Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 - Кира Алиевна Измайлова

рукой сняло. Студент подскочил как ошпаренный, ощупал свое пузатое сокровище, убедился, что оно совершенно цело, и с явным облегчением перевел дух. Потом перевел взгляд на меня.

– Вы кто? – удивленно спросил он. – Если за деньгами, так мы ж за месяц вперед заплатили. Или это в прошлый раз было?..

– Я не за деньгами, – успокоила я его. – Я ищу здесь кое-кого.

– А, ну тогда вы по адресу! – обрадовался парень, поднялся на ноги, аккуратно пристроил свою бутыль на клумбе и отвесил мне вполне галантный поклон. – Ганнис Вайш к вашим услугам, госпожа… э-э-э?

– Нарен, – ответила я и с удовлетворением отметила, что эта фамилия ни о чем студенту не говорит. Вот и славно…

– Госпожа Нарен, стало быть… – кивнул Ганнис. – А кого ищете и зачем? Дочку вашу изобидели или еще что?

– Скорее еще что, – невольно усмехнулась я. – Вот что, господин Вайш, не пройти ли нам куда-нибудь в более уютное место?

– И то правда, – согласился студент и ловко подхватил бутыль под мышку. – Пойдемте в дом. Там, правда, разруха и вообще свинарник, зато тепло. Так что ежели вас не смущают тараканы, то милости прошу!

– Лауринь, идемте, – скомандовала я.

– Лошадок тут привяжите, – посоветовал Ганнис. – Никто не возьмет, здесь наша территория. Так что все знают: если у нас что сопрут – найдем и руки поотшибаем…

Тараканы в студенческом жилье и в самом деле чувствовали себя вольготно. Парочка рыжих великанов примостилась прямо на столе, задумчиво шевеля усами и обсуждая, видимо, незваных гостей. Ганнис привычно смахнул усачей на пол, водрузил на стол свою заветную бутыль и галантно предложил мне единственное в комнатушке сиденье – колченогую табуретку. На табуретку, похоже, когда-то что-то пролили, но я к таким мелочам отношусь философски, тем более что пролитое давно высохло. Сам Ганнис устроился на низкой лежанке, покрытой почему-то лошадиной попоной, а Лауриню указал на стопку толстенных книг, прикрытую кокетливой вязаной салфеточкой. Лауринь, впрочем, шаткой конструкцией не прельстился, заявив, что лучше постоит.

– Я тут вроде старосты, в этом доме, – пояснил Ганнис, витиевато извинившись за отсутствие угощения. – Так что у меня отдельные апартаменты, без жильцов, если не считать тараканов.

– Что же вы, господин Вайш, в клумбе-то тогда спите? – иронически попеняла я.

– Ума не приложу, как такое получилось, госпожа Нарен, – развел руками Ганнис. – Помню, что домой шел, да, видать, не дошел. Главное, самое важное не разбил…

– Что у вас там? – поинтересовалась я из любопытства. – Орта?

– Да что вы, какая орта! – возмутился Ганнис. – Горючая жидкость! Наши химики попросили раздобыть, я и добыл, и даже донес. Хорошо, не разбил по дороге, а то пожар бы устроил.

Я отметила про себя, что, если приречные кварталы выгорят дотла, я буду знать, кто в этом виноват, и сказала:

– Давайте ближе к делу, господин Вайш.

– Давайте, – радостно согласился Ганнис. – Только прошу вас, без «господина», а то я себя как на экзамене чувствую! Вы вроде сказали, будто ищете кого-то? Что он натворил?

– Не гоните коней, Ганнис, – попросила я. – По порядку. Вы, значит, староста в этом доме?

– В этом раньше был, – кивнул он, – а теперь и за двумя другими присматриваю, потому как тамошние старосты наш бренный мир не так давно покинули, а новых выбрать все недосуг.

– Умерли во время эпидемии? – подняла я брови.

– Ага, – кивнул Ганнис. – Денег на лекарей и магов-медиков у нас нет, так что народу перемерло прилично. Зато теперь хоть не по очереди спать можно.

Лауринь возмущенно фыркнул.

– С другой стороны, – невозмутимо продолжал Ганнис, – и платить тоже некому, так что будем новых жильцов искать.

– С этим ясно, – кивнула я. – Стало быть, вы всех здешних обитателей знаете?

– Да, пожалуй, всех, – ответил Ганнис, подумав. – Из наших-то домов всех если не по именам, так хоть в лицо узнаю, да и соседи примелькались.

– А не появлялось ли среди них незадолго до начала эпидемии новеньких? – поинтересовалась я.

– Что-то вы, госпожа, уж очень много вопросов задаете, – прищурился вдруг Ганнис. – Прям как будто из сыскного отделения…

– Почти угадали, – холодно ответила я. – Однако чести служить в сыскном отделении не имею. Считайте меня частным сыщиком.

– Ага… – Ганнис призадумался. – А частных сыщиков обычно нанимают люди не бедные… А у нас за жилье не уплачено…

– Я хорошо плачу за информацию, – произнесла я. – Но я подчеркиваю – за информацию, а не за пустую болтовню.

– Тогда, считайте, договорились, – хмыкнул Ганнис.

– И своего сдадите? – приподняла я брови.

– Если это такой дурак, что влип в какие-то темные делишки и остальных за собой утянуть может, – сдам, – сердито ответил Ганнис. – Спрашивайте уже, что время-то тянуть.

– Хорошо. – Я помолчала. – Итак, для начала расскажите мне: в здешнем квартале люди начали заболевать до того, как объявили об эпидемии, или после?

– Да разве теперь упомнишь… – почесал в затылке Ганнис. – Тут, у реки, сыро, холодно, все время кто-нибудь соплями двигает. Да и потом… – Он принял смущенный вид. – За всеми не углядишь, кто у себя сидит, кто в кутузке, кто по городу бегает, кто пьяный дебоширит… Но вообще-то… Скорее все-таки до карантина. Точно! – Ганнис вдруг подпрыгнул на своей лежанке, так что вторая стопка книг, находившаяся в опасной близости от его башмака, опасно закачалась. – Вспомнил! Тут неподалеку пекарня одна есть, а у пекаря дочка маленькая. Так мамаша ее, помню, приходила к нашим лекарям чего-нито от простуды попросить, говорила, простудилась девчонка. Наши-то по доброте душевной сходили посмотреть, микстуру какую-то приготовили… Не помогло, правда. А после этого кто-то из лекарей слег, точно. – Он поскреб в затылке. – А вообще это бы хорошо у девчонок наших спросить. Они у нас не пьянствуют особенно, должны лучше помнить, что к чему. Погодите-ка…

Ганнис выскочил из комнаты и через несколько минут вернулся с худой бледной девицей, закутанной в огромную серую шаль, отчего девица сильно смахивала на платяную моль. Некоторое время ушло на то, чтобы втолковать ей суть дела, потом девица напряглась и по некотором раздумье подтвердила слова Ганниса:

– Не знаю уж, у дочки пекаря наши заразились или нет, но только трое из лекарей слегли сразу. Да ты сам-то вспомни, – обернулась она к Ганнису. – Жайс-Репейник, Яника и дружок ее, Вит. Все втроем и убрались, чем их только ни пичкали. А про эпидемию мы уже потом узнали. Так что, – повернулась она ко мне, – выходит, это с нас зараза пошла?

– Может быть, с вас, может, и нет, – задумчиво ответила я, отметив про себя, что молеобразная девица далеко не глупа. – Ганнис, вернемся к самому первому моему вопросу: никаких новичков не появлялось в