Волшебство на грани 2 - Анастасия Калямина

- Ну, не может же быть, чтобы совсем не было, - удивилась Карсилина, повернувшись на бок, и подперев рукой голову, - такой сильной, которая не дает покоя, пока не исполнится?

- Настолько сильно я хотел лишь увидеть тебя живой, - ответил я, посмотрев на неё с долей грусти. - Правда, иногда, кажется, будто все это сейчас снится, и мне становится страшно, когда осознаю, что если проснусь, то ты исчезнешь...

- Брось, - Карси пододвинулась ближе и взяла меня за руку. - Не надо бояться. Всё, что сейчас происходит реально. Я здесь!

И, без дальнейших предупреждений, она набросилась на меня и стала щекотать, приговаривая "Ну, что мне с тобой делать!". Я смеялся, сопротивляясь щекотке, а Карси с довольным видом и не думала отступать, даже щипаться начала. Наверное, думала, что так моя грусть быстрее выветрится. Решившись и схватив её за руку, я повалил девушку на спину, оказавшись сверху и прижав две её руки к кровати. Её лицо было напротив моего. Я смотрел Карси в глаза, и не мог сдержать улыбки. Она пыталась отдышаться, а волосы лезли ей в рот.

- Победил прекрасную принцессу и радуешься? - иронично спросила Карси, даже не пытаясь вырываться.

- Эта победа далась мне нелегко, - прошептал я и поцеловал её.

- Но зло еще способно сопротивляться! - воскликнула Карсилина, резко вырвав свои руки и вцепившись мне в рубашку.

- Да какое ты зло? Так, добро с рожками...

- С рожками, говоришь?

Не переставая как-то странно улыбаться, Карси принялась, неторопливо, расстегивать пуговицы моей синей рубашки. Я знал, чего она добивается, и это немного смущало. Нет, убежать мне не хотелось. Может быть, мы с ней хотим одного и того же? Только вот, становилось очень жарко и неловко. Удивительно, как же часто последнее время я краснею.

- Карси, ты уверена, что...

Но она прерывает слова поцелуем, снимает с меня рубашку, и та летит на пол. Я даже не пытаюсь остановить принцессу. Надо все-таки избавить её от ночнушки, эта вещь явно мешает! Карси поддается, ночнушка летит составить компанию рубашке, а я обхватываю девушку, и мы катимся по кровати, пока не упираемся в стенку. Хотя, если честно, то я ударился головой, о тумбочку, спокойно стоявшую рядом.

- Как ты? - спрашивает Карси, хотя, ей смешно. Мне тоже.

Я отвечаю, что жив, и целую её. Наши руки сплетаются, тела прижимаются друг к другу. Слышу, как бьется её сердце, чувствую её дыхание, а по телу пробегают мурашки. Бездна, это так приятно!..

Карсилина. Фротгерт. Живая. Рядом. Вместе. Счастье. Фейерверк чувств. Миг. Вечность. Это не сон. Все плохое позади. Волнений нет. Я не нервничаю. Мне хорошо.... Клубок из мыслей. Почему нельзя остановить мгновение? Вот так просто прижимать её к себе... Ночь не должна кончаться. Я не хочу отпускать.... Стой, время. Не надо идти вперед. Почему, куда ты так спешишь? Можно, я заставлю тебя замереть? Ну, пожалуйста!.. Карси. Фротгерт. Живая. Рядом. Вместе. Счастье.... Да, да, именно. Настоящее счастье!

Но всё же, рано или поздно, наступает утро. К которому сейчас надо вернуться.

Странно, что мой будильник Карси не разбудил. Слушая её дыхание, я, с улыбкой, провел ладонью по щеке девушки. Её кожа была очень нежной. Уголки губ принцессы дрогнули, казалось, что Карси сейчас проснется.

- Спи, Рыжик, спи, это не тебя призывают к труду и обороне, - прошептал я, не желая будить её.

Зевая, я оделся. Думая о том, что следует вернуться к себе в комнату за университетской формой, которую я давно уже не надевал. Интересно, еще в неё влезаю? Да, вряд ли что-то изменилось. Наверное, истощился только, и придется туже затянуть ремень. Но, разве это так важно? Разве это - проблема вселенского масштаба?

Дошагав до двери и бросив взгляд на спящую Карсилину, я вышел в коридор и отправился в свою комнату. Умылся, нацепил форму. Побросал в синюю сумку с гербом королевства Листонского тетради, учебник и ручку. Посмотрел на пятно копоти у себя на потолке, думая, как его убрать. Но, не заниматься же этим прямо сейчас!

Невероятно, какое у меня отличное настроение сегодня! Да я горы бы свернул с таким настроем!

Я несся по коридору вприпрыжку, размахивая сумкой, даже съехал по перилам вниз, пока никто не видит. Улыбнулся в коридоре первого этажа дворецкому, протиравшему вазу, тот удивленно вскинул бровь, но ничего не сказал. Подмигнул паре служанок, которые тут же зарделись. Пожелал им приятной работы, и радостно дернул на себя дверь столовой.

Да! Новый день! Я готов бросить тебе вызов!

Когда я вошел в столовую, Альфред и Димка, что-то оживленно обсуждавшие за столом, поедая овсянку, тут же притихли, повернув головы, посмотреть, кто пришел. Мартина сверля их неодобрительным взглядом, пила молоко из прозрачного высокого стакана, на котором был нарисован красный морской конёк.

- Сегодня замечательный день, - улыбнулся я, занимая место напротив них, спиной к окнам, которые прикрывали тяжёлые синие занавески с ромбовидным орнаментом. Сквозь окна пробивался солнечный свет, который ложился на стол.

Альфред с Димкой странно переглянулись, а Димка, с кривой улыбкой, воскликнул через весь стол:

- Я рад! - он даже чуть не привстал, но остался сидеть. Шило, что ли, мешало?

Альфред, ёрзая на стуле, желая что-то сказать, подавлял свой порыв, наливая в кашу абрикосовый джем, не беспокоясь о том, что она и так уже приторно-сладкая. Мартина фыркнула и громко поставила на стол пустой стакан.

- Мне кажется, что вы... - я посмотрел сначала на одного, потом на другого, но закончить не успел.

- Ну, как? - спросил меня Димка с воодушевлением, непонятно о чём.

- Что? - я ответил ему вопросительным взглядом.

Альфред, облизывая липкий, в абрикосовом джеме, указательный палец, поспешил пояснить:

- Ну, вы с Карси сегодня ночью были вместе? Или я не прав?

Услышав об этом, я вздрогнул, чувствуя себя неловко. Кажется, становилось немного жарко.

- Вот! - подхватил Димка, вскакивая со стула, словно его кто-то ужалил, и, обходя стол, направляясь ко мне, пробормотал: - Мне сейчас с девчонками не везет, настоящее безрыбье, однако, кому-то фортуна улыбается!

Подойдя, он хлопнул меня по плечу, продолжая скалиться, как самый настоящий идиот.

- Я даже немного завидую, - признался Морквинов. - У вас ведь было что-то? Ну, скажи!

И взгляд такой умоляющий, как у кота, просящего сметаны. А я сидел, сцепив пальцы рук, глядя в пустую чашку, весь красный, как рак. Подобные темы меня смущают, они дурацкие, их не надо обсуждать! Есть же более приятные и уместные темы для разговора. Почему до Димки это не доходит! Помню, как-то он рассказывал мне о своей первой "ночи" с одноклассницей (было это в выпускном классе), перечисляя все подробности. Я тогда залился краской, насупился, и старался его не слушать, заткнув уши наушниками, врубив плеер чуть ли не на полную - лишь бы отстал с этой своей темой. Даже когда он начинал говорить свои предположения о только что увиденной девушке, какой она может оказаться в постели, какая у нее соблазнительная фигура, форма грудей и упругая попа, за которую Димке хотелось ущипнуть, я желал провалиться сквозь землю и оказаться подальше. Меня, правда, не интересует какого цвета их нижнее бельё!