кто тебя учил верить всему, что тебе говорят, и покупать все, про что тебе скажут, что это хорошо?

— Но ведь это же книга сказала... — пробормотала она.

— А если я тебе скажу, что я властелин мира, ты мне поверишь? — ехидно спросил Вий.

— Нет, конечно, я не такая дура! — фыркнула Машка.

— Тогда почему ты веришь какой-то дурацкой книжке, которая говорит, что она книга магических знаний? — поинтересовался эльф. — Чем то, что говорю я, отличается от того, что говорит книга?

— То есть ты хочешь сказать, что все книги умеют говорить? — не поверила ему Машка.

— Не все. Только зачарованные. От этого что-то меняется? От того, что печатник потратил пару лошиков и украсил обложку глазом и ротом, сборник глупых шуток еще не становится книгой заклинаний, по которой стоит учиться магии.

— То есть я купила сборник анекдотов? — пораженно спросила Машка, обвиняюще глядя на покрасневшую обложку книги.

— Ладно, не расстраивайся и не злись на нее, — примирительно сказал Вий. — Это же не ее вина, что любой печатник считает, что книга должна сама себя продавать.

— Где-то я это уже слышала, — пробурчала Машка. — Неудивительно, что сия концепция никогда мне не нравилась. Видимо, это было предчувствие.

— Не выдумывай, — оборвал ее Вий. — Нет у тебя никаких предчувствий. И почему тебя тянет на все магическое? Ты что, жить без этой магии не можешь, да?

— Не могу, — согласилась Машка. — Это же ужасно обидно — попасть в мир, где все буквально сочится магией, и не суметь эту магию подчинить себе!

— Вот в этом и заключается глобальное отличие людей от нормальных существ: подчинить, заставить... Что за извращенная психология? Неужели нельзя просто жить? — Вий вздохнул. — Ладно, я подумаю. Кстати, ты эту книжку читать не будешь?

— А зачем она мне, раз она не настоящая книга заклинаний? — расстроенно протянула Машка.

— Тогда я ее пока себе заберу, — решил эльф. — Почитаю вечерком. Говорят, полезно читать перед сном смешное — цвет лица улучшается.

Машка ничего подобного раньше не слышала, однако на всякий случай кивнула. Черт их разберет, этих эльфов. Может, у них и в самом деле иная природа и анекдоты читать дюже полезно.

Пиная с досады подворачивающиеся сорняки, заполонившие все пространство между деревьями и дорожками, Машка уныло поплелась к домику прислуги. За последнее время он стал ей почти родным. Под ее кроватью валялись грязные вязаные носки, которые она уже неделю собиралась постирать — совсем как дома. Клок эльфийских волос, похоже, был единственным препятствием на пути бесконтрольного размножения вампиров в комнате, потому как часто убираться Машке в последнее время было лень. Ничто не радовало ее. Мечта, в осуществлении которой она была еще недавно так уверена, похоже, рассыпалась в пыль, и это казалось ужасно обидным. Ну чем она хуже всех этих многократно описанных в литературе магов-вундеркиндов, гениев-путешественников и прочих поклонников обучения этому искусству экстерном? У нее есть все: происхождение из иного мира, приятели-эльфы, учитель-маг, правда, не проявляющий особого энтузиазма. И даже общительный дракон, не пожелавший ее сожрать, ей уже повстречался. А магической силы как не было, так и нет.

Ночью ее разбудил настойчивый стук в окно. Так нагло может стучать посреди ночи только очень хороший друг или — не приведи господи — потерявший ключи от квартиры родитель. Машка знала, о чем рассуждает. Мать часто геряла ключи и будила ее полночной барабанной дробью, благо высота окон вполне позволяла провести подобную операцию. Обитание на первом этаже имело свои, довольно заметные, минусы. Однажды в окно постучал пьяный дворник. Дело было ранним утром. Солнце еще не встало, было сыро и во дворе стоял туман. Дворник, злой, промокший и лохматый, хотел домой, но ошибся окном, страшно Машку перепугав. К счастью, сегодня это оказался вовсе не он.

— Ну?.. — сонно спросила Машка.

— Это я! — немедленно отозвался Май.

Машка хмыкнула, вспомнив бессмертное «я бывают разные», но с кровати поднялась и окно открыла. Все равно не отстанет, раз уж пришел. Эльфы, они такие.

— И чего ты добиваешься, стоя ночью у приличной девушки под окном? — недовольно осведомилась она.

— Вылезай, — позвал Май, почти неразличимый в темноте на фоне черных кустов. Только белки его глаз ярко блестели.

— Так ночь же! — праведно возмутилась Машка. Ну да, как будто он сам не знает!

— Правильно, — согласился Май. — Все самое интересное всегда происходит именно ночью, когда большинство глупцов спит. Давай вылезай.

Печально вздохнув, Машка решила, что ныть бесполезно, да и врожденное любопытство уже начало грызть ее. Накинув на плечи толстый серый платок и облачившись в грубые штаны, она вылезла в окно. Трава была мокрой, жесткой и холодной.

— Брр! — вздрогнула Машка. — Вылезла называется. Ну и зачем ты меня разбудил? Мне, между прочим, завтра работать вставать — в отличие от некоторых.

— Цени! — Май внушительно выставил вперед средний палец. — Я собираюсь посвятить тебя в древнюю эльфийскую тайну.