Башня Зеленого Ангела. Том 1 - Тэд Уильямс

Вранн управлял суденышком, используя рукоять весла в качестве шеста. Лодке приходилось постоянно сворачивать по бесконечным каналам и протокам, прятавшимся под густым пологом растительности, каждый скрывал от следующего кустарник, выросший на песчаных ненадежных берегах, плотные стены бледного тростника и темных вьющихся растений с яркими, но какими-то тревожными цветами. После очередного поворота, как только лодка оказывалась в новом канале, прежний бесследно исчезал.

Вскоре на берегах появились первые дома деревни Роща. Некоторые были построены на деревьях, как у Тиамака, другие стояли на сваях, сделанных из стволов деревьев. После того как они проплыли мимо некоторых из них, Тиамак направил лодку к причалу возле большого дома на сваях и громко позвал его обитателей.

— Роахог! — крикнул он.

Ответа не последовало, тогда Тиамак постучал веслом по одной из свай; гром ударов привлек внимание стаи зелено-алых птиц, которые, сидя на деревьях, принялись громко ругаться, но никакой другой реакции не последовало. Тиамак снова крикнул, а потом пожал плечами.

— Гончара нет дома, — сказал он. — Я и в других домах никого не видел. Возможно, все собрались у главного причала.

Они двинулись дальше. Теперь дома стояли ближе друг к другу. Казалось, некоторые жилища состояли из множества маленьких домиков всех форм и размеров, перенесенных в главную хижину, — множество смутных форм с неровными черными окнами, похожими на гнезда обитавших в скалах сов. Тиамак останавливался возле нескольких и звал обитателей, но никто ему не отвечал.

— Пристань, — уверенно сказал он, но Мириамель подумала, что он выглядел встревоженным. — Должно быть, все собрались на пристани.

Оказалось, что пристань — это огромный плоский причал, занимавший половину самой широкой протоки. Дома густо стояли со всех сторон, часть пристани занимали стены с соломенными крышами, и Мириамель решила, что их используют для рыночных прилавков. Они видели и другие признаки недавней жизни — большие украшенные корзины в тени, лодки, покачивавшиеся на концах носовых фалиней, — и никаких людей.

Тиамак был потрясен.

— Те, Что Наблюдают и Творят, — выдохнул он, — что здесь произошло?

— Они ушли? — Мириамель огляделась по сторонам. — Как могла уйти целая деревня?

— Вы еще не видели севера, миледи, — сурово сказал Изгримнур. — Во Фростмарше много городов пустых, как старые кастрюли.

— Но тех людей прогнала из родных мест война, — пробормотал Кадрах. — Некоторые бежали от вещей, имя которым даже трудно подобрать. В наши дни страх распространяется повсюду.

— Я не понимаю. — Тиамак качал головой, словно не верил своим глазам. — Мой народ не стал бы убегать, хотя они боялись войны, но я сомневаюсь, что они о ней слышали. Вся наша жизнь проходит здесь. Куда они могли подеваться?

Неожиданно Камарис встал, лодка закачалась, и все одновременно встревожились; но старик восстановил равновесие, протянул руку и сорвал с одной из веток, свисавших над водой, длинный желтоватый стручок, потом сел и принялся изучать свою добычу.

— Кроме того, здесь полно лодок, — заметил Изгримнур. — А нам как раз нужна новая лодка. Мы оставим нашу в обмен, как ты и предлагал. — Он нахмурился, стараясь придумать слова, которые подобало произнести рыцарю. — Может быть, требуется письмо на одном из твоих пергаментов, чтобы они знали, что мы сделали.

Некоторое время Тиамак смотрел так, словно забыл вестерлинг.

— О, — наконец сказал он. — Новая лодка. Конечно. — Он тряхнул головой. — Я знаю, что нам нужно торопиться, герцог Изгримнур, но вы не против, если мы немного задержимся? Я должен осмотреться — может быть, сестры оставили мне записку с объяснениями, куда все подевались.

— Ну… — Изгримнур оглядел опустевшую пристань. Мириамель показалось, что герцогу совсем не хотелось здесь оставаться. В опустевшей деревне было нечто жуткое. Казалось, ее обитатели мгновенно исчезли, словно их унес сильный ветер. — Полагаю, это следует сделать. Мы рассчитывали, что у нас уйдет на остановку целый день. Конечно.

— Благодарю вас. — Тиамак кивнул. — Я бы чувствовал себя… — Он снова посмотрел по сторонам. — Я так и не сделал всего, что мог, для своего народа. Было бы неправильно забрать плоскодонку и уплыть, не осмотрев поселение.

Он быстро подвел лодку к причалу.

Складывалось впечатление, что жители деревни Роща уходили в спешке. Поверхностный осмотр показал, что они оставили множество полезных вещей, в том числе несколько корзин с овощами и фруктами. Тиамак ушел на поиски причины бегства своих соплеменников, а Кадрах и Изгримнур принялись собирать неожиданную добычу, загружая ее в большую, удобную и тщательно построенную плоскодонку — до тех пор, пока лодка не осела в воде больше, чем Тиамак посчитал бы правильным. В свою очередь, Мириамель нашла несколько разноцветных платьев в одной из хижин рядом с причалом. Они были мешковатыми и бесформенными, не похожими на те, что она носила дома, но Мириамель решила, что в нынешних условиях совсем неплохо иметь смену одежды. Она также обнаружила пару кожаных туфель — приятное разнообразие после сапог, в которых она ходила не снимая после бегства из Наглимунда. Немного поколебавшись — Мириамель не хотела брать чужие вещи, ничего не оставив взамен, — она заставила себя забрать одежду. Ей в любом случае было нечего отдать хозяевам.

Утро постепенно перешло в день, Тиамак периодически возвращался, чтобы рассказать новости, впрочем, новостей особо не было. Он повсюду находил загадочные следы поспешного бегства, но не сумел обнаружить причину, которая заставила людей покинуть свои дома. Единственным, что позволяло сделать какие-то предположения, стало исчезновение копий и другого оружия из хижины, где собирались старейшины, — оружие, которое не являлось собственностью отдельных людей, а принадлежало всей деревне, к нему обращались только во время сражений или серьезных конфликтов.

— Пожалуй, я схожу в дом Старшего Могаиба, — сказал вранн. — Он наш главный старейшина, и все самое важное должно быть у него. Он живет довольно далеко вверх по протоке, поэтому я возьму лодку. И вернусь до того, как солнце доберется до крон деревьев.

Он указал на запад.

— Ты не хочешь поесть перед уходом? — спросил Изгримнур. — Я быстро разведу огонь.

Тиамак покачал головой.

— Потом поем, будет еще светло, когда я вернусь.

Но день подходил к концу, а Тиамак не вернулся. Они приготовили напоминавшие репу овощи и лук, в которых содержалось много крахмала, — Тиамак сказал, что они съедобны, — а также мягкий желтый фрукт, решив испечь его на углях, обложив сначала зелеными листьями. Коричневую, похожую на голубя птицу, пойманную Кадрахом в силки, сварили — получился суп, неплохо дополнивший трапезу. Когда на воду стали ложиться удлиненные тени, Мириамель встревожилась.

— Он уже должен был вернуться, — сказала она. — Солнце давно зашло за кроны деревьев.

— Наш маленький приятель в порядке, — заверил ее Изгримнур. — Должно быть, нашел что-то интересное — проклятый