Второй президент Чехословакии Эдвард Бенеш: политик и человек. 1884–1948 - Валентина Владимировна Марьина

ее рядах 12 млн человек не все – ангелы. «Тов. Сталин сказал, – значится в сделанной по памяти записи Б. Ф. Подцероба, секретаря Молотова, – что он хочет, чтобы чехословаки не слишком очаровывались Красной Армией, чтобы затем им не слишком разочаровываться. Он, тов. Сталин, хочет, чтобы чехословаки поняли психологию, поняли душу рядового бойца Красной Армии». Затем Сталин поднял бокал за то, чтобы «чехословаки поняли и извинили бойцов Красной Армии».

Второй тост был за «новых славянофилов», к которым Сталин причислил и себя. В отличие от старых славянофилов, которых советский лидер назвал реакционерами за то, что они «выступали за объединение всех славянских народов в одном государстве под эгидой русского народа», новые славянофилы, по его мнению, стоят за «союз независимых славянских государств». Сталин отметил, что и первая, и вторая мировые войны развернулись и шли «на спинах славянских народов» – Чехословакии, Польши, Югославии и Советского Союза («Англия и Германия дерутся, а славянские народы проливают свою кровь»; «Франция не воевала, она впустила немцев в свои пределы»; «Бельгия и Голландия не воевали – они покорно легли перед немцами и подняли лапки кверху»; «Англия на островах – и ее положение особое»). Подчеркнув, что он «ненавидит немцев», Сталин признал, что «это сильный и способный народ», который попытается «возродиться в течение ближайших 15 лет» и «взять реванш». Советский лидер заметил: «чтобы немцам не дать подняться и затеять новую войну, нужен союз славянских народов». Мы, новые славянофилы, – продолжал Сталин, – являемся коммунистами, если хотите – большевиками. Про нас думают, что мы хотим установить повсюду советский строй. Это не так… Мы хотим, чтобы каждый народ имел тот строй, которого он достоин. Мы не собираемся вводить в Чехословакии советский строй». Обращаясь к Бенешу, Сталин, не отрицая за ним права иметь сомнения на этот счет, пожелал, «чтобы чехословаки поняли, что он говорит искренне и что он говорит то, что думает». (Надо заметить, что тогда ни Сталин, ни кто-либо другой из советских руководителей не собирались немедленно «вводить» советский строй на территориях, оказавшихся в сфере влияния СССР, поэтому в тот момент Сталин был искренним). Хозяин застолья поднял бокал «за союз и дружбу независимых славянских народов, больших и малых». После обеда собравшимся были показаны два хроникальных фильма: «Будапешт» и «От Вислы до Одера», которые, по свидетельству Подцероба, «произвели на чехов большое впечатление» и сопровождались аплодисментами[897].

31 марта Бенеш, сформированное в Москве правительство и советский посол Зорин выехали на освобожденную территорию Словакии в г. Кошице. Здесь 4 апреля было объявлено о составе нового чехословацкого правительства, и принята его программа, получившая наименование «Кошицкая». Представляется, что в первый месяц своей деятельности президент и правительство оказались в определенной изоляции от внешнего мира. Регулярные контакты через Зорина они имели лишь с Москвой. Советский посол в этот период встречался и беседовал со многими чехословацкими политическими и общественными деятелями, передавая их просьбы и свои впечатления советскому руководству[898]. Против налаживания прямой радиосвязи президента и правительства с Лондоном возражали советские военные власти. Настойчивые попытки Великобритании и США направить свои количественно ограниченные дипломатические миссии в Чехословакию по-прежнему наталкивались на сопротивление Москвы[899]. Президент и правительство были ограничены в своей деятельности и внутри страны, поскольку всей организацией жизни на освобожденной территории Словакии занимался Словацкий национальный совет, очень щепетильно относившийся к любым поползновениям практического усекновения своей власти.

Тем временем Красная Армия продвигалась все дальше на Запад.

4 апреля Москва салютовала войскам, освободившим Братиславу, апреля – Ружомберок. 26 апреля – Брно, 30 апреля – Моравску Остраву. Чехи, как представляется, особенно не рассчитывали на собственные силы в деле освобождения своей страны от оккупации, уповая на помощь извне, только одни при этом смотрели на Запад, а другие – на Восток. И в конце войны среди всех слоев чешского населения было много сторонников пассивного выжидания, полагающих, что малому чешскому народу не стоит зря рисковать и проливать напрасно свою кровь[900]. Сообщая в марте 1945 г. в Лондон о настроениях в протекторате, представители чешского военного подполья писали: «Со времени убийства Гейдриха и казней, которые явились следствием его смерти, чешский народ занял твердую выжидательную позицию»[901]. Вместе с тем это не означало доброго отношения к немецким оккупантам. Жажда освобождения и ненависть к немцам определяли поведение массы чешского населения, когда стало окончательно ясно, что основными освободителями станут русские. И большинство населения, думается, не имело ничего против этого. В упомянутом сообщении в Лондон в марте 1945 г. говорилось, что не только «коммунисты восхищены подчеркнутой искренней дружбой с Советским Союзом», что «лица, ранее принадлежавшие к правому лагерю», сейчас довольны «удовлетворительными отношениями с Россией, которая, по их мнению, отказалась от своей тактики политического интернационализма, и склонны рассматривать Россию, как славянскую державу». Русофильские настроения получили в конце войны довольно широкое распространение. Советских солдат в Чехии встречали как освободителей от нацистского ярма. Политорганы Красной Армии доносили о дружелюбном, как правило, отношении населения: «На улицы выходили толпы людей, много домов было украшено советскими и чехословацкими флагами. Все чешское население осталось на своих местах. Количество чехов, бежавших с немцами, исчисляется единицами»[902].

Близился час освобождения Праги. С Востока к ней приближались части Красной Армии, с Запада – американские войска под командованием генерала Дж. Паттона, которые вступили на территорию Чехословакии 18 апреля. 5 мая в Праге началось восстание. Участвовала в нем по политическим и алибистским соображениям и Первая дивизия Русской освободительной армии (власовцы). Рано утром 9 мая в Прагу вступили части Красной Армии, окончательно освободившие город от гитлеровцев[903].11 мая в Прагу прибыло чехословацкое правительство во главе с Фирлингером, а 16 мая – Бенеш.

Глава 20

«Социализация демократии»: представления и реалии

Воссозданная после разгрома фашизма Чехословацкая республика (ЧСР) появилась на картах в измененных границах: Подкарпатская Русь (Закарпатская Украина) в соответствии с договором между СССР и ЧСР от 29 июня 1945 г. была присоединена к Советскому Союзу (Советской Украине)[904]. Территория Чехословакии составила теперь 127 827 кв. км. Впервые СССР и ЧСР стали непосредственными соседями с границей протяженностью около 100 километров. Все территории, которых Чехословакия (Чехия и Словакия) лишилась после Мюнхена, а также Первого Венского арбитража, были ей возвращены[905]. После войны не только сократилась территория Чехословакии, но уменьшилась и численность ее населения: с 15,3 млн в 1938 г. до 12,1 млн в 1946 г. Это было связано с утратой Подкарпатья (725 тыс. человек), выселением на основе решений Потсдамской конференции около 3-х