Обречённый на Бесконечность (СИ) - Михаил Коковин

разъяренным криком, Онафиэль встал изо стола и в ту же секунду достал пару кинжалов из пустотного ящика, отражая полную готовность наказать обидчика за такие слова.

— Тебя давно уже стоит покарать… — Тусэй же достал из пустотного ящика длинный, полутораметровый клинок, с белым, вычурным лезвием. Он встал напротив девятого капитана и начал истощать из себя убийственную ауру.

— Стихия Завоевания! Сердце погибели! — с вихреобразным движением черных клинков Онафиэль начал применять точечную технику, что могла избавить его от присутствия нахала.

— Стихия Разложения… Смерть Единого… — последовало ответное заклинание.

За таким, своеобразным цирком от капитанов, всем остальным было довольно приятно наблюдать. Все же, это хоть какое-то времяпрепровождение, нежели просто сидеть в беззвучной тишине и ждать своего лидера. Однако, кое-кто здесь не понимал столь замечательной перебранки…

— Манипуляция, — механический голос, что появился за спинами этих двоих, резко прервал веселье остальных присутствующих.

Над головами Тусэя и Онафиэля появились гигантские руки, что в тот же миг прижали их лица к этой круглой платформе.

— Ваши поступки противоречат законам и уставам Империи Хан. Прошу сдерживать вас собственные эмоции. В ином случае последует ликвидация.

Кассиэль, что стала ограждающим знаком «стоп» для всей этой ситуации, вежливо поклонилась двум прижатым к земле полубогам. На что те лишь косо взглянули и фыркнули на нее. Эта нелепая дуэль ничем не закончилась и все просто сели на свои места.

Третьего капитана опасались все. И все искренне не понимали, почему такая персона находилась здесь… С роботом, которого присутствующие считают шедевром Бога Технологий, могли соперничать лишь двое — Газадриэль и Михаэль. Кассиэль служила неким ограждением от бед на этом собрании, ведь ей чужд юмор и пустые слова. Она следует только указам.

— Как же легко вас вывести… — усмехнулся Михаэль.

— Прошу воздержаться от таких заигрываний… Потеря двух капитанов, для нас, не самое подходящее время, — ответила ему пятый капитан по имени Гезария.

Она была одной из тех, кому чужды страдания и насилия. Тем более, со стороны собственных коллег. Однако, с таким мировоззрением она получила и собственную отреченную от этого часть. Управляя различными техниками исцеления, Гезария не за что бы не подумала воскресить или излечить кого-то из тех двух.

Ее духовных полномочий, которые она воздвигла самой себе, хватило бы лишь на легкую усмешку в сторону Тусэя и Онафиэля.

— Да неужели… Не знал, что ты скрытая садистка… — Михаэль закинул локти на этот стол и стал с небольшим интересом взирать на Гезарию, подпирая руками подбородок.

— Ха-ха-ха! Поэтому тебя все и недолюбливают, второй капитан!

Руки Михаэля в тот же миг спустились со стола.

Каждый из присутствующих встал и поклонился вновь прибывшему. Лейтенанты встали на одно колено, тогда как капитаны лишь поклонились. Прибыл тот, кому даже они, с их дурными характерами, не могли перечить.

— Вольно, — с этими словами каждый из них занял свое прежнее место. — Полагаю, что вы уже устроили тут цирк до моего прихода, а Кассиэль пришлось разгребать за вами… Неудивительно.

По ауре, которая осталась от тех заклинаний, Тсуоши уже увидел отношение каждого на этом собрании. Только вот… Возможно, это потому, что так происходит каждый раз, когда они собираются.

— Тема нашего сумбурного собрания — деревня демоноидов в северной части мира, которая находится на территории поселения Зогрид, — присаживаясь на свое законное место, олицетворяющее север он изложил суть предстоящей дискуссии.

— «Запахло жаренным… На какой черт нам еще одна деревня?..» — подумал шестой капитан, который до этого все время просто спал…

Это происходит уже в четвертый раз… Каждое последнее собрание было посвящено этой теме и каждое означало лишь смерть. Чьи были эти приказы никто не знал, но всего одна дешевая отговорка ставила каждого на свое место. Многие капитаны хотели бы возразить, однако…

— Моего ума вряд ли дано, чтобы понять замыслы Архонта, наверняка на такое способен лишь дружок Рена, но… Это необходимо сделать вновь, — упомянув директора Фогеля Ван Астрею, Тсуоши непоколебимым взором уже раздал каждому свои намерения.

Уничтожение очередной деревни. Уникальный кнут и пряник, что дан во благо вознесения Империи Хан, только вот… Над кем им возноситься, если остались лишь они и несколько сотен безобидных существ, что доживают свои последние года в муках? Именно этого никто так понять и не мог. И это… Уже начинает сидеть в поджилках.

— Простите, Главнокомандующий, но разве для этого стоило собирать нас всех? — сказал Ксирофан, который искренне не понимал, что это за дешевая игра Богов.

Его кулаки чесались, чтобы высказать всё прямо в лицо Тсуоши, но он не мог позволить себе этого сделать. Ведь… У него есть семья и ученики. Умереть прямо здесь, на месте, ему хотелось в последнюю очередь.

Это непомерная глупость, что дана амбициями одного лишь Архонта. Изо дня в день одиннадцатый капитан накладывал на себя вето, что не давало ему спустить руки на Главнокомандующего, однако скоро это перейдет через рамки разумного. Ксирофан не боялся собственной смерти, он боялся лишь его последствия. И это, даже с огромными запретами и тяжестью на его душе, все равно отражалось на лице.

— Ты прав, однако этот раз станет особенным. Полевое учение так сказать. Ха-ха-ха! Даже Архонт заприметил будущего Бога, что станет очередным столпом нашей державы.

От этих слов, на правой руке Ксирофана выступила кровь. Это была шутка? Он не мог поверить в такой исход, но и отрицать его не в состоянии. Потому что… Это чистой воды абсурд.

Зачем посылать на ликвидацию мирных жителей лейтенанта, что стал таковым лишь три дня назад? Зачем заставлять его испытывать душевные муки, что не отпустят его еще долгое время? Для того чтобы он доказал собственную преданность глупым убеждениям Архонта?

— «Почему… В чем смысл этого…» — Ксирофан все же успокоился. Он разжал свои кулаки, уверовав в глупость своего правителя… Архонта уже не исправить.

И он был прав… Его собственные чувства и эмоции станут для него лишь погибелью, однако так, по всей видимости, считал не каждый. Тот, от кого и слова не ожидали услышать на собрании, решил напомнить о себе и показать непомерную глупость.

— И это все лишь ради создания очередной пешки… — лейтенант, что стоял за двенадцатым капитаном сейчас истощал из себя неприятную ауру. — Потому что так захотел Архонт?! Почему мы должны уничтожать нацию, от которой остались лишь отголоски?! Это не гуманно, это глупо!!! Ведь мы можем все остановить, но мы лишь продолжаем усиливать ненависть! С меня хвати…

— Действительно. С тебя хватит нести эту чушь, — прикрыв глаза, сказал Бог Войны.

Всем стало не секунду тошно,