Моя хранимая Химари - Роман Димитров

Незнакомый полноватый мужчина в кепке в соседнем ряду. Уткнулся носом в какой-то ручной вид коммуникатора с большим экраном. А может эта техника в его руках имеет и какие-либо другие функции, кто знает? Вернее, наверняка знают многие, кроме меня. Спереди и сзади - тоже люди, сейчас скрытые за сиденьями. Справа от меня, у окна, сидит как всегда жизнерадостная Лиз с книгой в руках. Интересно, откуда взяла? Купила в деревне, захватила с собой из моего дома, или ещё где? Казалось бы, меня, после проведённой ночи, иногда почти лицом в бумагах и старинных свитках, не удивит и не заставит ностальгировать вид обычной книги в твёрдом переплёте. Редкий, на самом деле атрибут у местных, так как все чаще ходят со всякой техникой, с экранов которой и читают информацию. Разумеется, есть ещё глянцевые обложки тонких, мягких журналов - вот их сколько угодно, включая наши с девушками школьные учебники, сделанные по схожему принципу. Но у Лизлет в руках что-то другое, что заставляет обратить внимание. Тихий шелест бумаги, напоминающий шепот ветра, аромат книжных страниц, соединяющий в себе нотки древесины, чернил и клея. Маленькие черные буковки, словно бисер, рассыпанные по слегка серому небу страниц, прерываемые чёрно-белыми иллюстрациями. Любопытно.

Что могут значить книги для людей? Ответить на этот вопрос немного сложнее, чем кажется на первый, и даже на второй, взгляд, ведь людей и демонов вокруг много и заглянуть в их головы, чтобы прочесть их мысли, довольно сложно. Книги помогают понять мир вокруг, возле себя и самих себя. Их страницы могут хранить забытые знания о магии, чьи-то мечты, иллюзии, тайны, или же секреты. Они связывают незримой нитью нас с прошлым, предвидят возможное или несбыточное будущее, а могут и предлагать способы делать лучшее настоящее. Своеобразные двери в миры внутри миров, умещающиеся на тонких листах обработанного дерева. О чём в моём мире могла бы читать девушка-дворянка условного возраста Лизлет из мирной касты? Романтика, поэзия, сладостные грёзы о до-технопокалиптическом принце древности на белом коне, который внезапно признал бы в главной героине свою любовь всей жизни, несмотря на низкое происхождение - в общем, все сбывшиеся если не наяву, то хотя бы в придуманном мире, мечтания самой читательницы. Книги, которые бы читала молодая девушка вроде Лиз в моём, наполненном жестокости мире, помогали бы прятать суровую действительность под ворохом удобных, западающих в память повествований, полных клише и собирательных, слишком идеализированных образов. Сама такая литература была бы спрятана под гладкими, слегка потрёпанными от частого использования розовыми переплетами с сердечками, и красовалась бы целующимися парочками перед эпиграфами, а название было бы написано золотой краской и обязательно витиевато. Я и тут такие пару раз замечал у людей - видимо с миром это не меняется.

Название белыми буквами на коричневой обложке без рисунка на книге, которую читала Лизлет, эта мирная девушка, никогда не знавшая и не мечтавшая о воинских тягостях, гласила… "Kendo: The Definitive Guide. By Hiroshi Ozawa"[31]. Mein Gott, как же я, оказывается, плохо влияю на людей. Или хорошо? Ведь, поди разбери, что лучше в данном случае. И то и другое забивает мозг ненужной, бесполезной информацией. С древней романтикой, в здешнем мире называющейся "средневековой", понятно, а учебники по боевым искусствам хорошему научить не могут по определению. Воинские знания даются с воспитанием, примером, и практикой - иначе они мертвы.

Основа, освежи в памяти мой утренний разговор с Химари дома, после завтрака.

Извлечение информации из оперативного слоя ментального тела…

Дом рода Амакава, сорок две минуты, тридцать три секунды до текущего момента. Точные пространственно-астральные координаты…

- Най господин! Вы мне сами рекли раньше, чтобт я помнила, что и у меча есть воля. И я поняла вашемо желание быть вместе со знакомою людскою девушкай, да с той, чью вы слово дали охранять из-за потятого брата. И с Сидзукой тоже уразумела - полезна есмь водная аякаши сия, во всех смыслах…

- Что, неужели настолько понравились рыбные блюда? - С усмешкой отвечаю разошедшейся девушке-кошке.

- Най господин, я серьёзная! Сидзука может быть серьёзной поддержкой, это есмь чиста правда. Но эта псина, господииин… ну зачем? Позвали бы свою меч, раз так было невмоготу… я и сама соскучилася немногое по вашему… прикусу… - Начала непроизвольно по-кошачьи урчать Химари, мечтательно закрыв глаза на последней фразе.

- Химари, скажи честно, неужели ты не понимаешь, почему я завлёк Гинко в Семью таким вот образом?

Девушка разом поскучнела. Всё она прекрасно понимает, причём оба слоя пользы.

- Так и есмь, понимаю, най господин… эх, кабы я тольки могла как она учуять за многие версты всех противников… не попала бы впросак с энтой воздушной аякаши.

- Это не единственная причина, Химари. Скажи мне вслух вторую причину и обрадуй меня.

Кошка отвернулась и нехотя проговорила:

- Одинокая она… была. А вы слишкомо добры, най господин. Нельзя подарить семью всем и каждому, даря себя.

- И тем не менее, я буду пытаться. Наша будущая Семья, Химари, будет Семьёй, а не родом с подчинёнными, но не вынужденными рабами. Я надеюсь ты это поймёшь и примешь как должное. Ты ведь понимаешь, что я имею в виду?

- Так, най господин… я постараюсь помиритися с пси… с Гинко.

Целую такую понятливую и умную, ласковую и трепетную кошку. Что бы я без тебя делал, Химари.

- Спасибо тебе. Надеюсь, это скоро перестанет быть тебе в тягость.

…

Извлечение информации из оперативного слоя ментального тела прервано

…

- Юто-сан? Просыпайтесь, мы приехали. - Лиз.

- Я не сплю. Спасибо. И, кстати, раз уж мы говорим, то мне всё-таки кажется, что ты зря отказалась пожить в доме у Ноихары. Понимаю, было бы немного скучно, но…

- Юто-сан… давайте лучше поговорим об этом, скажем, сегодня вечером? Я хотела бы собраться с мыслями, прежде чем озвучить вам кое что важное… вроде просьбы.

- Как тебе будет угодно.

…

Такамия встречала дождём. Проливным и холодным. Пока белый автобус неспешно катил по полупустой дороге, неспешно, словно нехотя подъезжая к конечной остановке, я наблюдал. Стоя у прозрачной, отодвигающейся двери, я смотрел, как капли стремятся к земле и сбегают наперегонки по стеклу, довольно часто сливаясь друг с другом, будто во взаимном понимании простых и незыблемых жизненных истин. Например, таких, которые заставляют людей и даже некоторых нелюдимых демонов объединяться в Семьи. Обычный осенний дождь. Странные мысли приходят в голову.