Когда боги спали - Аллан Коул

В ярости король демонов уставил взор на западную колонну. Он ощутил присутствие там своего могущественного врага — Тимура!

Манасия взвизгнул в гневе и сотворил заклинание.

Сафар был готов.

Он ощутил давление воздуха, несущего заклинание, и выкрикнул:

— Приди, Призрачная мать! Приди!

Манасия выкрикнул проклятие, почувствовав, что заклинание блокировано.

Заклинание метнулось назад, и он едва успел воспользоваться щитом для его отражения. Магический щит осыпало волной горячих капель чародейства.

Не успел он прийти в себя и приготовиться к нанесению следующего удара, как послышался могучий ужасающий рев, и из ничего на него набросилась огромная львица.

Манасия схватился с ней, ощутив смертельный холод ее тела. Он отбросил ее в сторону, львица перевернулась и вскочила на лапы.

Только тут Манасия понял, что сражается с призраком. Сквозь тело твари можно было глядеть, а когда она заревела, звук разнесся нереальный, отдаленный.

Львица вновь бросилась в атаку, а Манасия лихорадочно стал рыться в своем мешке с магическими атрибутами.

За мгновение до того, как мощная лапа нанесла удар, Манасия успел сотворить заклинание.

Львица исчезла, вернувшись в свой призрачный мир.

Манасия обессиленно откинулся на подушки.

Ирадж развернул скакуна навстречу лавине демонов, в спину которым светила Демонская луна.

Они вливались потоком в проход между колоннами, но не столь плотной массой, как хотелось бы Ираджу. Он взмахнул рукой, и пращники открыли огонь, поражая фланги колонны демонов. В ту же минуту вперед бросилась кавалерия, вслед которой бежали пехотинцы.

Град тяжелых снарядов обрушился на демонов, поражая и увеча их во множестве. И град этот не прекращался.

С запада и с востока на демонов бросилась кавалерия людей, затевая смертельный танец с налетом на фланги и быстрым отскоком, не дающим демонам сблизиться с врагом. Сразу же вслед за кавалерией удар нанесла пехота, залпом выпустившая тяжелые дротики. Затем с топорами, выхваченными из-за поясов, они бросились в битву.

Колонна демонов постепенно сжималась все больше и больше, сбиваясь в такую плотную кучу, что люди уже без труда уничтожали врага, зажатого между утесами.

Ирадж убил столь многих, что у него устала рука. А затем сломалась и сабля, и он вырвал топор из рук павшего солдата.

Он увидел, как Лука, отделившись от охраны, отчаянно отбивается от трех всадников. И с холодным восхищением Протарус наблюдал, как пали три человека, а Лука успел вернуться в ряды демонов.

Ирадж продолжил бойню, в ярости сокрушая порядки демонов. Но постепенно ход битвы изменился. Численное преимущество демонов стало сказываться.

Ирадж и его люди начали откатываться, подпадая под удары молота демонской силы.

Он понял, что вскоре его войско дрогнет. И тогда конец его армии, конец мечтам и скорее всего конец жизни.

Он улучил момент и бросил взгляд на западный утес.

«Ну давай же, Сафар, — подумал он. — Давай!»

Сафар готовил Великую Иллюзию.

Другого магического оружия у него в запасе не оставалось.

У него не было времени на то, чтобы восхититься работой отца. Он сотворил заклинание и отправил флот в полет.

Лука был близок к осуществлению своих боевых замыслов. Отряд его пробился-таки между скал и теперь разворачивался, получая больше пространства для использования оружия против людей.

Лука уже ощущал, как враг слабеет. Еще одно усилие, и победа за ним.

И тут, заглушая звуки битвы, его воины вдруг о чем-то заговорили. Затем все разом вытаращили глаза и встревоженно завопили. Лука увидел, как некоторые демоны изумленно вытягивали лапы к залитому красным цветом небу.

Он посмотрел вверх и изо всех сил постарался сдержаться, чтобы не раскрыть рот.

К месту битвы неслись воздушные военные корабли. Лука еще никогда не видел столь странных кораблей, боевых судов, подвешенных под воздушными шарами. Борта каждого ощетинились бойцами с копьями. Наконечники сверкали. Лука не мог определить размеры. Суда казались маленькими, и Лука решил, что они находятся на значительной высоте. Но уж коли на таком судне находилось около сотни воинов, то, наверное, размеры у кораблей были более чем приличные.

Но вот корабли оказались над полем битвы, и воины швырнули копья в ряды демонов. Копья увеличивались на глазах, вырастая до размеров целого демона.

Они обрушивались, как молнии, наконечники взрывались, образуя огромную пелену пламени.

Ударила следующая волна копий. И еще одна. В шеренгах демонов образовывались зияющие пустоты. Воздух наполнился громом и запахом серы.

И тут армия демонов потеряла самообладание.

Лука ощутил, как огонь покидает кровь его воинов, ощутил острый запах их страха.

Они повернулись и побежали. Сначала ручейками, а затем потоком, а потом уж и рекой. Демоны бросали оружие, срывали доспехи и сбивали с ног товарищей, лишь бы скрыться от ужаса.

Лука скакал вместе с ними, пришпоривая скакуна. Но бежал он не от страха, хотя и достаточно был напуган. Он старался успокаивающими криками и приказами навести порядок, хотя бы в отступлении.

Позади с грохотом падали летающие корабли.

Несколько часов ушло на то, чтобы Манасия навел хоть какой-то порядок. И в результате остановил войска и заставил их возвести укрепленный лагерь. Позади Протарус также встал лагерем.

— Битва еще не окончена, — подбадривал себя Манасия, расхаживая в командирском шатре и пинками разгоняя попадающихся на пути рабов. — Он вряд ли еще раз решится выступить против меня. Я сотру его в порошок!

Ирадж тоже расхаживал в палатке, но размеренно и спокойно.

— Надеюсь, нам больше не придется с ним сражаться, — сказал он Сафару. — Иначе он выберет открытую местность и вряд ли еще раз купится на наши трюки.

— Хорошо хоть с этими трюками повезло, — сказал Сафар.

Ирадж остановился, подумал и кивнул.

— Да, — сказал он. — Следует признать, что нам подфартило.

— Ему просто повезло, вот и все, — сказал Манасия голосом, дрожащим от гнева. — Более того, помощь ему оказали трусы в моем собственном дворе.

Лука похолодел.

— На что вы намекаете, ваше величество? — спросил он, не скрывая злости.

Манасия повернулся к нему.

— Я ни на что не намекаю, — ответил он. — И без намеков ясно, что мой сын трус, командующий шайкой трусливых демонов.

— А! — сказал Лука, словно сделав только что великое открытие. — Так вы во всем собираетесь обвинить меня, не так ли?

— Ты опозорил меня, — сказал Манасия. — И я не собираюсь покрывать этот позор. Порок должен быть наказан в корне, независимо от того, что он скрывается в моем сыне и наследнике.