РККА: роковые ошибки в строительстве армии. 1917-1937 - Андрей Анатольевич Смирнов

бойца. Контроль за этим, указывалось, например, в одной из сводок политотдела 96-й стрелковой дивизии КВО за март 1936 г., зачастую «перепоручается младшему командиру, который не всегда имеет достаточной помощи со стороны среднего командира»279. По крайней мере, в ОКДВА так было повсюду: требовательность комсостава к внешнему виду подчиненных, констатировалось в приказе В.К. Блюхера об итогах зимнего периода обучения 1936/37 учебного года, по-прежнему недостаточная и, главное, не постоянная…

Невнимание комсостава и младшего комсостава к поддержанию твердого внутреннего порядка лучше всего устанавливается по документам того из трех самых крупных военных округов, от которого сохранились аналитические материалы, подготовленные «для внутреннего пользования» – ОКДВА:

– в 35-й стрелковой дивизии внутренний порядок «поставлен плохо», а в частях Спасского гарнизона (то есть 21-й стрелковой дивизии, только. – А.С.) удовлетворительно280 (результаты проверок, проведенных штабом ОКДВА в январе 1936 г.);

– штабы батальонов и полков и командиры частей и подразделений не осуществляют постоянный контроль за внутренним порядком, «подтянутость и строевая выправка суточного наряда недостаточны, а знание своих обязанностей им нечеткое», вследствие этого, а также «плохой в этом отношении требовательности со стороны командного состава, внутренние порядок и служба в частях армии находятся на неудовлетворительном уровне» (так, в 6-м отдельном Хабаровском стрелковом полку 6 марта 1937 г. часть личного состава суточного наряда не просто опоздала на развод, а «подтягивалась» в течение всего времени, пока проводился этот последний), «выполнение отдельных распоряжений недостаточно четкое»281 (доклад-справка «по анализу главнейших результатов боевой подготовки» ОКДВА за декабрь 36-го – март 37-го от 26 марта 1937 г.);

– «в большинстве войсковых частей армии» внутренний порядок «продолжает оставаться неудовлетворительным»; в частности, в 34-й, 35-й, 59-й, 66-й и 69-й стрелковых дивизиях, 2-й мехбригаде и 6-м отдельном Хабаровском стрелковом полку «система внутреннего распорядка» «не воспитывает» в бойце и младшем командире «расторопности и четкости в отдаче и исполнении распоряжений и приказаний282 (отчет штаба ОКДВА от 18 мая 1937 г.).

Красноречива, впрочем, и случайная выборка документов, освещающих состояние внутреннего порядка в войсках БВО:

– «внутренний порядок недостаточно налажен» (доклад помощника начальника 3-го отделения 2-го отдела Штаба РККА И.П. Хорикова об итогах инспектирования им 11–17 сентября 1935 г. 43-й стрелковой дивизии);

– «внутренний порядок – одно безобразие»; «внутренний порядок стал никудышным» (выступления комдива-33 Ф.А. Толкачева и еще одного командира на партсобрании 99-го Оренбургского стрелкового полка 33-й стрелковой дивизии 28 ноября 1935 г.);

– состояние внутренней службы «еще желает много лучшего» (политдонесение помощника командира 5-го артиллерийского полка 5-й стрелковой дивизии по политической части батальонного комиссара Маслова, осень 1936 г.);

– «нет твердого внутреннего порядка», после команды «подъем» некоторые бойцы продолжают спать (приказ по 23-му стрелковому корпусу № 022 от 16 декабря 1936 г. об итогах проверки хода боевой подготовки 52-го артиллерийского полка 52-й стрелковой дивизии);

– «нет твердого войскового внутреннего распорядка»: утренний подъем проходит медленно, неорганизованно (приказ по 23-му стрелковому корпусу № 013 от 28 февраля 1937 г. об итогах проверки хода боевой подготовки 110-го стрелкового полка 37-й стрелковой дивизии)283.

Что это не «отдельные случаи», доказывает и знакомство с источниками, которые сохранились в комплекте – приказами по 109-му стрелковому полку 37-й стрелковой дивизии БВО за 1935-й и первую половину 1937 г. На протяжении полутора лет эти приказы рисовали одну и ту же картину:

– внутренний порядок плох: порядка в помещениях нет, внутренний наряд с развода уходит без строя, врассыпную и т. д.; «всех дефектов не перечислить, нет возможности»284 (приказ № 144, ноябрь 1935 г.);

– внутреннего порядка нет; в 5-й стрелковой роте не производится вечерняя поверка (приказ № 2 от 15 января 1937 г.);

– «нет должной требовательности и личного примера» младшего и среднего комсостава во внутренней службе, налицо «слабое отношение» к налаживанию внутреннего порядка, «особенно со стороны старшин» и других младших командиров – а в итоге неналаженность внутреннего порядка и [что и требовалось доказать. – А.С.] рост дисциплинарных проступков285 (приказ № 55 от 2 апреля 1937 г.);

– младшие командиры по-прежнему по сигналу «повестка» не поднимаются и не руководят подъемом бойцов (приказ № 77 от 17 мая 1937 г.).

Вообще, младший комсостав «предрепрессионной» РККА постоянно манкировал обязанностями по поддержанию внутреннего порядка. Так, известно, что утренним подъемом он не руководил и в 131-м стрелковом полку «ударной» 44-й стрелковой дивизии КВО в декабре 1936 г. и в 3-м дивизионе 26-го артиллерийского полка 26-й стрелковой дивизии ОКДВА в сентябре 1936-го (а в большинстве других проверенных тогда частей Ворошиловского гарнизона – из состава 26-й дивизии и 2-й мехбригады – руководил слабо). В том же 3-м дивизионе 26-го артполка младшие командиры не следили и за поддержанием чистоты в казармах, однообразием заправки коек и аккуратностью укладки бойцами снятого на ночь обмундирования. Еще дальше в своем нежелании дисциплинировать бойцов зашли они в 15-м артиллерийском полку 15-й стрелковой дивизии КВО. В начале 1937 г. и помощники командиров взводов и даже старшины батарей позволяли там бойцам следовать в столовую не в строю, а вразброд; в полковой школе курсанты выходили на зарядку не через 4–5, а через 10–15 минут после команды «подъем» (в одном из взводов даже через полчаса!) – а младший комсостав лишь спокойно комментировал: это потому, что «можно [sic! – А.С.] выйти на зарядку позже», чтобы не стоять потом в очереди у умывальника286… То, что не во всех взводах школы проводился утренний осмотр, понятно само собой.

Кстати, о том, что внутренний порядок в «предрепрессионные» годы был неудовлетворительным и в частях КВО, можно судить не только по фактам, приведенным в предыдущем абзаце, но и по тем, процитированным нами выше, характеристикам младшего комсостава, которые были даны в начале 1936 г. начальниками политотделов 7-й и 95-й стрелковых дивизий. О каком поддержании внутреннего порядка могла идти речь, если младший командир вместо приказаний занимался уговорами?

В сохранившихся документах «предрепрессионных» КВО, БВО и ОКДВА мы нашли лишь одно свидетельство о том, что комсостав в дисциплинарном отношении был «к красноармейцам требователен» – в докладе помощника начальника 3-го отделения 1-го отдела штаба ОКДВА майора С.С. Зайковского об итогах проверки им 8—11 августа 1936 г. 196-го стрелкового полка 66-й стрелковой дивизии (дисциплину, строевую выучку и внешний вид бойцов Зайковский тоже оценил на «хорошо») 287. И то, как мы видели выше, уже весной 37-го в 66-й дивизии комсостав не предъявлял должных требований ни к строевой выучке, ни к внешнему виду, ни к соблюдению внутреннего порядка…

Та же картина должна была быть и в других округах; процитируем лишь три документа, попавшихся нам на глаза при поиске материалов по КВО, БВО и ОКДВА в фонде Управления боевой подготовки РККА (УБП РККА) в РГВА.

«[…] До сих пор, – напоминал 2 февраля 1936 г. подчиненным командир 1-го стрелкового корпуса