Тайны Морлескина - Наталия Викторовна Шитова

– Да всё я правильно понимаю, не маленькая. А ты, ты что такой странный? Ты заболел? Ты устал? У тебя что-то плохое случилось? В чём дело, Коста? Я привыкла к тому, что ты другой!

– Да, видимо, устал, – лениво согласился Коста, немного подумав. – У меня предчувствие какой-то напасти. Брилле разглядела бы её, а я только напряжение чувствую, и оно меня мучает. А в этом месте всё ещё тяжелее переносится. И зачем Ольгер решил тут остаться? Сказали же ему, ничего нельзя сделать. Или он думает, настанет утро, и Ноэль необъяснимым образом вернёт ему способность превращаться?

Так хотелось утешить его. Я взяла его за локоть и опустила голову ему на плечо. Коста благодарно вздохнул.

И тут пришла мне мысль. Видимо, помогла наша с Костой поза двух страдальцев. Я вдруг поняла, что легко могу продолжить своё самообразование, и Коста – очень подходящий для этого объект.

Я вгляделась в него.

Что и требовалось доказать. Сеть у него была. Плотная, прочная. Нити спокойного рыжего оттенка. Вот только душа у Косты точно была не на месте. Он не обманывал, эмоции его были на пределе, огромная перегрузка нервной системы, обычной, человеческой нервной системы.

– Коста, я зайду в домик? На Ольгера глянуть.

– Что на него смотреть? Он спит, – буркнул Коста. – Но иди, конечно.

Я расцепила руки и пошла внутрь. Коста, чуть помедлив, направился следом.

Волк спал на полу, лёжа на боку, и живот его мерно вздымался. На наши шаги он чуть повёл ухом, но глаз не открыл.

Я побоялась его тронуть, вдруг цапнет спросонья. Вгляделась так.

Полный сил и абсолютно здоровый организм – таким был мой вывод. И сеть тоже была на месте. И никаких явных разрывов я не видела. Впрочем, так и должно быть. Даже потеряв возможность превращаться, Ольгер остался сильным магом, и его остальные способности никуда не делись.

Особенно внимательно я обследовала голову и шею волка, как раз там, где у Райса были повреждения. На первый взгляд нити там выглядели точно так же, как и в других местах. Но я смотрела, смотрела – и увидела. Узел. Не очень большой, но тугой комок. Он был неправильным, совершенно чужеродным. Я была абсолютно уверена, что его быть не должно. Несколько нитей перепутались так, что разделить их было невозможно. Я попыталась подёргать в надежде, что петли, зацепившиеся друг за друга, разлепятся и распутаются. Но нет, не вышло. Зато Ольгер проснулся. Взглянул на меня, глухо рыкнул и чуть оскалился.

– Больно сделала? Извини… А ещё потерпишь?

Волк тяжело сглотнул и замер.

Я снова всмотрелась, так глубоко, как только смогла. Этот узел и был причиной всех несчастий. Но его можно было только порвать. И я рванула.

Ольгер с громким рычанием взвился вверх и, приземлившись на все четыре лапы, бросился на меня и так сильно толкнул всем корпусом, что я отлетела к стене. Из волчьей пасти закапала слюна, и он почти по собачьи грозно тявкнул на меня и снова зарычал. И вдруг зашатался, заскулил и припал к полу.

– Алиша, в чём дело?! – с изумлением выкрикнул Коста. – Ты что творишь?!

– Погоди, я не доделала ещё… Ольгер! – я вскочила на ноги и снова села рядом с волком. – Ольгер, надо потерпеть, хорошо? Пожалуйста!

Он зарычал сквозь зубы, потом вздохнул тяжело и замер.

Я взяла его огромную голову в ладони и постаралась больше ни о чём не думать. Потому что я не знала, о чём думать, на чём сосредоточиться, а значит мысли не нужны, нужна интуиция, ведь я толком даже не могла объяснить словами, что я делаю. Разложить все разорванные концы ниточек, из которых состоял узел, подобрать каждому концу нити его пару, соединить… И хорошо бы не ошибиться с парами, а то как соединю несоединимое…

Все нити уже срослись, а мне все было никак не выйти из этого состояния отрешённой эйфории. Я смотрела на цельную идеальную сеть, которая постепенно теряла свой ровный цвет и начинала переливаться всеми оттенками оранжевого. И вдруг вспыхнула алым. Так ярко, так горячо, что я отшатнулась от этого пламени и сразу же выпала в реальность.

Оказалось, что Коста, присев на полу за моей спиной, держит меня на коленях. В домике плавает удушливый запах мокрой собачьей шерсти. На том месте, где я в последний раз видела волка, корчится, пытаясь подняться, обнажённый черноволосый мужчина с неухоженной бородой и глазами цвета горного льда.

– Алиша, ты хоть понимаешь, что ты сделала? – пробормотал Коста.

– Кажется, я сделала невозможное.

Ольгеру удалось встать на ноги. Он сделал несколько шагов в мою сторону и свалился на колени.

– Я твой вечный должник, – проговорил он, всё ещё тяжело дыша.

– Неужели? – у меня вырвался нервный смешок. – Ты посчитай хорошенько, что ты мне сделал хорошего, что я тебе сделала плохого. Посчитай, а то ещё выйдет наоборот, что я тебе должна.

Ольгер поднял на меня изумлённые глаза, а потом печально рассмеялся:

– Никак не привыкну к твоей манере шутить.

– Тебе и не надо