Удары судьбы. Воспоминания солдата и маршала - Дмитрий Язов

В тот период были сброшены все маски, ликвидированы все декорации, которые прикрывали псевдодемократические и профашистские, как в Литве, силы.

Кроме того, в конце этого периода были незаконно арестованы и посажены в следственную тюрьму все основные руководители законодательной и исполнительной власти Советского Союза (кроме, разумеется, президента), уволены или отправлены в отставку неугодные новому режиму ответственные работники. Что, конечно, нанесло ущерб государственности.

Эйфория борьбы со всеми теми, кто отстаивал Конституцию, была максимальной! Этим был открыт путь к беспрепятственным, неограниченным и, что самое главное, беззаконным и бесконтрольным действиям псевдодемократии.

Третий этап – основной. Он начался 21 августа 1991 года. Пошел процесс политического, экономического, национального, физического распада Советского Союза, советской социалистической системы, единой культуры, науки, обороны. Кто же подготовил и осуществил этот переворот, а с ним – и распад нашего государства? На первом этапе главенствующая роль конечно же принадлежала Горбачеву и всем тем, кто вместе с ним непосредственно привел страну к катастрофе.

На втором этапе, 19 и 20 августа, наступило, на мой взгляд, безвластие. Причина? Члены ГКЧП втянулись в тяжбу с президентом РФ. Ельцин обвинил ГКЧП в антиконституционности, а членов ГКЧП объявил преступниками, призвав народ к неповиновению, к всеобщей забастовке, к борьбе против ГКЧП. ГКЧП, включившись в эту перепалку, объявил все указы Ельцина неконституционными, а посему не имеющими законной силы. Кроме того, фактически всю энергию ГКЧП затратил на поиск путей к погашению скандальной ситуации на Красной Пресне, вместо того чтобы эффективно влиять на положение в стране.

Своими действиями члены ГКЧП, сами того не сознавая, создали для сил, рвущихся к власти, исключительно благоприятную ситуацию для реальных действий по захвату власти. Условия были благоприятными, и демократы воспользовались силой нахраписто, не считаясь ни с какими законами и приличиями. Ибо никто из членов ГКЧП не мог допустить и мысли, что все будет построено на насилии и что авантюристы от демократии приватизируют власть. Эта сила, к своему изумлению и радости, уже на третьем этапе разгромила все, что посчитала нужным. За три последующих месяца она окончательно закрепила свое властное положение.

А что же прежняя, союзная власть? Оставшись без руководителей и преданная Горбачевым, она тихо и безропотно сдалась на милость победителей. Это позорно и стыдно! Но сей факт действительно имеет место в Истории.

Самое же главное то, что ГКЧП не допускал в лице объекта российской власти мифического врага. Да и как можно было в своих соотечественниках, воспитанных в равных условиях, заподозрить врага? Члены же ГКЧП, так же как и многие в стране, наивно полагали: их врагами могут быть только те, кто посягает на интересы народа извне!

На третьем этапе решающую роль, конечно, сыграли вдохновители беловежского сговора. Личная вражда Ельцина и Горбачева в конце концов предопределила судьбу Советского Союза. А ведь даже последовавшие за августом обстоятельства еще не говорили о развале. Страна могла остаться в рамках конфедерации или даже новой федерации.

Мне, как военному человеку, нельзя обойти вниманием и Вооруженные силы.

Не было года во времена правления Горбачева, чтобы он не нанес ущерб стране и не покушался бы на обороноспособность государства. Но прокуратура не сделала ему даже замечания. То, что армию надо было сокращать, не вызывало никаких сомнений. Но это надо было делать на условиях равной безопасности с Западом, а не односторонне, как фактически имело место.

Приведу некоторые примеры.

Первый. О стратегических ядерных силах. Под лозунгами «нового мышления», «общечеловеческих ценностей» и якобы в целях «прорыва» в отношениях между Западом и Востоком Горбачев подписал ущербный для Советского Союза договор о сокращении ракет меньшей и средней дальности. Мы сократили в 2,5 раза больше своих носителей и в 3,5 раза больше своих боеголовок, чем США.

Совершенно непонятно, почему в число подлежащих уничтожению был включен ультрасовременный, превышающий все зарубежные аналоги по всем параметрам оперативно-тактический ракетный комплекс «Ока». Его только взяли на вооружение некоторые соцстраны, наши военные округа на Западе. По своим параметрам он не подпадал под сокращение. Даже у американцев этот дикий шаг вызвал удивление – по договору подлежали ликвидации ракеты наземного базирования с дальностью 500 километров и выше (кроме межконтинентальных). «Ока» же действовала на расстоянии до 400 километров. Подумайте, будьте справедливыми: разве это не государственное преступление?

Второй пример. Преступлением является и то, что без ведома Верховного Совета американцам передали шельф с нефтью в Беринговом море. Это лишило наш Военноморской флот районов рассредоточения, заставило пересматривать свои планы обороны. Не говоря уже о колоссальном материальном ущербе: запасы нефти на шельфе соизмеримы разве только с кувейтскими.

Третий пример. О сокращении обычных вооружений и Вооруженных сил. Да, у нас сухопутных войск было больше, чем в США, и танков больше. Но у нас с соседями сухопутная граница растянулась на десятки тысяч километров. Но Горбачев все-таки пошел на сокращение, питая слабую надежду, что американцы сократят свой военно-морской флот. Однако США не только не допустили обсуждения этого вопроса на переговорах, но Буш, как бы в насмешку над нашими инициативами, в 1992 году помчался на церемонию спуска на воду нового авианосца.

Четвертый пример. О выводе наших войск с территории стран Восточной Европы и Монголии. Это был не вывод, а позорное, трусливое бегство! При этом мы перебазировались в совершенно неподготовленные районы. Даже весьма экономически благополучная Канада выводила из Европы всего одну тысячу человек в течение двух-трех лет. Мы же побили все рекорды: за год вывели около 130 тысяч человек. Итог плачевный: государству нанесен колоссальный ущерб. Преступление очевидно, оно не подлежит сомнению! Но чтобы не замечать его, преступниками объявили членов ГКЧП. Причем измену Родине членам ГКЧП инкриминировали люди, которые и сегодня вершат судьбы страны. Этому исключительно важному вопросу суд, надеюсь, уделит должное внимание.

Считаю необходимым отметить: прежняя Генеральная прокуратура РФ, выдвинув против меня и других обвиняемых по делу ГКЧП версию в измене Родине с целью захвата власти, сама стала заложницей этого обвинения. В этой ситуации, на мой взгляд, у Генпрокуратуры сейчас может быть два варианта действий.