Игра воровки - Джульет МакКенна

– Конечно, мастер Очага. – Он протянул мне тонкую руку. – Увидимся позже.

«Не увидимся, если успею заметить тебя первой, грубиян неотесанный», – мысленно ответила я, проталкиваясь мимо него.

Следуя за своим носом, я отправилась к камбузу, а затем нашла на палубе тихий уголок, чтобы съесть хлеб и мясо, выпрошенные у сговорчивого кока.

– А я уже начал беспокоиться, что они с тобой сделали.

Райшед появился из-за бочки и сел рядом со мной. Я протянула ему краюху.

– Я познакомилась с Планиром, но он слишком занят. Они пытаются потопить те острова, судя по тому, что я видела.

Райшед кивнул, жадно жуя, и передал мне оловянную кружку с элем. Я сделала большой глоток, прежде чем вспомнила, что не люблю пива.

– Похоже, у всех есть дело, кроме нас?

– По-моему, мы и так уже достаточно сделали, – натянуто усмехнулся Райшед.

Я выдавила полуулыбку.

– Кто-нибудь сказал, куда мы плывем?

– Корабль идет в Хадрумал, но, думаю, им придется еще где-то пристать к берегу, возможно, в Тормалине. Там я и сойду, – твердо сказал он.

– Ты возвращаешься домой? – Мне почему-то не хотелось расставаться с Райшедом. – Я думала, нас всех заставят торчать в Хадрумале, пока из нас не выжмут все до последней детали.

– На это может уйти полсезона. Нет, я не подчиняюсь приказам магов, даже Верховных. Мой первый долг – представить отчет мессиру Д'Олбриоту, а уж его писари могут сделать копию для Планира. – Райшед скорчил гримасу и забрал у меня эль. – А потом я должен поехать к семье Айта и рассказать, как он умер.

Мы посидели в молчании.

– А ты? – спросил Райшед спустя какое-то время. – Я бы хотел показать тебе Зьютесселу, да и мессир Д'Олбриот захочет вознаградить тебя.

– За что? – с любопытством спросила я, и тормалинец указал на мои руки.

– Это его кольца, те, с древом пламени на гербе. – Он взял мою руку и нежно повернул золотые ободки. – Они стоят найма принца.

Я засмеялась, сняла кольца и вручила ему.

– Кто бы мог подумать! Не знаю, Раш, у меня ведь тоже есть своя жизнь. Хэлис, наверное, думает, что я свалилась с края мира, и мы должны были встретиться с друзьями в Коле. Мне бы лучше всего отправиться в Релшаз. Если маги подбросят меня до Берега Пряностей, то дальше я бы поехала по Перечному Тракту.

Я зевнула, несмотря на бодрящий холод ветра.

– Но в Хадрумал я точно не хочу. Не хватало еще провести всю зиму с магами и учеными, выворачивающими мои мозги наизнанку. Пусть заплатят, что мне причитается, плюс процент за чрезмерный риск, а больше мне с ними делать нечего.

Мы снова посидели в молчании.

– Однако должна сказать, что не люблю бросать дело на половине. Это ведь еще не конец, так?

– Нет, я не думаю, что это конец, но моя мать всегда говорит: единственная вещь в мире без свободных концов – это новый гобелен. – Райшед вздохнул. – Я тебя понимаю, я чувствую то же самое, но у меня есть другие обязанности.

Я взяла его за руку. Так мы и сидели, спрашивая себя, как лучше всего поступить. Долгое низкое грохотание докатилось к нам по океану, и мы вопросительно посмотрели друг на друга широко открытыми глаза.

– Шив! – Я замахала рукой, когда маг шел мимо, поглощенный своими мыслями.

– Не ожидал увидеть тебя на ногах! – Райшед предложил ему эль с широкой усмешкой облегчения.

Шив присоединился к нам в нашем укрытом от ветра уголке и потер толсто забинтованную руку.

– Один из этих ученых занимается целительской магией, которую практикуют в Солуре. Кажется, она тоже эфирная. Но что бы это ни было, оно снова склеило меня, поэтому я не спорю.

Я изучающе смотрела на его лицо. Оно было уже не столь бледным, но все еще изможденным и напряженным, и Райшед выглядел не намного лучше. Интересно, что я обнаружу, когда в следующий раз случайно наткнусь на зеркало?

– А мы тут думаем, что делать дальше. У тебя есть идеи?

Шив устало покачал головой.

– Я должен вернуться в Хадрумал. Чтобы соединить в одно целое всю историю нашего маленького приключения, потребуется масса работы. Совету будет что обсуждать, а затем им придется что-то предпринять. Одна фракция будет требовать, чтобы мы сами со всем справились, другая выступит за союз с Тормалином, будут также все оттенки мнений посередине. Одни предпочтут потопить эльетиммские острова, другие захотят подождать, пока эльетиммы сами уйдут отсюда. Планиру предстоит как следует потрудиться, чтобы решение было принято до Весеннего Равноденствия.

Шив тяжело вздохнул.

– Но это его проблема. Я же хочу вернуться домой к Периду и запереть дверь до самого нового года.

Эта перспектива казалась более радужной.

– Мы будем дома на Солнцестояние? Я потеряла счет дням.

Шив улыбнулся.

– Да. Как будем праздновать? Не съездить ли нам в один из игорных домов Релшаза?

Я собиралась засмеяться, но маг по имени Казуел неожиданно возник в люке – ну прямо испуганный кролик.

– Шиввалан, вот ты где! Скорее, нам нужна твоя помощь.

Появились другие маги, и мы встали. Разинув рот, я смотрела, как прямо на нас несется огромная волна. Колдовство соткало вокруг корабля сияющую изумрудную завесу – мы морской птицей въехали на гигантский холм, и мое сердце перестало отчаянно колотиться, грозя выскочить сквозь ребра. Минуту понаблюдав, все маги вернулись к своим делам, и я поразилась прозаичности их отношений.

– Тебе следует быть готовым к приказам Верховного мага, Шиввалан, – произнес Казуел высокомерным тоном, и я пообещала себе зашить рыбу в его матрас, если придется провести с ним какое-то время.

– Ты забываешь, Каз, что я ученик Отрика.

Шив очаровательно улыбнулся Казуелу, от чего тот, казалось, страшно разозлился, но, заметив выходящего на палубу Узару, торопливо ушел, чтобы увиваться вокруг него. Шив покачал головой и щелкнул ему вслед пальцами в чисто каладрийском жесте презрения.

Мы снова сели.

– Вы не ладите, как я погляжу, – обронил Райшед, которого позабавил этот маленький диалог.

– М-да, не ладим. – Шив с горестной улыбкой покачал головой и потянулся за элем. – Он, конечно, не самый приятный тип в мире, но это отчасти и моя вина.

Его слегка пристыженный вид заинтриговал меня.

– Как это?

Шив долго молчал, прежде чем решился ответить.

– Это было пару лет назад, на Солнцестояние. Я выпил лишку, и у меня возникла одна из тех идей, что кажутся такими хорошими, пока не протрезвеешь.

Мы с Райшедом с притворной торжественностью покивали, и Шив засмеялся.

– Понимаете, никто никогда не видел Каза с девушкой. Он всегда был очень замкнутым, и мне пришло в голову, что, возможно, он… э… моего сорта. Я слышал, его семья – настоящие рационалисты по своим убеждениям, а вы знаете, что это такое…