Украина от Адама до Януковича. Очерки истории - Сергей Бунтовский

Кроме того, еще до Первой мировой войны при германском МИДе был создан отдел, занимающийся украинским направлением, налаживающий контакты с потенциальными русофобами из числа украинофилов. При поддержке австрийцев и немцев различные организации вели работу по пропаганде своих идей среди населения Малороссии. Агитаторы убеждали людей что малороссы — это отдельный от русских народ, который достоин иметь собственное государство.

Демоны украинства, заботливо выращиваемые долгие годы, вырвались на волю в 1914 году с началом Первой мировой войны. Все маски либерализма, толерантности и европейской цивилизованности, которыми прикрывались австрийцы в мирные годы, были сброшены. И если мы сегодня помним зверства гитлеровцев, если преступления, совершенные в Третьем Рейхе были осуждены, то военные преступления Габсбургской монархии усиленно замалчиваются. А помнить нужно. Хотя бы для того, чтобы знать, чем может закончиться потакание национально-свидомым деятелям.

К началу войны 1914 года, несмотря на многолетнюю тотальную антирусскую пропаганду, почти половина жителей современной Западной Украины считала себя частью единого русского народа. Это очень нервировало австрийских и венгерских чиновников, опасавшихся, что в случае конфликта с Петербургом население Галиции будет массово переходить на сторону восточного соседа. Поэтому еще до войны всякий, кто проявлял хоть малейшие про-российские симпатии, ставился на полицейский учет.

Сразу же после начала боевых действий в одном только Львове под предлогом борьбы со шпионами было арестовано около двух тысяч[165] москвофилов. Впрочем, этим людям еще повезло, ведь если львовян арестовывали, то в маленьких городах и селах москвофилов зачастую просто убивали на месте. При этом под карающий удар попали не только сторонники единства с Российской империей, но и масса совершенно аполитичных людей. Солдаты убивали крестьян при малейшем подозрении на сочувствие России. Расстреливали за сказанное на русском языке слово, за неосторожный взгляд, за православную веру. Особой жестокостью отличались венгерские солдаты, мстившие за поход Паскевича в Венгрию в 1849 году.

Активную роль в этом кошмаре сыграли украинофилы, ставшие доносчиками и подсказывавшие карателям, на кого стоит обратить внимание. Как назвать действия австрийских властей и активно помогавших им украинствую-щих? Геноцид? Да! Геноцид! Другого определения не подберешь.

Вскоре после начала репрессий все обычные тюрьмы были переполнены, и начался новый акт драмы. Австрийцы специально для содержания русофилов были вынуждены создать концлагерь Талергоф рядом с городом Грац и военную тюрьму в чешской крепости Терезин, куда свозили инакомыслящих из Галиции, Буковины и Подкарпатской Руси. Через концлагерь Талергоф с сентября 1914 года по май 1917 года прошло не менее 20 тысяч пророссийски настроенных русинов. Сколько из них там погибло, точно неизвестно, но, по данным галицкого общественного деятеля Дмитрия Маркова, только за первую половину 1915 года было казнено 3800 заключенных. Еще несколько тысяч умерли от болезней и недоедания.

Студент Львовского университета Василий Ваврик, арестованный австрийцами по доносу свидомого украинца, прошел все круги этого ада и оставил подробные воспоминания о той кровавой вакханалии, которую учинили австрийцы. Его книга «Терезин и Талергоф» стала наиболее полным свидетельством преступлений против русского народа на Западной Украине. Она доступна в Интернете. Все, кто еще верит в европейские ценности, не поленитесь, прочитайте.

Кто помнит сегодня тысячи человек, замученных в концлагерях в центре цивилизованной Европы? Заморенных голодом, заколотых за неповиновение, убитых просто ради развлечения. А ведь это происходило с людьми, которым даже не предъявили обвинение! Вся их вина была в том, что они были русскими. Они отдавали свои жизни за сохранение своей национальной идентичности, за право говорить на родном языке. Сегодня о них на Украине приказано забыть, ведь у власти — идейные потомки убийц. И не только идейные потомки. Как выяснилось[166], современный украинский политик, лидер фракции националистической партии «ВО Свобода» в парламенте, Олег Тягнибок приходится правнуком Лонгину Цегельскому, который, в свою очередь, был одним из главных свидетелей обвинения на суде против лидеров галицко-русских активистов, состоявшемся в Вене в 1915 году. Тогда из-за показаний этого украинца к казни были приговорены 24 русина. За это уже упомянутый Ваврик назвал каиновым отродьем Лонгина Цегельского и его «коллег» по украинскому движению.

Австрийские репрессии фактически уничтожили организованное русофильское движение на Западной Украине. По сведениям Варвика, во время гонений погибло до тридцати тысяч человек, еще немало погибло из-за боевых действий, многие бежали, спасая свои жизни. Этот геноцид искалечил Галицкую Русь, переломил ход её истории, и после такой расправы Западная Украина буквально была выломана из Русского мира. Ведь те, кто согласился назваться украинцем, кто отрекся от русского имени, уцелели и дали потомство.

25 августа 1914 года созданный австрийцами в Галиции «Союз освобождения Украины» (Союз визволення Украши), объединявший политэмигрантов из России во главе с Дмитрием Донцовым, выпустил воззвание к «общественному мнению Европы».

В нём, в частности, говорилось следующее: «Беспримерно вызывающая политика России привела весь мир к катастрофе, подобной которой еще не знала история. Мы, украинцы, сыновья великого, разделенного между Австрией и Россией народа, неслыханным образом угнетаемого царизмом, сознаем, о чем идет дело в этой войне. Конечно, не о гегемонии «германизма» или «славянства» — война ведется между культурой и варварством. Война ведется, чтобы сломить окончательно идею «панмосковитизма», который нанес неисчислимый вред всей Европе и угрожал ее благосостоянию и культуре. Из этой идеи, известной под фальшивым именем панславизма», Россия сделала орудие своих агрессивных планов, пользуясь политической слепотой славянских народов. Эта идея уже уничтожила Украину как независимое государство, свалила Польшу, ослабила Турцию и закинула свои сети в течение последних лет даже в Австро-Венгрию. Воротами для вступления победоносного панмосковитизма в Австро-Венгрию с целью ее разгрома должна была служить Галиция. Наш разделенный между двумя государствами народ должен был служить России для того, чтобы царизм мог овладеть проливами и Константинополем, куда по рецепту русской дипломатии путь, идет через Вену. С этой целью Россия годами вела подпольную работу среди нашего народа в Галиции. Расчет был ясен: если наш народ… станет в Галиции на сторону России, задача водружения царских знамен на Карпатах будет чрезвычайно облегчена. Если же, напротив, 30 миллионов украинцев в России под влиянием своих галицийских братьев придут к правильному суждению о своих национальных и политических интересах, тогда рушатся все планы расширения России. Без отделения украинских провинций России даже самый ужасный разгром этого государства в настоящей войне будет только слабым ударом, от которого царизм травится через несколько лет, чтобы продолжить свою старую роль нарушителя европейского мира. Только свободная, тяготеющая к правительственному союзу Украина могла бы своей обширной территорией, простирающейся от Карпат до Дона и Черного моря составить для Европы защиту от России, стену, которая навсегда остановила бы расширение царизма, и освободила бы славянский мир от вредного влияния панмосковитизма. В полном сознании своей исторической миссии защищать свою древнюю культуру от азиатского варварства московитов Украина всегда была открытым врагом России, и в своих освободительных стремлениях она всегда искала помощи у Запада, особенно у немцев.

Гетманы Богдан Хмельницкий, Дорошенко и Орлик обращались к немцам, Мазепа — к Швеции. Даже во времена Екатерины II украинское дворянство искало при прусском дворе защиты против московского деспотизма. Демонстрации, проходившие в прошлом году в Киеве во время юбилея Шевченко, когда раздавались крики «Да здравствует Австрия!», «Долой Россию!», — доказывают, что украинская политическая мысль снова идет по пути старинных исторических традиций. Мы, украинцы России, соединившиеся в Союз освобождения Украины, употребим все силы для окончательного расчета с Россией. В это тяжелое по своим последствиям время, когда наша нация по обе стороны границы готовится к последней борьбе с исконным врагом, мы обращаемся с этим воззванием ко всему цивилизованному миру. Пусть он поддержит наше правое дело. Мы взываем к нему в твердом убеждении, что украинское дело есть также дело европейской демократии. Никогда Европа не достигнет покоя, никогда она не освободится от угрозы нашествия царизма, никогда не будет покойна за свою культуру, пока в обширных путях Украины не создастся оплот против России. Великие жертвы, принесенные нашим народом в его многовековой борьбе с Россией, дают нам нравственное право требовать внимания и участия со стороны цивилизованного мира к нашему делу, то есть независимости Украины. Чтобы полное значение нашего дела не осталось неизвестным Европе, в то время как судьба ее народов решается на полях, обагренных кровью тысяч украинцев, мы обращаемся с этим воззванием к общественному мнению всех наций, политические интересы которых совпадают в эту минуту с интересами свободы и цивилизации»[167].