Сокровище Единорога - Нелла Тихомир

А потом работорговцы все-таки находят их укрытие. Кому-то удается спастись, но не ему, не Кьолану. Его и еще нескольких беглецов связывают, запихивают в телегу и куда-то везут, долго, бесконечно долго. Он не знает, что сталось с его двоюродными братьями, живы ли они…

Дни тянутся как морок. Вокруг все та же степь, серое, сожженное суховеем небо, страшное солнце, от которого нет спасения под жидким тентом. Двое из семи пленников умирают, и их, будто падаль, вышвыривают вон. Оставшиеся в живых уже знают: их везут в столицу Терангира, на невольничий рынок.

Когда появляются первые деревеньки, чахлые мазанки в степи, работорговцы ставят всем пленникам клейма на правое плечо.

А после - большой, тесный и пыльный город, рынок, рев верблюдов, человечий гомон. Помост, на котором приходится стоять почти голым перед глазами толпы. Азартный торг на едва понятном языке, тошнота от страха, стыда и жажды. Он уже не маг из Великого Дома, вообще не человек - просто скотина, за которую платят деньги и ведут, куда вздумается.

Его владельцем становится горожанин лет сорока на вид, здоровенный, потный, лысоватый дядька. В доме еще трое рабов, служанки для двух жен, четверо детей… Но у всей этой разрозненной компании есть общая затаенная черта: ненависть к хозяину. Уже через день Кьолан понимает, что не без причины. Придравшись к нечисто вымытой тарелке, хозяин избивает его палкой, да так, что Кьолан неделю не может лежать на спине. В синяках в этом доме ходят все: и жены, и дети, не говоря уже о рабах. Когда хозяин к вечеру не в духе является домой, все замирают, прячутся по углам, лишь бы не попасться на глаза, не вызвать его гнев.

Работу с рассвета до ночи, оскорбления, постоянный страх быть избитым, убитым, проданным на рынке приходится терпеть полгода. Но как-то раз, ночью, дом просыпается от воплей: служанка находит хозяина мертвым. Ему перерезали горло, и двое старших рабов бесследно исчезли, а с ними и золото из шкатулки, что валяется возле трупа на полу.

Младшие, Кьолан и парнишка по имени Морн, перепугавшись, что их могут обвинить в убийстве, сбегают, воспользовавшись суматохой и распахнутыми настежь дверьми.

В чужом, незнакомом городе они, беглые рабы с клеймом на плече, пытаются просить милостыню, но мальчишек сразу хватают профессиональные нищие: никто не смеет отбивать их хлеб!

Им повезло, их не убивают, позволив примкнуть к банде, которая, кроме попрошайничества, ночью грабит случайных прохожих и подгулявших ремесленников.

Благодарение Творцу, Кьолан "не дорос" до звания бандита, уже через пару месяцев ему и его приятелю приходится уйти из города. Все потому, что Морну повезло подслушать планы сотоварищей, которые решили изуродовать подростков, превратить в калек, чтобы им больше подавали.

Стоит зима, начинаются дожди, и в степи разливаются бурные речушки. Морн, местный уроженец, не имеющий к магии никакого отношения, просто попавший в волну всеобщего панического бегства, в степи чувствует себя как дома, но вот Кьолан - совсем не так. Морн разгадал в нем благородного, и, похоже, подозревает, кто его приятель на самом деле, однако не лезет с расспросами, забот им и без того хватает. Есть нечего, впереди маячит перспектива голодной смерти. Подростки бредут наугад, пока не натыкаются на деревню. Едва живые, оборванные, добираются до колодца. Может, тут бы им и пришел конец, если бы их не подобрала местная женщина.

На подворье ее сына они находят работу, принимаются батрачить, утаив, кто они, и откуда. В этих глухих местах, похоже, мало кто интересуется, что случилось в соседней империи.

Но долго их жизнь здесь не продлилась, и трех месяцев не прошло, как сын хозяина открыл, кто они такие, заметив клеймо на плече Морна. Убежать не удается. Их связывают и запирают в сарае, а через сутки передают вооруженным людям в одинаковой коричневой одежде.

Потом опять был город, тюрьма, застенок… Попав в пыточную, увидав орудия на стене, мальчишки сразу во всем признаются. Их избивают, но не пытают, возвращают в общую камеру. Они долго гадают, почему. Удивление возрастает, когда через пару дней начальник тюрьмы забирает их домой. Там подростков кормят и даже не бьют. Они все понимают, когда хозяйский повар открывает им, что вдовы прежнего владельца подтвердили их рассказ, а заодно, распродавая имущество, задешево уступили юных рабов начальнику тюрьмы.

И снова они попадают на невольничий рынок. Кьолана покупает человек с подведенными глазами и серьгой в ухе. Его уводят, а Морн остается на помосте, и Кьолан, оглядываясь, еще долго встречает его взгляд.

А потом… Нимве поежилась, поплотнее укуталась в попону. Вспомнила, как на этом месте он запнулся, надолго замолчал. Пряча глаза, сказал, что у нового хозяина не слишком задержался. На другой же день сцепился с хозяйскими помощниками, и его избили, а после этого… Наверное, он просто не был подготовлен к жизни: прежде он бы не поверил, что один человек может с другим вытворять подобное. У нового хозяина был целый дом рабов-подростков, которых он сдавал богатым горожанам. Тех, кто сопротивлялся, сутенер "обучал". Легче было подчиниться - но Кьолан не сумел, попросту не смог.

Трех месяцев не прошло, как хозяин отчаялся укротить упрямого щенка, поняв, что из него не выйдет толку, а подкладывать звереныша под уважаемых клиентов… Репутация дороже. Поэтому хозяин за гроши избавился от строптивого раба, тем более что после "обучения" этот раб совсем потерял товарный вид.

Нимве прислонилась лбом к деревянной опоре, поддерживающей навес. Как ожог, подумала она. Внутри, прямо в сердце. Если мне от этого так больно, то каково ему… Сколько сил нужно иметь, чтобы… А ведь на этом все не кончилось. Сутенер продал его подрядчику, копавшему каналы в полях, за городом.

Нимве вытерла мокрые щеки. Как наяву, ощутила жар от безжалостного солнца, выжигающего степь. Шеренга рабов мотыгами дробит землю. Согнутые коричневые спины, волосы, грязной паклей свисающие на глаза. Люди как скот, и дешевле скота, коза на рынке ценится дороже. Ни воды, ни пищи. Как долго человек может это вытерпеть? Я сумела пару дней, тогда, на каторге. Принцы - две недели. А он… Попав туда едва живым, он держится месяцы, но сколько, и сам не знает. До тех пор, пока, в самую жару, среди рабов не начинается повальная дизентерия, и многие умирают.

И он тоже.

Так, по крайней мере, решает владелец - и поступает с ним, как с другими: просто бросает в общую открытую могилу в степи, подальше от города. Почему Кьолан не остался навсегда там, среди гниющих трупов, для него самого загадка. Может, спасли шакалы и бродячие псы, от укусов которых он очнулся.

Как выбрался из ямы, он не помнит. Сознание начинает возвращаться позже, отрывками. Он находит себя лежащим в протоке, в теплой и мутной воде, среди полей. Он не то что идти, сесть не может. Ясно, что ему не выбраться, но это совсем его не трогает, все, чего он хочет - закрыть глаза и спать, спать…