Эмиль Верхарн: Стихотворения, Зори. Морис Метерлинк: Пьесы - Морис Метерлинк

Марко (устремляясь на середину сцены). Я верю ей!..

Гвидо. Но ты же их сообщник!.. Ну, а другие? Где же те, что верят?.. (Ванне.) Взгляни вокруг: ты их спасла, и что же? Они с трудом удерживают смех. И даже ропщущие не дерзают на мой призыв откликнуться… А я, я почему-то должен верить…

Ванна. Должен, затем что, Гвидо, любишь ты меня, они же не обязаны мне верить…

Гвидо. Я должен оставаться в дураках лишь потому, что я тебя люблю?.. Нет, ради бога, выслушай меня!.. Мне голос изменил… Мой гнев утих… Такая мука не проходит даром… Я как-то сразу одряхлел… Из сердца внезапно что-то вытеснило злобу: безумье, старость ли — я сам не знаю… Я ощупью брожу в себе самом, ищу напрасно, где погребены останки счастья моего былого… Последняя надежда так слаба, что ухватиться за нее не смею… Одно лишь слово — и она мертва… Но скорбь моя мне смелости придаст… Я допустил ошибку: мне бы прежде поговорить с тобой наедине, а уж потом сзывать сюда народ — забыл я, что безмолвствует стыдливость… Ты не решаешься при всех сознаться, что этот зверь тобою овладел… Нет, истину зазорную не спрячешь!.. Не я один — ее весь город знает… Таиться бесполезно… Говори!.. Стыдливость все равно восторжествует… Я знаю: ты поймешь и не осудишь… Есть от чего сойти с ума…

Ванна. О Гвидо!.. В глаза мне посмотри — и ты уловишь, что в этот мой последний взгляд вложила я всю свою супружескую верность… При чем тут стыд? То истина сама: да, этот человек меня не тронул…

Гвидо. Что ж, хорошо, прекрасно, превосходно!.. Мое отчаяние безысходно… Теперь я знаю истинную правду, а правда в том, что любишь ты его… Обманом выгородить Принчивалле решила ты, Джованна… Ночь одна — и что с моей любимой стало?.. Нет, спасти его могла бы ты иначе!.. (Возвысив голос.) Внимание — все, сколько вас ни есть! Сейчас я дам торжественную клятву… Пока еще я на краю обрыва, одно мгновение — и я сорвусь… Упавший голос мой до вас доходит?.. Приблизьтесь, если вам меня не слышно!.. Вы видите вот этого мужчину и женщину?.. Они друг друга любят… Я взвешиваю все свои слова — так взвешивают тщательно лекарство пред тем, как умирающему дать… Они отсюда выйдут невредимы, а вы дорогу дайте им пошире, цветами их засыпьте… Пусть идут, куда их страсть слепая повлечет… Но пусть мне эта женщина всю правду сейчас откроет, истинную правду, одну-единственную правду, ибо двух правд на свете не было и нет, — вот плата за мое благодеянье… Иной же я не требую, Джованна… Итак, тобой он обладал?.. Ответь: да или нет?.. Ведь это не ловушка. Я клятву дал — свидетелей полно…

Ванна. Я не лгала… Меня он не коснулся…

Гвидо. Так… Приговор ему произнесен… Всему конец… Теперь я пробуждаюсь… (Подходит к страже; указывая на Принчивалле.) Связать его, упрятать в подземелье!.. Я сам сейчас спущусь за вами следом!.. (Ванне.) Вы видите его в последний раз. А я вернусь поведать вам ту правду, что мне последние его слова в последний миг откроют, без сомненья…

Стража хватает Принчивалле.

Ванна (бросается к страже). Нет, нет, он мой!.. Он мой!.. Я солгала! Он мною обладал, он мной владел!.. (Отстраняет стражу.) Прочь! Прочь! Не трогайте мою добычу!.. Нет, я сама!.. Он мне принадлежит!.. Он низко, подло мною овладел…

Принчивалле (стараясь перекричать ее). Лжет, лжет она, чтобы спасти меня!.. Но и под пыткой…

Ванна. Замолчи!.. (Толпе.) Он трусит!.. (Подходит к Принчивалле, как бы для того, чтобы связать ему руки.) Гей! Гей! Веревки, цепи, кандалы!.. Сама сейчас свяжу исчадье ада и справедливым мщением упьюсь… (Шепотом, к Принчивалле, связывая ему руки.) Он нас спасает и соединяет!.. Молчи!.. Люблю тебя!.. Я вся твоя!.. Дай мне связать тебя… Я твой тюремщик… Я выпущу тебя… Мы убежим… (Как бы стараясь заставить Принчивалле замолчать.) Молчать!.. (Толпе.) Разжалобить меня он хочет!.. (Снимает повязку с лица Принчивалле.) Вот! Полюбуйтесь на его лицо!.. На нем следы ужасной этой ночи… (Откидывает плащ и показывает свое окровавленное плечо.) Но и на мне оставила свой знак чудовищная ночь любви — смотрите!.. (Указывая на Принчивалле.) Вам видно гнусное его обличье, отталкивающее, злое?.. Право, он может вызвать только отвращенье.

Стража хочет увести Принчивалле.

Нет, нет, оставьте! То моя добыча! Я никому ее не уступлю!.. Держите вы его! Глядите в оба!.. Он порывается бежать!.. Держите!..

Гвидо. Зачем он здесь?.. Зачем ты солгала?..

Ванна (запинаясь от смущения). Я солгала… не знаю почему… Я не решалась… Но зато теперь… Я все скажу, и ты меня поймешь… Как мы поступим — этого мы сами подчас сказать не в состоянье… Трудно предугадать… Когда я шла туда, об этом я не думала совсем… Но в жизни все бывает… Ну так вот… Завеса сорвана! Теперь уж поздно… Крепись… Терпи… Ты сам ее сорвал… Ты сам… Ну, слушай же… Я трепетала и за тебя, и за твою любовь; мне сердце говорило, что она не выдержит такого испытанья… Но ты настаиваешь?.. Хорошо!.. (Более спокойным и уверенным гоном.) Нет, я вела его не к палачам, я не хотела, чтоб мы мстили оба… Мой замысел не столь был хитроумен, зато в нем было несравненно больше любви к тебе… Я лютой, страшной казни предать его решила; вместе с тем на все готова я была пойти, чтобы позорное воспоминанье об ужасе позорной этой ночи не тяготело над тобой всю жизнь, чтобы во время наших поцелуев оно не выросло перед тобой… Мечтала я о сокровенной мести, о том, что медленной умрет он смертью, что совершенное им преступленье отмоет кровь его, сочась по капле… Я многого, безумная, хотела, несбыточной мечтой увлечена… (Толпе.) Отрезаны дороги к отступленью. Его любовь, мою любовь не в силах я уберечь — судите ж вы меня!.. Я вам уже сказала: Принчивалле мной овладел… Едва я не убила насильника, развратника, злодея… И тут отчаянная завязалась борьба. Но он меня обезоружил… Тогда, жестокую измыслив кару, я улыбнулась, и моей улыбке поверил он… О, люди безрассудны!.. Прав тот, кто их обманывает… Ложь — вот их единственное божество!.. Они готовы жизнь принять за смерть, а смерть за жизнь… Он был вполне уверен, что мной владеет, — что же оказалось? Я незаметно овладела им…