Возвращение Матарезе - Роберт Ладлэм

– В чем дело, Джефф? – спросила Тони.

– Произошло то, во что невозможно поверить и с чем нельзя смириться. Матарейзену удалось бежать.

– Что? – взревел Брэндон, вскакивая на ноги. – Если это шутка, то она очень неудачная!

– Увы, это не шутка. Эх, если бы…

– Черт побери, как такое могло произойти? Ты же по сути дела держал его в стеклянной клетке, под круглосуточной охраной!

– Он вышел из клетки, Брэй.

– Господи Иисусе, ты что, отпустил его на вечер в город?

– Брэндон, дай Джеффу все объяснить.

– Спасибо, дорогая, хотя сделать это мне будет непросто. Сегодня ночью в три часа сорок пять минут мне позвонил охранник, дежуривший при Матарейзене. Наш голландский друг кашлял кровью; по словам врача, она буквально текла изо рта рекой. Матарейзен был без сознания. Опасаясь за его жизнь, я распорядился отвезти его в больницу в сопровождении охраны. Где-то на полдороге отсюда до приемного покоя Матарейзен пришел в себя и, чему я до сих пор не перестаю поражаться, расправился с двумя здоровенными охранниками, убив одного из них. Затем он переоделся в одежду убитого, забрал деньги и документы, ибо в машине не осталось ничего, и, открыв заднюю дверь, выскочил прямо на дорогу.

– Кого ты приставил к Матарейзену, Ребекку с фермы «Солнечный ручей» и Полианну?[102]

– Знаешь что, Брэй, всему есть свои пределы! – сердито остановила мужа Антония. – Один из этих ребят был убит!

– Извини, но… это же какой-то бред!

– Если хочешь, Камерон Прайс расскажет тебе о том, как блестяще Матарейзен владеет восточными единоборствами, – ничего подобного ему еще не приходилось видеть. Естественно, мы прочесываем город. К нам подключилась лондонская полиция, причем мы не дали никаких объяснений.

– Вы его не найдете, – угрюмо заметил Скофилд. – У него есть связи. Он спрячется, а затем покинет пределы Великобритании.

– Мы сами пришли к такому же выводу, однако в первую очередь меня беспокоит не это. Я тревожусь за вас с Антонией. Вам предстоит перебраться из «Савоя» в «Риц».

– Зачем? – возразил Брэндон. – Ван дер Меер не задержится в Лондоне ни минуты, а Гуидероне нет в живых. Мне больше нечего опасаться за свою жизнь.

– С полной уверенностью об этом говорить рано, – настаивал глава МИ-5. – Мы не знаем, поддерживал ли Гуидероне связь с Матарейзеном, а если поддерживал, что он ему сообщил. Возможно, перед тем как отправиться убивать своего главного врага, Гуидероне подстраховался, поставив в известность ван дер Меера.

– Крайне маловероятно, если не сказать больше, – упрямо стоял на своем Скофилд. – Если я довел свое дело до конца, как это бывает всегда, Гуидероне оказался оторван от Кайзерсграхт.

– При всем своем уважении к тебе, старина, должен сказать, что мы не можем утверждать наверняка, как поведут себя в чрезвычайной ситуации другие люди. Это область непредсказуемого.

– Ну хорошо, мы переберемся в «Риц».

– Спасибо, Брэй, – сказала Антония.

На столе у Уэйтерса зазвонил телефон.

– Да? – быстро снял трубку глава МИ-5. Молча выслушав своего собеседника, он положил трубку и посмотрел на Скофилдов. – Кажется, одна из патрульных машин только что засекла Матарейзена. Полицейские подъехали к нему, а он, заметив их, нырнул в метро. Сейчас полным ходом идет погоня.

– Почему полицейские уверены, что это был Матарейзен?

– Во-первых, одежда, явно с чужого плеча. Затем общее описание внешности и снимки, которые мы сделали, привезя Матарейзена из Амстердама. Мы раздали их всем постам.

– Кстати, об Амстердаме. В тех компьютерах ничего нет на Лондон? Каких-нибудь ссылок на связи, конспиративные квартиры?

– Ничего, – ответил сэр Джеффри. – Я уже разговаривал с Гринвальдом, который продолжает работать на Кайзерсграхт. Ему удалось обнаружить лишь туманные ссылки на ориентиры и памятники, да и то многомесячной давности. Места давно состоявшихся встреч. – Снова зазвонил телефон, и он моментально сорвал трубку. – Да? – Уставившись на стеклянное пресс-папье, Уэйтерс выслушал звонившего, затем на мгновение закрыл глаза и, не сказав ни слова, положил трубку. – Они потеряли Матарейзена, – сказал он, тяжело опускаясь в кресло.

– Предупредите все частные аэродромы! – воскликнул Брэндон. – Матарейзен попытается покинуть страну через один из них.

– Но куда он направится? – задумчиво промолвила Антония. – Амстердам выведен из игры. У Матарейзена имеется в Голландии другая недвижимость?

– Если и имеется, обнаружить ее невозможно. Всю свою деятельность он осуществлял через всевозможные холдинговые компании и подставные фирмы, вроде агентства проката лимузинов и группы «Аргус». Учитывая то, какими ресурсами располагает Матарейзен, можно не сомневаться, что у него припасено множество укромных местечек, но для того, чтобы их найти, нам требуются бумаги, которых у нас нет.

– Ну а поверенный-то у него есть? – снова заговорила Тони. – Должен же он прибегать к услугам какой-нибудь юридической фирмы?

– Да, поверенные у него есть, несколько десятков, в самых разных странах. Группу «Аргус» мы проследили до Марселя. Офис состоит из двух комнатенок, туалета и одинокой секретарши, чья единственная задача заключается в том, чтобы переправлять почту и телеграммы в Барселону, откуда они пересылаются в абонентский почтовый ящик в Милане. Ну как, ребята, получили картинку?

– В трех измерениях, – подтвердил Скофилд. – Запутать следы, напустить туману, сбить с толку. Удивляет меня только Милан. Это позволяет предположить, что кто-то взял на себя ячейку Паравачини, и речь идет о крупном игроке.

– Я сам подумал о том же самом, – согласился Уэйтерс. – Если это действительно так, Матарезе отреагировали очень быстро.

– Слишком быстро, – прервал его Брэндон. – Из чего следует, что тот, кто принял на себя власть, уже находился на месте. – Скофилд повернулся к Антонии: – Любовь моя, как ты смотришь на небольшой отдых на берегу озера Комо? Хватайся за это предложение, потому что платить будет наш сэр Жирный Хряк. Я позволить себе такое не смогу.

– По-моему, за Комо мы уже заплатили, – заметил Уэйтерс.

– В это включены услуги несравненного дона Сильвио Тогацци, которому в настоящий момент принадлежит уже половина Милана, и уж точно все почтовые службы. Ни один видный мафиози не должен обходить связь стороной; тайна переписки имеет слишком большое значение.

– Ты имеешь в виду абонентский почтовый ящик?

– Вот именно. Не сомневаюсь, передача происходит поэтапно; какой-нибудь бедолага за несколько тысяч лир относит пакет другому такому же, тот – третьему, пока наконец отправление не достигает главного игрока. Когда это произойдет, мы окажемся на месте. Не думаю, Пончик, что тебе захочется слушать, какие методы мы используем. Боюсь, это заденет твои чувства. Но можешь не сомневаться, трофей мы добудем.

– В таком случае задеть мои чувства не сможет ничто. Только не приносите мне труп. Трупы не могут говорить.

Ян ван дер Меер Матарейзен согнулся пополам в телефонной будке у людной площади Пикадилли. Рот у него был забит комками ваты. Он изнутри искусал до крови губы, создавая иллюзию внутреннего кровотечения. Пока Матарейзен вынимал изо рта вату, на противоположном берегу Ла-Манша, в Брюсселе, звонил телефон.

– Алло, – наконец ответил голос в Бельгии.

– Это я. Вы получили информацию, а если получили, как быстро вы сможете сделать необходимые приготовления?

– Информацию я получил и готов действовать по первому вашему слову.

– Сначала информация.

– Частное поле для игры в гольф в местечке под названием Флитвуд. Это в двадцати двух милях к северо-западу от Лондона, туда можно добраться по шоссе…

– Эти места я знаю и приеду туда на такси. Все готово?

– Маленькая турбовинтовая «Сессна» приземлится на площадке между одиннадцатой лункой и двенадцатой меткой – там самая длинная ровная полоса, и это далеко от здания клуба. Летчик совершит посадку где-то без четверти пять вечера, когда еще будет достаточно светло, но уже слишком темно для гольфа, хотя в это время года игроков здесь вообще практически не бывает. Вы перелетите на аэродром в Шотландии, где вас будет ждать ваш реактивный самолет. Полетный план заполнен на одну из ваших корпораций, дата вылета открытая, все разрешения получены. Все готово, можно начинать действовать?

– Без промедления.

Оставшееся время Ян ван дер Меер Матарейзен убил, заглянув в кинотеатр. В три часа Матарейзен поймал такси и в общих словах объяснил водителю, как ехать в сторону гольф-клуба во Флитвуде. Улицы оказались запружены машинами, и на место они прибыли в десять минут пятого. Ван дер Меер приказал водителю ехать вокруг поля для гольфа. Через четырнадцать минут голландец заметил флажок над двенадцатой лункой; остановив такси, он расплатился с водителем и, как только машина скрылась за поворотом, пешком направился назад.