Overlord: Право на жизнь. Том 1 - Hydra Dominatus

задвину про права людей и всякое такое, после чего сниму с себя всякую ответственность. Если они быканут в мою сторону и попробуют нарушить границы — вот прецедент, можно начинать рубилово. И никто потом мне чего-то предъявить не скажет, ведь жертвой буду я. Если же нет… у меня ещё куча идей по будущим провокациям, в том числе с переодеванием солдат и… ладно, до такого лучше не доводить.

— Тролли, оставайтесь здесь, в лесу. Бритта, выбери пару быстрых и ловких бойцов, пусть замаскируются здесь вместе с троллями. Мы идём дальше в деревню, — произнёс я, после чего продолжил движение через укрытый ночным одеялом лес.

До самой деревни от леса было уже недалеко, как и сам лес не был таким огромный, особенно в сравнении с лесом Тоб. В деревни тут же начала подниматься шумиха, во многом из-за отряда ополчения, которыми управляли Шесть Рук. Не напрямую, ведь подобные структуры были в самом днище иерархии, однако формально несмотря на решения Восьми Пальцев Шесть Рук ещё занимались защитой всей преступной организации.

Впрочем, Хильма Цигнеус уже сказала, что в этом плане можно устраивать любую резню и никто мешать мне не будет. Всё же Восемь Пальцев уже фактически продали часть своих мелких сошек. Сама же Хильма и вовсе уже планировала стать частью моих земель, чтобы тоже получить фактический протекторат Назарика. Как заберу все земли, что отделяют её территории от моих, то она тоже присоединится. И ничего Ре-Эстиз не сделает. Просто не рискнёт. А через пару месяцев и вовсе скорее всего развалиться на кусочки.

— Это земли сира… — на полу слове ополченец, что стоял во главе скромного отряда заткнулся.

Я на него даже внимания не обратил, просто проехал на лошади мимо, оглядывая деревушку на сотни три человек. Правда мужчин мало, в основном женщины, старики и дети. Всё же Ре-Эстиз вёл войну и корона требовала огромное количество людей со всех земель, даже если сами землевладельцы не спешили лично возглавлять войска и ехать помирать за какие-то там высокие идеалы.

— Да уж… я ожидал на самом деле большего… — протянул я, поднимая забрало своего шлема.

Тем временем наружу уже выходил народ, который знал о том, что староста ушёл просить за них на соседние земли. Часть смотрела на меня с надеждой, другие боязливо прятались в домах и лишь слегка выглядывали из окон, напуганные и моей бронёй, и вооруженным отрядом, и тем что происходило всё ночью, как и в целом все знали, что я вампир и следовательно монстр из тысяч сказок.

Однако по большей части страх был обусловлен не чем-то личным, а просто пониманием, что будет конфликт между дворянами и значит простому народу ничего хорошо ждать не стоит. Огнём и мечом войско сначала проходит по землям, забирает всю еду, подчиняет просто народ, а если удержать территорию не поможет… то начинается геноцид, истребление, разрушение всего и вся. Про традиционные грабежи солдат, что входят на чужие земли и говорить наверное не стоит.

Это всё понятно, но вот чего я не мог понять, так это столь слабой защиты. Брита уже устроила диверсии, где же патрули? Почему нас никто не встретил? Всё это крайне странно, неужели дворяне решили без боя сдать часть территории в обмен на время на подготовку? Или они просто дураки, что действительно верят, что мой голод будет утолён парочкой деревень?

— Рассредоточьтесь, разведчиков пошлите за трактом следить, — произнёс я, спешиваясь и снимая свой шлем, чтобы казаться менее жутким, хотя кажется моя бледная кожа и клыки с красными глазами вряд ли вызовут расположение этого люда.

— Уже, — ответила Бритта, которая уже давно обжилась со своей новой ролью и стала прекрасным полевым командиром.

— Это вторжение на з-з-зе… земли! — дрожащим голосом произнёс ополченец, подходя ко мне и выставляя вперёд копьё.

Руки его дрожали ещё сильнее голоса, а сам он был скорее юношей. Шесть рук набирали как правило то ещё отребье, как и ополчение это тоже состояло из отморозков. Ведь их главной задачей была не защита от внешних угроз, а контроль и запугивание местного населения. Те ещё мерзавцы, но всё же на руках их вряд ли была кровь.

Не были они похожи на тех, кто убивал. Запугать, заставить работать на плантации — да, похожи, но вероятно самую жесть творят наёмники. Эти так, шестёрки, из которых может быть когда-нибудь вырастут головорезы.

— Отправляйтесь к своим хозяевам. Более вы не имеете тут никакой власти, — спокойно ответил я, после чего отвернулся от ополченцев и посмотрел на вышедших людей. — Ваш староста сказал, что у вас какие-то проблемы. Мы немного разузнали о вашем положении, о плантациях с амброзией, с долговым рабством, военной данью и то, что всех мальчиков, у которых начали расти усы скоро заберут на войну. Ситуация скверная, но я предлагаю решение. Каждый кто пересечёт границу, окажется на моей земле и принесёт клятву верности, получит моё покровительство. Вас не выдадут, вы получите жильё, еду, работу и честную оплату. Некоторые из ваших соседей уже это сделали ещё до этой зимы, часть из них я привёл с собой. Поговорите, обдумайте всё, если у кого-то проблемы со здоровьем, то у нас есть жрец и она вам поможет.

Говорил я спокойно, после чего Бритта тоже спешилась и начала расспрашивать людей, объяснять нюансы, пока другие авантюристы помогали хворым и истощённым. У многих уже виднелись признаки голодания, ведь еды не хватало, а вкалывать приходилось как проклятыми. Как и в целом многие не пережили зимы, а выжившие сильно ослабли. Сложнее всего было старикам и детям, чья судьба могла предрешиться уже совсем скоро.

Впрочем, магия Люпус была довольно сильной, как и с собой мы привезли немного гуманитарной помощи. Недостаточно, чтобы решить все проблемы в долгосрочной перспективе длиной даже в месяц, но которой хватит, чтобы показать серьёзность наших намерений и наличие возможности решить все проблемы, если они переселятся.

Правда в этот момент, когда все уже отвернулись от ополченцев, а я демонстративно стоял к нему спиной… мозг паренька переклинило и с криком он видимо решил стать героем, которого признают хозяева. Один удар в затылок и я был бы мёртв, но как же медленно он двигался и насколько силён был в нём страх.

— Глупость делаешь, — вздохнув произнёс я, сжав латной рукавицей лезвие перед своим лицом настолько сильно, что оно даже не двигалось несмотря на